Страница 37 из 91
— Правда? — Клиентка и верила, и нет. Хотела верить, но слишком часто до этого обжигалась.
— Правда, — ободряюще улыбнулась Вика, — чистая правда. Мы вам поможем.
— Спасибо!
Теперь глаза этой женщины светились счастьем. Она бросилась к девчонке, обняла, крепко прижала к себе. Повторила почти шепотом:
— Спасибо…
По щекам ее, по родимому пятну бежали слезы. Я отвернулся к окну. Видеть это было выше моих сил. Тем более я не представлял, как мы сможем ей помочь. Как будем выпутываться из создавшейся ситуации.
На заборе рядком сидели беспечные воробьи. Чистили перья, чирикали. У них была своя жизнь. Я даже завидовал им. Жаль, человеку так невозможно…
Вика проводила клиентку, вернулась, встала рядом. Словно нечаянно прижалась ко мне боком. Я не стал ее обнимать. Тихо спросил:
— Ты зачем ее обнадежила? Мы же ничего не сможем с этим сделать.
Она, не глядя на меня, ответила.
— Сможем. — В голосе ее появился неведомый мне раньше металл.
Вика, та Вика, которую я знал все эти дни, так говорить не могла. Я резко обернулся, схватил ее за плечи, встряхнул.
— Вика, ты вообще понимаешь, чего наобещала?
— Понимаю, — ответила она твердо.
Я отнес это к юности и девичьей глупости.
— Ничего ты не понимаешь. Ничего! Если мы ей не поможем, мы ее убьем. Убьем! Это тебе ясно?
Она кивнула. Я вгляделся, в глазах ни тени раскаяния. Ни капли сомнения. Азартный интерес, вопрос, все что угодно, только ни проблеска сожаления. Я отпустил ее.
— Ты страшный человек, Вика, ты подарила несчастной надежду там, где ее не может быть.
И тут она выдала фразу, которая сразила меня наповал.
— Надежда — колыбель идиотов. Она убаюкивает, лишает способности действовать, принимать решения. Я не люблю надежду. И я знаю, что надо делать. — Теперь уже она взяла меня за плечи. — Сама я с этим не справлюсь. Но справишься ты. Я помогу тебе.
Сейчас я почему-то не поверил. Из горла моего вырвался горький смех.
— Поможешь? Чем ты можешь мне помочь? Совершишь чудо? Ты что? Ангел? Господь Бог? Кем ты себя возомнила? Ты соображаешь, что говоришь?
— Помогу, — сказала она твердо, — если ты ответишь на один вопрос.
Я мысленно сплюнул. Девчонка совсем потеряла чувство реальности. Заигралась в великую помощницу шамана. От этого было горько.
— Какой еще вопрос? — спросил я почти безнадежно.
На лице девчонки появилось отчаяние. Но она задала свой вопрос:
— Как тебя зовут?
Что? Что за черт? Что все это значит? Я был ошарашен.
— Сергей. К чему такие глупые вопросы?
— Нет, — она закусила губу, покачала головой. — Как тебя звали раньше. Я хочу услышать твое настоящее имя!