Страница 13 из 43
Под дном лагуны был огромный складской комплекс, оставшиеся ещё от предтеч, там находился арсенал Наутилуса и помимо тех же складов, автоматическая система переработки продуктов в пайковые брикеты. Из мяса, рыбы, фруктов и овощей, эта система делала нечто вроде пеммикана четырех же наименований в виде пластинок упакованных в нечто вроде вакуумной тары из папируса. Их можно было грызть или варить в разных вариациях, а хранились они практически вечно.
Сетчатая защитная сфера окружающая лагуну (наследие катаклизма) была непроницаема с обоих сторон, изнутри просто не пропускала, а снаружи просто уничтожала нарушителей внешнего периметра. Как то какая-то подозрительная шхуна, неясной национальной и государственной принадлежности, на хорошем ходу врезалась в сферу и исчезла в беззвучной вспышке.
Азазель почерпнувшая у Афины много полезной информации, например выяснилось, что из бункера, могло осуществляться терраформирование атолла и лучший терминальщик, старший лейтенант государственной безопасности из внедренных в свое время к ученым, который вдобавок закончил некогда техникум по специальности землемер, приступил у упорядочиванию территории в сторону ее увеличения. Поле локализации лакуны, автоматически расширялось вместе с новыми площадями так что перспективы присутствовали. Первым делом, была сделана гавань для Щуки, в мысе вынесенном на километр в океан, с автоматизированной галереей в арсенал. Так же был еще сделан залив, который превратили в озеро и где стали разводить рыбу ценных пород за которой Щука ходила в специальные рейды.
И еще один полуостров, канцлер с майором отвели под организацию Всемирной Александрийской Академии. В подземных хранилищах дворца хранились древние свитки, рукописи и инкубулы. Там оказалась погибшая Александрийская библиотека и даже Либерия Иоанна Грозного. Атлант известный, как Ганимед, веками собирал свою коллекцию и не успел ее вывести. Через информаторий Бункера были выявлены специалисты соответствующего профиля, (причем желательно из не признанных гениев), желательно неустроенных в жизни и живущих в приморских городах. Их вывозили на Щуке в атолл и предъявив здание Академии являющееся копией Александрийской библиотеки и предъявляли сокровища «запечатлённых слов и знаков». Большинство выпадало в когнитивный диссонанс, особенно от здания Академии, которое был один в один, как на древних рисунках (в арсенале атолла были строительные комбайны атлантов , способные создавать из ничего все что угодно . Так что большинство приглашенных соглашалось навсегда сменить место жительства, ради того, что бы припасть к источнику Знаний Мусейона (библиотеки).
Редких несогласных возвращали назад, но доставка и туда и обратно была своеобразно легендированна и дала вспышку обновления древней легенды…
Пепе Проныра свернул черный парус и стал ждать условного сигнала с турецкой шебеки, с которой он должен был встретиться этой ночью. Война, войной, а древнее ремесло контрабанды, никто не отменял Ндрангета (колабрийская мафия контрабандистов) работала как и в мирное время. Турецкая краска для волос, пряности, ткани, все это имело своих покупателей и сейчас Пепе вслушивался в лёгкий штилевой плеск волн, что бы заслышав звук приближающегося судна коллег, включить специальный фонарь синего цвета. И вот вроде раздались всплески волн о борт и Пепе включил фонарь, но вместо шебеки, он увидел светящийся силуэт «Летучего голландца» летящий над морем, призрачный корабль прошёл вплотную к лодке итальянца и на Пепе оттуда пахнуло могильным холодом.
А те кто вернулся из лагуны, рассказывали что их возили на Летучем голландце (в такую голограмму была одета транспортная платформа, на которой объект благополучно усыпляли и будили уже в лагуне, то есть Щуку никто из кандидатов в Академики не видел).
Благодаря данным свидетельствам, по всем портам и кубрикам пошла волна историй о Летучем голландце, который вернулся и ворует ученых чтобы они прочитали заклинание из Некромикона, дабы оживить команду корабля-призрака.
Причем часть книгочеев приносят в жертву прямо на палубе Летучего голландца.
Особенно бурную реакцию это вызвало в Италии, где суеверия традиционно занимали солидное место в умах, и было несколько случаев, когда моряки с маломерных судов Regia Marina, открывали огонь по парусникам на которые натыкались вечерней порой. А в прибрежных городах проявилась интересная тенденция, оттуда начался отток в центральные районы итальянского сапога некоторых литературоведов, и туда наоборот потянулись их более авантюристичные коллеги из центра. А по ночам, на причалах кишели экзальтированные девицы, распевающие сверх модную песню про девушку и моряка с Летучего голландца.
Спецслужбы тоже не дремали и организовывали засады, скрытную охрану и даже дома и квартиры- ловушки с фальшивыми литературными специалистами.
У местных альгвазилов естественно не обошлось без накладок. Сицилийские мафиози, устроили налет на букинистический магазинчик в Неаполе, хозяином которого был филолог любитель, который был у карабинеров в «тревожном списке». У этого букиниста в личной коллекции была старинная книга, которая принадлежала некогда Карлу I Анжуйскому и которую жаждал заиметь один из Сицилианских Донов. Букинист-филолог жил над своим магазином на втором жилом этаже и семьи у него не было, что предварительно выяснили мафиози, но они не знали, что там проживал кузен букиниста, малость спятивший после контузии полученной в Альпах в 1917 году, когда французы (будущие франконцы) добивали остатки австрийской армии. Итальянцы к тому времени объявили нейтралитет и не воевали но в расположение берсальеров прилетел шальной австрийский снаряд и Серджио получил контузию, орден и манию преследования. Он много лет не выходил из дома и бодрствовал по ночам сторожа магазин и покой брата. У него был хромированный револьвер Беретта (копия ковбойского Кольта) и двуствольная лупара (дробовик). Из нее он выдал дуплет по сицилийцам, они ответили, а потом вмешались карабинеры и пошла большая пальба, посмотреть на которую сбежалось пол города. Самое интересное, что никто из бандито и альгвазилов не пострадал, зато шальными пулями было ранено пять горожан. После этого инцидента, букинист закрыл свой магазин, упаковал книги в ящики, не афишируясь продал свой дом риэлторской конторе, заказал в Риме перевозку и ночью, вместе с братом и грузом, отбыл на двух грузовиках в Рим, где только что получил в наследство от своей тетушки дом с винной и продуктовой лавками. Полицейского присмотра за ним уже не было, так как «Голландский» ажиотаж начал уже спадать и его отъезд все прохлопали, а когда в доме появились новый хозяева, по городу пошли слухи, что букиниста увезли на Летучем голландце, причем со второй попытки. Первую отбили доблестные карабинеры. А потом все новости отступили и померкли, на фоне сенсационной атаки на Скапа-Флоу.
Глава 15. Скапа-Флоу
Уже второй месяц, Щука проводила операцию «Пятнашки». В разных морях и океанах, белые субмарины с литерой N, топили корабли, под Британскими и Франконскими флагами и корабли под любыми другими флагам, если они держали курс на Британию. Потом уже традиционное всплытие и облет виманой места боя.
А еще лодка периодически всплывала на траверзе Атлантических портов САСШ, (из которых шли грузы в Британию и Франконию) и топила при этом все что там плавает или то что просто стоит на рейде ( а нечего стоять где не попадя).
Причем помимо лодки принца Дакара, в виду обломков потопленных судов стали появляться и другие гигантские белые субмарины, с разными символами на рубках и бортах. И на балконах виман, которые иногда подлетали к шлюпкам или признанным нейтральными судами, появлялись раджи и рани, наследники разоренных и уничтоженных во время Сипайского восстания индийских княжеств. Получалось, что у принца Дакара уже целая флотилия субмарин и это вызвало повсеместную панику. Морское сообщение в Атлантике, между САСШ и Британией было теперь практически парализовано. Добраться до Острова удавалось только одиночным и не очень большим кораблям, все караваны и большие суда, методично уничтожались. Лендлиз сократился в разы.