Страница 28 из 100
Возница щелкнул пальцами и в меня полетели черные искры. Что-то вроде Глухого Слова, которым успокаивают буйную скотину — может, мне обидеться, как вы думаете? — только, кажется, более убойное.
Кажется — потому что на себе я эту дрянь не испытывал. Стрелец Данила учил меня на совесть — как выберусь из этой передряги, поставлю ему ендову с медовухой — поэтому, еще только увидев готовящийся щелчок пальцев, я уже падал на землю. Любой жест в драке может означать любое Слово — ну как, любое, Нежное или Ласковое точно не вариант — поэтому лучше быстро сдвинуться с того места, на котором ты находишься.
Вот так, как я и сделал.
И вот так!
Перекатившись по земле — туда, где я только что лежал, впились искры — я вскочил на ноги, и бросил в лицо разошедшемуся вознице… ну, то, что валялось на деревянной мостовой. Ездят здесь на лошадях, а Чистое Слово не всегда накладывают, ну и дворники, понятное дело, не успевают.
Возница брезгливо стер с лица остатки яблок — нет, не тех, что на деревьях растут — отдернул голову от моего кулака. А больше ничего и не успел — следом прилетела печать.
Шесть. А было… Семь?
— Я сдаюсь, сдаюсь, подьячий!
А, ну да. Семь.
— Сдаешься?
— Да!
— Сотрудничать со следствием обещаешь?
— Да! — навряд ли возница вообще понял, что я спросил. На его глазах только что рухнула картина мира — людей его хозяина отметелили посреди улицы.
— Ну тогда грузи.
— Что… грузить?
— Приятелей своих в телеги грузи. В Разбойный Приказ поедем. Вы ж туда собирались? Ну вот, считай — собрались. Шевелись, плотва!
Ах, да — нужно еще в дом успеть заскочить. Типа для того, чтобы убедиться, что там эта веселая компашка ничего не натворила.