Страница 28 из 69
Моряки так же спокойно общались с отверженными, делились последними новостями и зубоскалили, глядя на женщин. Вообще с первого взгляда было неясно, что именно не так с этими людьми. То есть, неужели всех этих бедолаг выслали за их ошибки? Тогда почему так спокойно идет общение и обмен информацией?
— Удивляешься ворон? — Незаметно подошел со спины друид.
— Немного. — Ответил я.
Тем более что ты отлично знаешь старик, — я не ворон, но ради тех, для кого ты стараешься, готов продолжить эту странную игру.
— Сейчас утро, — пояснил он, поглаживая свой верный посох. — Солнце освещает остров и твари прячутся, ожидая темноты. А люди… они все же наши люди. Мы не имеем права лечь с ними под одной крышей, как велит закон, но, честно говоря, каждый из них уже сторицей заплатил за свои проступки. Пережить даже одну ночь здесь и не сойти с ума — подвиг.
— А Выродок? Его преступления гремят на весь архипелаг.
— Ярд не подарок, видит небо. — Друид харкнул на доски причала и глянул на облака. — Но и отдать ему должное стоит. Он собрал людей, дал им цель, отстроил стену и замок. Деревни местные опять же. Ведет торговлю с контрабандистами из разных мест. И все это зная, что может не дожить до следующего рассвета.
— Воля мужчин Скеллиге крепка как камни, — хмыкнул Джекилл.
— Это верно, — Асгейр дернул себя за породу. — Но и упрямство не мягче. Даже если приходит осознание в собственном заблуждении, очень редко получается признать свои ошибки.
— Гордыня, — кивнул я. — Частный недостаток сильных и умных людей.
— Она ослепляет и оглушает не только лучших из нас, — мотнул бородой друид и по-стариковски вздохнул. — В этот момент нужен друг, который сумеет вовремя остановить и поправить, а вот когда такого нет, жди беды.
— Философия, — усмехнулся ситх.
— Жизнь, — пожав плечами, ответил Асгейр.
— И что теперь? — Спросил я.
— Несколько дней займет починка, и поход продолжится, — ответил друид. — Я помогу людям с лечением, как и остальной круг, поставим охранные чары. Дела найдутся.
— Это верно, — бухнул Октавиан, — дел всегда хватает. Асгейр, я пройдусь по острову, посмотрю сам. Если будет что нужно — пришлю одного из парней.
— Повнимательнее, — предупредил старик и широким шагом направился к берегу.
Слегка поднявшись по протоптанной широкой тропе, мы свернули в другую сторону от виднеющейся крепостной стены и скрывшись за деревьями призвали коней. Когда залезли в седла, из кустов появилась Эстрелла и обратив на себя внимание глухим ворчанием, унеслась в направлении редколесья.
— Нам за ней, — предупредил я ситха и заказчика, а затем направил лошадь в нужную сторону.
— Как скажешь, — на удивление спокойно ответил Джекилл.
Гончая привела нас через час в горы на небольшой, огороженный лесом, холм рядом с пещерой. Мы стреножили коней и встали рядом с выложенным кругом камнем для костра. Внутри неглубокой пещеры ничего не было, кроме постели из шкур и трав под потолком. То, что пещера обитаема так же было видно по вывешенным шмоткам на натянутой рядом со входом веревке.
Стоило нам осмотреться и присесть на уложенное рядом с костром бревно, как из чащи послышался сильный рев. Вскочив и автоматически наложив на себя защиту, я увидел огромного медведя, выходящего на нас из — за деревьев.
Эстрелла продолжала лежать, лишь лениво зевнула, показав медведю внушительную пасть зубов.
Медведь остановился и поднялся на две ноги. Он провел когтями по растущему широкому дереву и оставил на коре ясно различимый след. Оскура фыркнула и отвернулась. Медведь недоуменно перевел взгляд на нас, я пожал плечами и присел на то место с которого вскочил, ведь все равно между мной и возможным противником лежала гончая.
Глядя на меня, присели и Джекилл с Октавианом.
Медведь опустился на четыре ноги и подошел ближе, встав рядом с нами. Зрелище это было устрашающее. Я читал о медведях и знаю на что они способны в драке, так что, глядя на гору мышц, казалось бы, вальяжно приближающуюся ко мне, но в момент опасности способную мгновенно превратиться в машину смерти, оценил по достоинству.
А потом я то ли моргнул, то ли еще что, но там, где только что стоял медведь, теперь опираясь на корявый деревянный посох, стоял грузный мужик со спутанной рыжей бородой и недобрым взглядом.
— Чего надо? — Рыкнул он, оглядев каждого из нас.
— Поговорить. — Поднялся Октавиан. — Прости хозяин, что нежданно вломились в твой дом, но поговорить и правда надо.
Полминуты оборотень обдумывал слова заказчика, то и дело поглядывая на Эстреллу.
— Три гривны, — ощерился в зубастой улыбке рыжебородый, приняв какое — то решение. — Можно золотом, можно серебром. Тогда и поговорим.
— Это дорого, — заметил ситх. — В смысле за простой — то разговор.
— Никого не держу, — и махнул рукой в сторону тропы, по которой мы пришли.
Октавиан спокойно отсчитал монеты и ссыпал их в протянутую ладонь. Деньги тут же исчезли в поясе у оборотня. Мужик присел на бревно и еще раз каждого из нас осмотрел.
— Меня зовут Бер. — Он поставил рядом с собой посох и тот остался стоять. Прямо магия!
— Октавиан Вит, — представился заказчик и указав рукой на нас, добавил, — мои парни.
— Как же, наслышан, — хмыкнул оборотень. — Сам Один спустился из Асгарда со своими верными воронами и одним из волков. Вернее, волчицей, которая к роду волчьему не имеет никакого отношения. Как вас самозванцев еще не утопили в луже дерьма?
— Мы никогда не говорили, что являемся богами, — пожал плечами Октавиан. — Вопрос в том, зачем это Асгейру?
— Верно мыслишь, здоровяк, — удовлетворенно кивнул Бер. — Народ с готовностью нырнет теперь за Асгейра в навоз, ведь тот с самим богом накоротке. Именно по его зову Один помог в битве с драконом и даже с морским гадом. Молнии аса разят все живое! Очень воодушевляет, не так ли?
Оборотень глухо хохотнул и достал з заплечного мешка большой кусок мяса. Затем щелкнул пальцами и остывшие угли вновь покраснели и налились жаром. Он быстро порезал мясо на ломти и повесил их над огнем.
— Что происходит на острове? — Спросил Октавиан. — Нам нужна краткая и емкая информация по раскладу местных, чтобы не вляпаться во что — то еще более интересное.
— Соль есть? — вопросом на вопрос ответил местный друид.
— Солонина есть, а самой соли нет.
— Засунь солонину себе в задницу, — посоветовал Бер. — Придется по привычке золой, хотя это и не то. Эх!
— Так что по поводу моего вопроса? — Напомнил спустя несколько секунд тишины наш заказчик. — Я вроде как заплатил за разговор и немало.
— Подкинь хвороста, — потребовал оборотень.
Октавиан молча выполнил, хотя мы с Джекиллом ясно видели, как заходили у него желваки на лице.
— Вот видишь ведерко, — друид указал на рядом стоявшее на боку деревянное ведро. — Там рядом есть ручей, в овраге. Наполни ведро и тогда расскажу.
Воин поставил ведро перед собой, поднялся, чуть оттянул кожаные штаны, слегка наполнил ведерко и завязал тесемки на поясе. Все это в полной тишине и глядя в расширившиеся глаза друида.
Эстрелла еще раз фыркнула, на этот раз насмешливо. Она явно оценила поступок и не собиралась скрывать своих чувств. Чтобы вонь из ведра не отвлекала, я поднял ведро телекинезом и отлеветировал его в казанный ранее овраг.
— Ну и ладно, — пожал плечами Бер. — Я посмеялся, вы посмеялись. Квиты. Так что у тебя за вопрос — то был?
— Местные фракции враждующие. Что можешь рассказать о них за уплаченные наперед гривны?
— Не так чтобы много, — чуть поудобнее устроился на бревне оборотень, — но всяко побольше любого тупого железнолобого.
Это он так одним словом выразил свое отношение к воинам. И к Октавиану лично, так как тот и не подумал снимать шлем.
— Тупой железнолобый слушает, — хмыкнул в ответ Вит.
— Неплохо, — вернул ему усмешку Бер. — Тогда слушай внимательно. Все деревни находятся на берегах с разных сторон острова. У воды проще держать оборону или в случае чего, спасаться бегством. К северу от главного порта, где остановились ваши корабли, есть лес, но чем глубже в него заходишь, тем больше замечаешь отличий в природе. Здесь на острове отверженных, стараниями фейре, сумел проявиться осколок Железного Леса с его исконными обитателями — вельвами и их волками.