Страница 26 из 28
Понятно, что после такого рассказа зерна сомнений в душе Фадеева немедленно проросли и заколосились. Другим же, не менее интересным местом полковник явственно почуял, что хлебнут они еще горя с этим адвокатом и его связями. А чуял Константин Евгеньевич всегда исключительно точно, ибо, по его собственному выражению, закаленная в боях задница у него была вся в шрамах, а потому - очень чувствительная.
Полковник Фадеев не знал, что реальным заказчиком «наружки» за адвокатом Правдиным был тот самый «куратор» Станислав Алексеевич, которого Фадеев встретил в кабинете Зама. Станислав Алексеевич Кириллин служил в ГУБОП МВД РФ и на протяжении последних нескольких лет руководил бригадой сыщиков, работающей над секретной милицейской разработкой под кодовым наименованием «Техосмотр». В рамках этой разработки люди Кириллина отрабатывали так называемую иркутскую группировку и ее духовного лидера господина Сурина, более известного как Ребус и Кардинал.
Ребус родился, вырос и накопительно-поступательно получил все три свои судимости в городе Иркутске, в котором с конца 80-х годов зажигал преступный авторитет Базиль. Авторитет был правильный - город держал, воровскую Сибирь прославлял, имел связи даже с небезызвестным Япон-чиком и чем мог помогал последнему. У известного в ту пору лишь в пределах Иркутской области Сурина такого авторитета, конечно, не было. Зато у него имелись апломб и неуемная страсть к интригам. Поэтому, выйдя на Япончика в лихую для того годину (а Япончик скучал в тюрьмах США), Ребус ни много ни мало взял да и выпросил у него рекомендацию в законники. Так он стал вором, и Базилю это, понятное дело, не очень понравилось. Однако его мнения поначалу никто не спрашивал, а через какое-то время и спрашивать стало не у кого, поскольку в 1998 году Базиля покрошила группа Олега Богомола, вставшая под знамена Сурина.
В одиночестве, да на Олимпе, да при таких связях и при такой братве, Ребус подмял под себя фактически всю Иркутскую область. Люди и силы его стали умножаться. Что немудрено, ибо еще Михаил Афанасьевич Булгаков в свое время пророчески заметил: «Прескучно живут честные люди! Воры же во все времена устраиваются великолепно, и все любят воров, потому что возле них всегда сытно и весело».
Бандитствовать по-мелкому Ребусу наскучило очень скоро, и он перешел к захватам собственности и власти в стиле гангстеров и звериного капитализма. И, забегая вперед, скажем, что в этом деле он зело преуспел. (Кстати, в свое время стиль этот Ребус пытался тщательно копировать с героев фильма Серджио Леоне «Однажды в Америке».) Созданное Суриным иркутское ОПС контролировало часть энергетической, алюминиевой и целлюлозно-бумажной промышленности, несколько предприятий нефтехима, поставки спирта, строительство таможенных терминалов и прочая, и прочая… В городах области Ребус наложил лапу на шоу-бизнес, модные кинотеатры, прокат фильмов, колхозные рынки, универсамы. При этом иркутские ребята не брезговали и традиционными вымогательствами с разбоями - правильно, нельзя руку сбивать. Коммерческий уклон коммерческим уклоном, но торговые люди, чиновники и иже с ними должны бояться. Когда люди знают, что государство не защитит, то это ведь тоже - Бизнес.
Но вскоре и этого всего Ребусу показалось мало - хоть и в пятьдесят Швейцарии, но все же тесновата Сибирь. Тем паче что любая безнаказанная агрессия требует все больше и больше пространства, а в розовых снах и мечтах ему уже и мировое господство стало грезиться. В развитии новой национальной идеи Сурина иркутские начали конкурировать в Москве с крупнейшими коллективами - солнцевской и коптевской бригадами, а в Питере с тамбовскими и казанскими. Параллельно запустили десант в Новосибирск, Альметьевск, Великий Новгород - везде нашлись кружки по интересам. Конечно, открыто против всего мира не попрешь, а вот для партизанской борьбы мобильные летучие отряды - это как раз самое то.
Отряды эти преимущественно состояли из военнослужащих внутренних войск и бывших десантников из штурмовых бригад, были в них и профессиональные взрывники. Не мудрствуя лукаво, основным способом решения вопросов было выбрано физическое устранение конкурентов. Нет, конечно, иногда начиналось и с долевого бизнеса, но в оконцовке все равно почему-то выходило одно - шилом в бок. Между тем Ребус, вращаясь в Испании, в Монте-Карло, в Москве на раутах, решал вопросы все больше политические, глобальные. К тому времени он уже плотно обосновался в Москве.
Именно в столице, как приложение к уже никем не оспариваемому авторитету, пришла и настоящая слава. Сам министр внутренних дел, выступая перед депутатами Госдумы, заявил, что вор в законе Ребус, совместно со скандально известными братьями-бизнесменами, контролирует цельный алюминиевый завод. Это ли не «Оскар»?! Кстати, по оперативным данным, скрупулезно и по крупицам собираемым бригадой Кириллина, некоторые депутаты после этих откровений министра пережевывали информацию в «Ирландском» ресторане с… Ребусом. Как говорится, жди, пока черт сдохнет, а он еще и хворать не думал. Кстати, под кличкой Ребус столь влиятельный и всеядный товарищ фигурировал лишь в секретных бумагах МВД. А для приближенных и «допущенных к столику» уже давно допускалось почтительно-гламурное обращение Кардинал, которое острословы из конкурирующих организаций бандитствующего толка крамольно перекрестили в Карданвал. Кстати, внешне Ребус действительно походил на гнутую и тертую жизнью и перепутьями железяку. А свое первое и основное прозвище он получил еще по первой ходке в Тулунской спецтюрьме за свою неуемную страсть к разгадыванию кроссвордов, которые Сурину еженедельно доставляли в камеру целыми пачками.
В последнее время в служебные командировки на берега Невы подневольный биограф Ребуса Станислав Алексеевич Кириллин отправлялся регулярно, потому как начиная годика эдак с 2001-го центр тяжести бизнес-интересов Сурина ощутимо смещался в сторону Северо-Западного региона. Наместником иркутских на питерской земле был тот самый Богомол, который столь непочтительно обошелся с преподобным доном Базилем. Надо сказать, что его преданный труд был оценен Ребусом по достоинству. Помнится, в «Неуловимых мстителях» волосатое «их императорское величество» предлагало полковнику Кудасову «подарить Польшу». Что ж, нынешний Петербург с его окном в Европу был не менее ценным подарком.