Страница 15 из 58
Глава 10. Спасение и признание
Как только понял, что Соня сбегает не к “Медведю”, а в сторону трассы, испугался за нее и резко ускорился. Но тут ожил мой телефон, это оказался брат и рассказал, что моя пара в руках Малека, и он несет ее к себе, как добычу.
Первой мыслью было, что девушка отказала мне, но согласилась быть с Малеком. Как она могла? Она такая пугливая. Ее что, экзотика привлекла? Не отдам. Она моя.
Несколько минут и я влетаю в холл прямо так — в боевой ипостаси. На пятом этаже меня встречает Вал.
— Ты вовремя, мы дверь вскрыли. Может лучше я первым?
Отодвинул брата и охрану. Увидев Малека лежащим на мой паре и то, как испуганно она смотрит на него, мозги сдали. Остановил меня брат после первого удара.
— Ты сейчас нужен Соне, она перепугана. Оставь его мне.
Моя нежная девочка укусила его до крови. Так и подмывало сказать: “Выплюнь каку”. Но в этот момент, она сама разжала зубы и попыталась встать. Поймал ее на руки. Никогда не видел таких горьких слез. Вал вновь предложил помощь, но нет, пара моя и я сам помогу ей. Я справлюсь.
Какая же она маленькая и хрупкая, а я позволил обидеть ее, не уберег. Дома долго не знал, как успокоить, хотелось забрать ее боль себе, лишь бы не плакала так отчаянно. Увидев бассейн и пар над водой, вспомнил, как Виола любила “успокаивающие ванны” по вечерам и решил, что нам обоим это нужно. Моя девочка даже не сопротивлялась. Бассейн оказался чудодейственным, Соня перестала плакать и погрузилась в горячую воду.
Я рассматривал очаровательно покрасневший маленький носик, глубокие голубые глаза, сейчас уходящие в бирюзовый оттенок, влажно блестящие. Каждый раз, когда смотрю на нее, мне кажется, что она стала еще красивее. Длинные ресницы, склеились от соленой влаги и стали еще темнее. Удивительно, но волосы на голове немного светлее бровей и ресниц. Большие, светлые глаза смотрелись контрастно и необычайно красиво. Она глядела меня так доверчиво и наивно, что неожиданно стало стыдно от своих желаний. Ведь реально никуда оно, желание ее любить, не делось, а только множилось, концентрировалось в крови и разносилось по телу, подобно бурным потокам горных рек. А ее губы сейчас чуть припухшие и покрасневшие манили поцеловать. В голове взрывался восторг от памяти ее вкуса. Я невольно облизался, будто собирая остатки ее поцелуя с губ. Но ведь тогда она меня не поцеловала, не ответила на поцелуй, только позволила, наверное, от неожиданности.
“Так, теперь нужно ее покормить и напоить горячим чаем с медом,” — вернул я сам себя в реальность, — потом обязательно дать ей выспаться”. Антистрессовый план был готов, теперь необходимо его осуществить. А утром нужно будет как-то договариваться, чтобы не убегала больше. Она сама призналась, что хочет сбежать.
Соня гневно пыхтя, не подпускала меня к себе. А я смотрел, на свою нежную, такую беззащитную пару и умилялся. Какое же она чудо, взлохмаченная, с невинными глазами цвета морской волны, такими большими, изумленными, все еще влажными от слез, от этого будто прозрачными, но такими глубокими глазами. Осознал, что девушка ругается, она напугана и сердится, а я, идиот, любуюсь ею.
Но какая же ты хорошенькая! Как завоевать твое сердечко, если ты мечтаешь удрать от меня? Как удержать? Что пообещать?
И самое главное, как сдержать своего зверя и его порывы? Ведь так сложно было отпустить ее, когда вырывалась из рук. Как сдержать потребность обнимать ее, вдыхать аромат, который успокаивает зверя? Как остановить звериный порыв сделать своей и не изнасиловать? Итак тело периодически потряхивает от сдерживаемого желания. Но глядя в ее грустные глаза, понимаю, что она даже не замечает, что отчаянно хочу ее.
Едва сдержался и высказал только самые невинные желания, что мечтаю обнимать и целовать эти алые губки. Стояк замучил.
После ужина, видя, что Сонечка взбодрилась и адекватно реагирует, решил открыться ей. Брат говорит, что лучше не скрывать, а то может кто другой просветить в извращенном виде. Сегодня убедился в том, что могу не уследить за девушкой и она вполне способна попасть в беду на ровном месте.
— Ты моя пара, — признался Соне.
Похоже она не знает, что это для нас значит. Что теперь она моя жизнь, мой воздух, моя половина. И почему-то сказал ей только вывод из этих мыслей:
— Это значит, я тебя не отпущу.
Разговор не задался. Я оказался не готов к ее обвинениям. Скорее всего, девчонка высказалась на эмоциях, сжал руки в кулаки, чтобы и самому не сорваться. Я переоценил ее психическое состояние, посчитав хорошим. Свою сдержанность также переоценил, еще чуть-чуть и сорвусь, схвачу упрямицу в охапку и уложу спать рядышком, не выпуская из лап. Про более сильные порывы вообще не думал.
Она с неприязнью восприняла мою необходимость быть с ней. Желание любить ее, целовать, погружаться в нее. Неужели я ей так неприятен, хотя не похоже. С другой стороны она и правда ни разу не посмотрела на меня, как на мужчину. Так, как смотрят женщины, желающие меня, или так, как смотрят юные прелестницы, тихо хихикая с подружками, обсуждая что-то неприличное.
Моя пара ушла спать, а я сидел и пытался успокоить нервного зверя. Ему нужна женщина, связь с ней. Зверь не понимает, почему я тяну и все еще не закрепил связь. Я не дышу ею, зверь становится все более тревожным, нервозным и беспокойным, требуя от меня быть рядом с самкой.
Не спал всю ночь, без нее не мог уснуть. А если ложился рядом, она тут же испуганно просыпалась. В итоге ни я, ни Соня не выспались. А моя потребность в ней многократно усилилась. Зато появилось предложение к моей женщине.