Страница 35 из 66
Глава 16
— Вставайте граф, рассвет уже полощется. — произнес Василий, выдергивая меня из медитации. Собственно, встал я уже полчаса как, но мне нужно было время, чтобы примириться с новой действительностью. А главное — прочувствовать изменения в собственном организме и работе чакры «звука».
Пожелание Коловрата исполнилось, и меня таки обстреляли из пулемета. Жаль только это было не в контролируемых условиях на полигоне, а в реальном бою, где я вполне мог погибнуть из-за секундного промедления, или на ту же секунду меньше проработавшего щита. Хотя, возможно, именно это и послужило причиной столь мощного сдвига в работе чакры.
Средоточие энергии «звука» ощущалось иначе. Можно было бы сказать «зазвучало» но я так и не понял, как именно работает резонанс. Хотя, какая разница как именно мы видим или дышим, если для этих действий нам не приходится напрягаться, мы делаем это на автоматизме. И если у меня получается почувствовать и использовать конструкты, возможно нет ничего страшного в том, что я не понимаю «как».
Вот только меня продолжал волновать этот вопрос. Может потому, что я куда тоньше остальных чувствовал и мог управлять собственным организмом, и новый элемент, не поддающийся контролю, сильно раздражал. Хотя пока мне оставалось только смириться и использовать то, что дают. Еще бы «диск» освоить…
— Доброе утро? — скорее спросил, чем пожелал я.
— Да. — улыбнувшись кивнул Строганов. — Князь Юдашкин приглашает вас на завтрак. Возможно, удастся получить новую информацию.
— Это было бы полезно. — кивнул я, поднимаясь. Удивительно, но после небольшой чистки дорогая ткань, пережившая вчера и экстренный подъем, и бой, и даже возню с ранеными. А ведь я искренне полагал, что кровь, особенно в таком количестве, просто не отмыть.
Повезло, потому что сменной одежды ни у меня, ни у кого из выживших с третьего этажа не нашлось, в чем я лично убедился, увидев стоящую в коридоре Мальвину, во вчерашнем платье-пенале и кителе, накинутом поверх плеч, со скрещенными на груди руками. Она явно пыталась надавить на девушку в военной форме, занимающую место администратора.
— Мне нужны эти вещи! Это элементарные удобства, а не средства роскоши! — гневно говорила Холодец, в очередной раз натянув на лицо маску властной стервы. — Вы не просто меня ограничиваете, вы лишаете меня полноценной жизни!
— Прошу прощения, госпожа, но ни какие вещи не могут быть доставлены в расположение академии, до тех пор, пока не будет закончено расследование. — спокойно-усталым голосом, видно уже не в первый десяток раз, повторила координатор.
— Мне переодеться нужно, тупая ты солдатня! — чуть не рыча приблизилась к девушке Мальвина. — Может у меня критические дни? Мне что, в одном и том же несколько дней подряд ходить?
— Средства личной гигиены, как и стандартную форму и одежду вы можете получить из запасов войскового подразделения. Если вам требуется медицинское обследование или… — говорила, безразлично глядя на Холодец, женщина. Ее терпению можно было только позавидовать. У меня же гнев Мальвины, и ее возвращение к тому образу что я знал с первых дней в училище, лишь смешило.
— Доброе утро. — проговорил я, довольно громко, так чтобы на меня не могли не обратить внимания.
— Да какое оно доброе?! — начала на повышенных тонах Мальвина, оборачиваясь, а спустя мгновение поняла кто перед ней, и тут же сменила линию поведения, улыбнувшись и даже став милой. — …доброе утро, граф.
— Хочу заметить, что ваше платье потрясающе. Но если оно вам не нравится, в кадетской форме вы выглядите ничем не хуже. — улыбнулся я, и Мальвина, эта прожжённая лицемерка, неожиданно порозовела. Нет, я, конечно, допускаю, что она может контролировать собственное кровообращение. Но вдруг ей и в самом деле пришелся по душе мой простецкий комплимент.
— Боюсь платье совершенно испорчено. К тому же не подходит ни для официальных мероприятий, ни для вечера… — с легкой улыбкой вздохнула Мальвина.
— В таком случае могу обрадовать вас лишь тем, что вечер вряд ли состоится в текущих условиях, а на официальных мероприятиях уместнее будет военная форма. Учитывая все обстоятельства. — улыбнувшись заметил я. — К слову, если хотите, могу составить вам компанию. У меня тоже лишь один комплект одежды, и тот на мне.
— Если посмотреть на это с такой стороны, то может и в самом деле не все еще потеряно. — вздохнула, чуть поморщившись, Мальвина. — Вы сейчас направляетесь на завтрак с князем Юдашкиным? Хотите, чтобы я составила вам компанию?
— Думаю ничего плохого в этом не будет. — кивнул я, подставив локоть, на который девушка немедля оперлась. При этом сделала она это явно легко, привычно и так отработанно что становилось очевидно — это естественный жест, который вырабатывается только сотнями и тысячами повторений.
— Как так вышло, что у вас нет сопровождающей? — спросил я, пока мы шли к единственному уцелевшему залу. Хотя большая часть бронированных окон оставалась в трещинах, нужно отдать должное строителям академии — оборона выдержала. И что-то мне подсказывает, что, если разберут завалы на втором и третьем этажах, выяснится, что большую их часть еще можно использовать.
— Моя компаньонка оказалась ранена, а гувернантку я с собой не взяла. Подростковый бунт, помните? — слабо улыбнулась Мальвина. — Вчерашние события лишний раз показали, что с ним надо заканчивать.
— Не слишком ли это большой удар по самолюбию? — удивленно спросил я, позволив себе взглянуть на девушку.
— Возможно… придется обсудить этот вопрос с папочкой, как и многие другие. — недовольно поморщилась Мальвина. — Но для начала нужно выбраться отсюда. Мне неуютно в этой развалюхе… всем этим фальшивым кирпичам и обойм поклеенным поверх серого бетона, который теперь ничем не скрыть…
— Она выдержала многочасовой обстрел и выдержала бы еще больше если бы понадобилось. Так что, во многом мы живы только благодаря ее основательности и неказистости. — чуть пожал я плечами. — Не всегда можно говорить о сути человека или вещей, судя по его внешности.
— О, этот урок я выучила довольно хорошо. — усмехнулась Маша. — Как думаете, почему князь пригласил на завтрак не только нас с вами?
— А кого он пригласил еще? — на всякий случай поинтересовался я.
— По слухам, почти всех присутствовавших в башне и восточном крыле. — ответил за девушку Василий, учтиво показывающий дорогу. — Но лишь особ княжеского титула. С остальными общаются заместители.
— Потрясающе, даже не знаю, по мне такая честь, или я предпочел бы общаться с кем-то менее высокопоставленным. — проворчал я.
— Зачем? — удивлённо посмотрела на меня Мальвина.
— Проще… во многих смыслах. В отличие от князя Юдашкина, обычных его подчиненных я могу и послать. — ответил я, не став ерничать.
— Да, с человеком по слухам, владеющим задатками ментала такой фокус, не выйдет. — проговорила задумчиво Мальвина, за короткую беседу уже второй раз подтверждая мои догадки о своем происхождении.
Не самая приятная перспектива, на самом деле. Держать ее радом — сознательный выбор. Мальвина — та еще заноза в заднице, и судя по всему, у нее на меня какие-то планы, не слишком понятные, и мне совершенно точно не нужные. Просто потому, что, если мои догадки верны — она дочь императора. Пусть незаконнорожденная, пусть не чистокровная, но судя по силам — крови аристократов в ней до мочек ушей залито.
А значит что? Опасность пересечения с ее батюшкой, это еще не самое худшее. Это я как-нибудь переживу. Пусть Таран и заметил во время посещения зимнего дворца, что я был похож на деда, но это было несколько месяцев назад. И уж точно никто бы не признал во мне того тщедушного задохлика, которым я поднялся с кровати. Как и сказал Мирослав — «мы не знаем кто ты». Вот и я уже не знаю. Но остальные во мне цесаревича точно не опознают. Даже император. Но вот если не просто встретится…
Если у Мальвины на меня более серьезные планы, то тут агенты императора могут начать рыть в самых неподходящих направлениях. Например — проверять генетику или родословную. Кобель я еще тот, породистый в смысле, но плюсом это для меня совершенно точно не является. В любом случае надо с этим что-то делать. Разругаться с ней в дымину? Ну так она мне потом просто из вредности столько может сделать мелких и не очень гадостей. И это я про Мальвину говорю, а не про «принцессу». Тут вообще хоть вешайся. Значит что? Надо искать другие варианты, и один стоит прямо по курсу.