Страница 59 из 98
— Брат, выбей щитом, я хочу стоять на ногах в конце поединка, — искренне попросил мой оппонент, я лишь кивнул.
— Бой! — раздалась очередная команда.
Один толчок скутумом, и нога Авкта зашла за квадрат. Он хороший друг и очень перспективный легионер. Убеждён, что рано или поздно он заслуженно станет деканом. И сейчас мне очень жаль, что пришлось выбить его из состязаний.
— Меня так же, пожалуйста, — эти слова уже принадлежали Сику. Он смог честно одолеть двух опытных легионеров нашего отряда, но в таком результате не было ни малейших сомнений. Сейчас мы с ним остались вдвоем на сцене.
— Бой!
Чувствую себя жуликом, на душе паршиво, что необходимо так бесславно выводить друзей из боя, но приходится повторить толчок скутумом, окончив игру Сика. В отличие от Авкта, он не просто станет деканом, он уже готов занять эту должность. Умный, ответственный, опытный, обладающий лидерскими качествами и боевыми навыками легионер. Ещё два года подряд именно он был чемпионом контуберния на соревнованиях перед Днём Единства.
Десятый контуберний быстро провёл внутренние бои, и теперь начинается самое интересное. Первый раз сегодня потребуются все пять красных квадратов, ведь пар бойцов сейчас пять, а не четыре. И в следующий этап попадут только четыре человека из десяти. Сейчас нужно не просто победить, а сделать это быстро. Ведь последний, кто одолеет своего оппонента, тоже выбывает.
Передо мной стоит крепкий опытный африканец из десятого. Он невысок, но широкоплеч и с такой же широкой челюстью. Опасный соперник.
— Бой! — прозвучал призыв первого центуриона.
Мы накинулись друг на друга скутумами, но то ли из-за усталости оппонента, то ли из-за недостатка его массы он просто рухнул под мощным ударом, а я свалился прямо на него. Для нас обоих это было неожиданностью, да и для многих в зале тоже. Я первым закончил поединок, я прошёл дальше.
— Это мой боец! — услышал я крик Аякса из зрительского зала. Приятно. Но впереди самое сложное.
Следующий соперник — представитель третьего контуберния. Высокий и смуглый парень слегка за двадцать с огромной горбинкой на носу и длиннющими руками. Кажется, его зовут Ахом Ульпий. Суровый взгляд его карих глаз заставляет моё сердце биться чуточку чаще. Отлично только, что по физическим показателям Ахом мне всё равно уступает.
— Бой!
Противник среагировал на долю секунды быстрее меня, поэтому пришлось принимать его удар своим скутумом. Я сделал вид, что слегка потерял равновесие и отступил назад ровно до границы квадрата. Затем от него последовал толчок ногой, который я смог подловить контратакой щита, буквально вышвырнув Ахома с поля боя и повалив на спину. Да что вообще происходит?! Почему я так просто побеждаю?!
— Красавчик! Марк! Красавчик! — вновь кричал декан, абсолютно ни в чём себя не ограничивая. Да и весь зал активно подбадривал своих любимчиков разными выкриками и хлопками. Дело близится к развязке.
За пять месяцев в Норт Ауруме я, конечно, смог ещё больше нарастить мышечную массу, несравненно улучшить выносливость, приобрести кучу полезных навыков и развить уже имеющиеся. Ощущение, словно я вновь нахожусь в каком-то сне. Весьма добром и приятном для меня. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Необходимо срочно вернуться в реальность, если я хочу победить своего соперника. Рикса, разумеется, кто же ещё мог дойти до финала.
— Скоро состоится главное событие сегодняшнего дня — поединок двух сильнейших легионеров первой центурии! — Гай Гракх решил закатить небольшую речь. Вообще и перед стрельбами деканов, и перед поединками замов, и перед началом наших боёв он тоже говорил пару слов. Просто из-за волнения я пропустил всё мимо ушей. — Троекратный победитель состязаний в честь Единства Рикс Тацион представляет первый контуберний! Марк Туллий Аквила, посмевший бросить ему вызов, сражается за честь девятого контуберния! Сегодня опыт и стальные мышцы сразятся с молодостью и такими же стальными мышцами! Окажите честь вашим собратьям — покажите великолепный бой! И пусть победит достойнейший! На исходную!
— Рикс! Рикс! Рикс! — кричал, кажется, почти весь зал.
— Марк! Ты справишься! — пытался перекричать зал мой контуберний. — Марк! Марк! Марк!
Рикс размял шею и два раза ударил кулаком по скутуму. Я же стоял неподвижно. Возможно, я вообще не дышал, не знаю, не до этого сейчас. Титан же дышит весьма тяжело. Подозреваю, ему достались более серьёзные соперники, чем мне, он потратил много сил. Или Рикс лишь хочет казаться уставшим, чтобы усыпить мою бдительность.
— Бой! — последний раз за сегодня скомандовал первый центурион.
Глупо будет, если Рикс выбьет меня с одного удара, но я решил всё же начать именно с обороны. Секунд пять после команды Гая Гракха мы стояли и сверлили друг друга глазами. Первый легионер понял, что атаковать я не буду, и сам нанёс крайне быстрый толчок скутумом. Удивительно, но он не смог сдвинуть меня ни на дюйм. Затем он повторил молниеносный приём, вложил в толчок больше силы, а после ещё и ударил ногой, однако моя оборона оказалась на удивление крепка. Понимаю, что он может лишь выманивать меня, но всё же рискну поставить на кон всё.
— Марк! Марк! Марк! — отчётливо слышны голоса моих друзей (и даже Аякса), которые в меньшинстве смогли перекричать всех.
Я резко толкаю Рикса скутумом, прикладывая всю массу тела и всю возможную силу, время в моей голове замедляется…
— У нас победитель! — пытался перекричать рёв толпы первый центурион, а я не верил своим глазам. Стопа гиганта на несколько дюймов заступила за квадрат под моим натиском. — Марк Туллий Аквила! Отныне ты первый легионер первого легиона Норт Аурума! Поздравляю!
— МАРК! — раздался пронзительный вопль Тита.
— Что? Как? Да идите вы! — доносились и разочарованные голоса, коих было абсолютное большинство. — Сука, я на Рикса сто тысяч поставил!
Я не верил в происходящее. Либо я реально сплю, либо что-то здесь не так.
— Поздравляю, — протянул руку титан, передавая мне почётный титул первого легионера.
— Спасибо, — крепко пожал я его огромную руку. — Зачем ты поддался?
— Две тысячи легионеров видели твою победу. Честную и достойную победу, — пожал он плечами, улыбнулся, разомкнул рукопожатие, развернулся и ушёл в сторону своего контуберния. Здесь явно что-то не так…
— Обожаю тебя, малолетний убийца титанов! — подбежал ко мне декан вместе с моими друзьями. Аякс радостно схватил меня за щеку, словно сорвал неплохой такой куш на ставке. Скорее всего, он и сорвал.
— Марк, ущипни меня! — произнёс Тит, хотя это меня надо было щипать.
— Нажрёмся? — тут же спросил Массинисса без всяких поздравлений. Правильно, сразу к делу перешёл, за это его и уважаю.
— Как самые последние свиньи, — рассмеялся я, предвкушая сегодняшний вечер и завтрашний выходной. — За мой счёт!
Если честно, я уже неделю грезил этим днём. Представлял, как побеждаю Рикса в сложном поединке перед всем легионом, только это были лишь мечты в моей голове. Сегодня утром я проснулся с уверенностью в том, что неизбежно проиграю самому сильному легионеру. Вообще сомневался, что смогу дойти до битвы с ним. И я никак не могу понять, каким чудом мне удалось одержать верх. Рикс проиграл или поддался? Не знаю, пятьдесят на пятьдесят. Впрочем, под хвост кентавру мысли об этом. Вскоре мы, как я обещал, нажрёмся до состояния свиней…
Глава 24
Чувствую, словно нахожусь между Сциллой и Харибдой. Вроде наконец-то и мой любимый месяц наступил — июль, и первым легионером теперь называют, и с нетерпением ждал выборов, на которых я смогу поучаствовать в первый раз. Только эти самые выборы, традиционно проходящие первого июля, и заставили меня испытать мерзкий привкус во рту. В прямом смысле слова — на языке словно что-то горькое и противное.
Виной тому кандидаты в сенат от провинции Паулина. Один из них — старик Валерий Катон Фидус, за которого я клялся сам себе не голосовать после его безумной речи перед нашим легионом. А второй — молодой и энергичный политик-реформатор Тиберий Флакк чересчур прогрессивных взглядов. Его политическая программа включает, помимо по-настоящему разумных идей, возрождение практики трибунов в легионах — командиров среднего звена со стороны гражданских. То есть вообще без специализированного образования, опыта и знания работы. Якобы для понижения коррупции, уменьшения преступлений среди легионеров и повышения доверия в обществе. Фактически — это механизм сдержек и противовесов. Но у нас уже есть один такой, преторианцами зовётся. Не так часто я соглашаюсь с Аяксом, но его фраза «гражданским не место в легионе, мы же прямо не лезем в сенат, на сцены, на заводы и в проститутки» как нельзя лучше отражает мои собственные мысли.