Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 7 из 100

Он обернулся к Нику и посмотрел с ухмылкой.

— Какая? — не удержался от вопроса парень.

— Не факт, что она сработает. И тебе точно обойдётся очень дорого. Но сначала ответь, ради продолжения учёбы ты готов поработать на тайную полицию королевства?

Глаза Никкейла удивлённо округлились, а на лице на несколько мгновений появилось выражение полнейшей растерянности. Потом он чему-то откровенно усмехнулся и уверенно кивнул.

— Готов, — сказал без сомнения.

— В таком случае… — улыбнулся декан. — Я попробую уладить вопрос твоей практики через лорда Стайра. Но ты сам понимаешь, что, в случае положительного решения, он с тебя не слезет. В его ведомстве твой талант будет незаменим.

— Скажу честно, карьера в тайной полиции — это совсем не то, чего бы мне хотелось от жизни, — признался Ник. — Но в данной ситуации отказываться будет слишком глупо.

— Верно мыслишь, — покивал его наставник, у которого с души будто камень свалился.

Ведь если на документах о практике Никкейла будет стоять подпись лорда Стайра, то даже ректор не рискнёт заикаться об исключении.

Дело за малым — получить эту самую подпись. Но лорд Дегон уже почти не сомневался, что у него получится. Всё же племяннице главы тайной полиции предстоит учиться на его факультете, а значит, в интересах лорда Стайра пойти им навстречу.

Королевская академия магии располагалась на западной окраине Хайсета. Учеба в ней традиционно начиналась с первого дня осени. Я же прибыла в нашу прекрасную столицу за неделю до сего знаменательного события, потому у меня было предостаточно времени для того, чтобы освоиться в новых реалиях.

За это время я успела спокойно отнести документы в деканат, получить учебники, форму, даже вдоволь побродила по самой академии. Жить собиралась в общежитии, хотя дядя предлагал остаться в его особняке. Я отказалась по многим причинам. Во-первых, считала неправильным стеснять своего вечно занятого холостого родственника, а во-вторых, не хотелось получить в его лице строгого надзирателя. Он совершенно точно стал бы контролировать каждый мой шаг. Возможно, даже приставил бы охрану — с него бы сталось. Особенно после того привета, который я всё же передала ему от пирата.

Дядя был в курсе всего, что произошло с нами в путешествии. Когда мы с тётушкой сходили с королевской шхуны в Бренте, куда нас доставили военные моряки, лорд Стайр уже стоял на причале. Сначала он убедился, что с нами всё в полном порядке, доставил нас в гостиницу, и только потом отправился разбираться в случившемся. Я знала, что теперь-то он взял под личный контроль вопрос разгула пиратов на торговом морском пути, и не сомневалась, что скоро с морскими разбойниками будет покончено.

С того дня о пиратах мы с ним не заговаривали ни разу. И только сегодня вечером, после того как проводили тётю Чари на поезд и вернулись в особняк, дядя решил поднять эту неприятную тему.

— Знаешь, Мэл, мне вот не даёт покоя один вопрос, — отложив вилку, заговорил дядя. — Почему, зная, что ты моя племянница, тот пират тебя всё-таки отпустил?

Мы ужинали с ним вдвоём в малой столовой, оформленной в коричнево-персиковых тонах. Нам подавали изумительную утку с овощами, и я искренне наслаждалась трапезой… ровно до того момента, пока не услышала дядину фразу. Потом перед глазами снова встало жуткое лицо со шрамом, и аппетит мгновенно пропал.

— С его стороны было бы логичнее оставить тебя, как козырь. Он должен был понимать, что теперь я начну на него охоту, а ты могла стать отличным предметом для шантажа. И всё же… он позволил тебе уйти.

Я вспомнила, как глупо грубила пирату. Как он грозился оставить меня себе… и как передумал.





— Он принял это решение как раз после того, как узнал, что я леди Стайр.

Дядя задумчиво кивнул.

— Как я понял, это был Коготь, — сказал он. — По моим сведениям, этот тип не так давно в их братии. Появился из ниоткуда, капитаном стал, устроив бунт на корабле и избавившись от своего предшественника. Удачливый гадёныш. И самый отчаянный из всех. Он орудует именно на главном торговом пути, по которому к нам везут товары с востока Лердонии и из соседних стран. Нападает чаще всего в непогоду, когда моряки заняты борьбой со стихией. Корабли уводит вместе с грузом. Некоторые возвращает ‒ просто бросает болтаться в море, но уже с пустыми трюмами. Некоторые так и остаются у него. А вот людей почти всегда отпускает. Но тоже не всех.

— Ну вот, значит нет ничего странного в том, что и меня он отпустил, — сказала я.

Мне было крайне неприятно вспоминать тот случай. Гадкий Коготь теперь присутствовал почти в каждом моём сне, делая их по-настоящему жуткими. Он снова прижимал меня к себе, пытался поцеловать, а я уворачивалась. Била его магией… но после этого на его страшном лице каждый раз появлялась удивительно довольная улыбка. Будто ему даже нравился мой отпор.

После этих снов я просыпалась в холодном поту и подолгу лежала в кровати, убеждая себя в том, что это просто происки моего подсознания. Что я в безопасности, в защищённом магией доме, и мне точно ничего не угрожает. В отличие от тех, кто до сих пор находился в плену у пирата.

— Есть ли информация о тех, кто остался тогда на корабле? — спросила я у дяди.

— Нет, — он покрутил в пальцах столовый нож. — Но их ищут. Как и «Алый рассвет».

Коготь сбросил тогда в море почти всех членов команды. Он оставил в плену только капитана и боцмана. Ну и тех десятерых пассажиров, которым не повезло. Боюсь даже думать о том, что с ними сейчас происходит.

— Удивительно, что в наш век развития магической науки и механики, вообще существуют пираты, — высказала я своё негодование.

— В море магия нестабильна, — покачал головой дядя. — Есть участки, на которых её вообще нет, а кое-где ‒ наоборот — слишком много. Потому там далеко не всегда работает привычная связь.

— Это я знаю. Просто странно, что наша полиция и военные не могут справиться с шайкой морских разбойников.

— Поверь, Мелисса, это ненадолго.

И я ни на мгновение не усомнилась, что очень скоро от пиратов останутся одни лишь воспоминания. Если уж это дело взял на контроль лично глава тайной полиции, то у преступников просто нет ни единого шанса.

Вдруг бесшумно отворилась дверь, и в столовую вошёл дворецкий — мистер Сайх. Он поклонился дяде и только потом заговорил:

— Милорд, к вам лорд Никкейл Крайстер по личному вопросу.

Дядя на мгновение нахмурился, будто пытался вспомнить, кто это такой. Но вдруг в его глазах появился знакомый блеск азарта, а взгляд стал очень довольным.