Страница 22 из 72
— Алекс, — холодным тоном позвал Марс, — хочешь узнать, сколько мы спали?
— Сколько?
— Поздравляю, примерно чуть больше двух дней.
— Что?!
Алекс быстро все осознал. Сложив вместе рейтинг, утверждение Марса, а также те перемены, которые произошли в лабиринте, он и сам призвал свой рейтинг.
— Вот черт… — прошептал Алекс.
— Кажется, — Марс задумчиво потер подбородок рукой, — очки списываются по времени лабиринта. То есть не каждые двадцать четыре часа, а каждые сорок два часа. Да и мы с тобой уже привыкли жить по часам лабиринта, так что спали мы около двух дней отнюдь не по меркам внешнего мира.
— У меня проблемы, — взволнованно произнес Алекс. — Мне не хватает очков на сегодняшний день.
Марс задумался. Конечно же он тоже обратил внимание на параметры товарища. Сокращение очков вызвало у него не столько удивление, сколько настороженность и одну интересную идею.
— Кажется, — протянул Марс, — я смогу помочь тебе. Нужно же просто передать тебе часть моих очков?
— Ты знаешь, как это сделать?
— Предполагаю, что… — Марс нажал на ячейку «очки», расположенную на одной строке с его именем, и тем самым выделил ее. Следом он также нажал на ячейку очки рядом с именем Алекса, и также выделил ее. Перед глазами Марса всплыло новое уведомление:
«Хотите передать очки другому чтецу? Введите сумму».
Марс быстро написал около одной тысячи очков и нажал на кнопку «да». Дальше все прошло автоматически. Без предупреждения самого Алекса очки перевелись ему и появились в рейтинге рядом с его именем. Марс довольно улыбнулся, в тайне радуясь тому, что уже когда-то давно в лабиринте он видел подобный способ обмена между храбрецами.
— Вот так.
Алекс заметил появление у себя очков сразу. Не совсем понимая как это произошло, но, уже радуясь тому, что это случилось, Алекс счастливо вскрикнул:
— Господи, Марс, ты меня спас!
— А ты заметил? — заговорил Марс, сразу переключаясь на другую свою мысль. — Даже несмотря на то, что мы сейчас не находимся в лабиринте, налог на жизнь все равно списывается.
Алекс замолчал. Его радость сменилась новой идеей, подкинутой Марсом. Обдумав эти слова, он продолжил:
— Для оплаты налога нужны очки, а очки чтецы могут получить только в лабиринте. Получается…
— Нас просто заманивают обратно, — с улыбкой заключил Марс.
Алекс замолчал. Настроение его вновь стало падать. Мысль о необходимости возвращения в лабиринт начала тревожить.
— Марс, — позвал Алекс, начиная щуриться, — ты ведь помнишь, что некоторые чтецы покидали лабиринт и пытались жить вне его? Как думаешь, их перенесло обратно в башню во время всей этой неразберихи?
— Даже если и нет, тогда им все равно придется пойти туда из-за налога на жизнь.
— Но у них здесь могли быть семьи… Дети…
— А в лабиринт эти семьи войти не могут. Вот тебе и замкнутый круг. Как будто нас вынуждают отдалиться от всего мира.
Алекс замолчал. Он поставил книгу, которая была у него в руках обратно на полку, и начал читать новую. Правда, было видно, что читал он не вдумчиво, быстро. Будто бы размышляя о чем-то постороннем, он скорее просто делал вид, что читает.
— О чем задумался? — спросил Марс, в конечном счете, замечая это странное поведение.
— Ты передал мне свои очки. А можно ли вынудить человека сделать то же самое?
— Возможно, — Марс лишь пожал плечами.
— Главное, чтобы это была не сделка, а добровольное согласие…
— Почему? Можно сделать из этого и сделку. Приставить нож к горлу и сказать: я сохраню тебе жизнь, а ты отдай мне все свои очки.
— Это ведь рискованно. Если нарушить сделку в лабиринте…
— Ты про то, что вымогатель все-таки потом решится убить этого человека, чтобы не оставить свидетелей? — Марс задумался. Он попытался представить эту сцену и, надо сказать, получилось у него достаточно легко. Если бы подобный вымогатель начал охотиться на людей, рано или поздно его бы поймали. Чтобы избежать этого, лучше всего было бы добивать свидетелей. — Нарушение сделки в данном случае не повлечёт какой-либо кары. Как сказал мне смотритель, все, что может сделать в таком случае лабиринт — это послать уведомление с предупреждением твоему торговому партнеру, хотя в нашем случае скорее жертве, или наслать на тебя потом побольше монстров в боевой зоне.
— Но если ты угрожаешь кому-то жизнью, тогда ни уведомление, ни монстры в боевой зоне не спасут жертву.
— Да, — беззаботно ответил Марс, — думаю, это так.
Алекс тяжело вздохнул. Вновь отложив в сторону книгу, он взял новую и, раскрыв ее, произнес:
— Мне все страшнее думать о том, что сейчас происходит в лабиринте.
— Я могу лишь предположить, что там случилось. После подобного подарочка системы в виде способностей, невиновные оказались на вершине, в то время как виновные стали причиной всех несчастий. Уверен, многие умрут, а немало выживших в своих бедах будут винить именно тех, кто когда-то бросил покорение.
— А еще, — заговорил с волнением Алекс, — в безопасных зонах явно начнется хаос. Власть гильдий ослабнет.
— Возможно, даже начнутся войны между гильдиями. Явно ведь найдутся те, кто попытаются воспользоваться несчастиями других.
— Ты прав. — Алекс устало прикрыл глаза, мысленно уже представляя, во что могла превратиться его любимая безопасная зона. — Знаешь, как бы я об этом не размышлял, сейчас я не хочу возвращаться в лабиринт. Понимаю, что это плохо, но неизвестность пугает.
— С моими текущими очками мы вдвоем с тобой долго находиться тут не сможем. Если хочешь быть в безопасности и не входить в группу риска по возможности гибели от неуплаты налога, тогда нам стоит вернуться в течение двух недель.
— Так рано? — удивленно спросил Алекс. — У тебя же хватит очков и на большее время.
— Алекс… — Марс строго посмотрел на своего товарища. Закрыв перед собой все уведомления, он ответил: — Очки выдаются только за прохождение новых этажей. Как много времени нам понадобится, чтобы подготовиться к новому восхождению? Сколько дней мы еще будем собирать новую информацию, а потом еще проходить этажи? Мы ни разу не прошли этаж за один день, хотя начинали с самых низов. С самого легкого, понимаешь?
— Ты прав. — Алекс разочарованно опустил голову. Его глупые мысли о продолжение этого отдыха во внешнем мире сразу же развеялись. — Прости. К тому же это твои очки. Свое я уже все растратил.
Марс промолчал. Вместо того чтобы как-то подбодрить или что-либо сказать он отметил про себя кое-что: Алекса намного больше пугало то, что происходило в лабиринте, чем то, что происходило с ними сейчас. Однако при всем этом сейчас опасность была не меньше.
— Марс, — с легким удивлением и растерянностью позвал Алекс, смотря на пожелтевшие страницы рукописной книги в своих руках, — кажется, я что-то нашел.
8. Правда
День продолжался. Солнце, уже давно светившее на небосводе, будто находилось в своей крайней точке. Его палящие яркие лучи спускались на тренировочную площадку. В это время рыцарей здесь не наблюдалось. Обычно они были либо в карауле, либо на обеде именно в этот час. Тем не менее парочка человек здесь все же была.
Тяжелые вздохи и звуки взмахов деревянного меча раз за разом звучали на площадке. Гил, тренировавшийся с самого утра, стоял в боевой стойке и беспрерывно взмахивал мечом. Это упражнение уже не столько оттачивало его навыки, сколько помогало сосредоточиться.
Рядом с ним, на специально вынесенном из замка стуле сидела Лилиан. Как обычно, девушка лишь наблюдала. Со стороны казалось, что ей даже не становилось скучно от этого постоянного наблюдения, но это было далеко не так. Гил мог тратить часы и даже дни на тренировки, в то время как Лилиан просто приходилось быть рядом. Частично она и сама хотела этого, частично была просто вынуждена.