Страница 27 из 165
«Абонент временно недоступен. Перезвоните позже…»
Я снова обречённо вздохнула и положила голову на спинку дивана.
«Стас сказал, что Захаров — это близкий друг его мамы. Может, стоит поговорить с Мариной Дмитриевной?»
Не смотря на запреты Стаса, я вышла из офиса, и вызвав такси, поехала в родительский дом Стаса. Попасть вовнутрь оказалось сложнее, чем я думала. Множество камер, охранники… Но невесту Станислава Владимировича пустили без проблем.
Я оказалась в цветущем саду, в котором мне уже доводилось бывать около недели назад. Сад был просто гигантским. Множество тропинок и дорожек. Основные дороги, по которым наиболее часто кто-то ходил, были выложены бледно-жёлтым кирпичом. Клумб не было. Цветы на первый взгляд росли то тут, то там без всякого порядка. Но так только казалось. На самом деле у садовников была очень интересная схема посадки всех растений. Однако тому, кто об этом ничего не знал, казалось, что цветы тут растут сами по себе. Их аромат заполнял всё пространство на несколько метров вокруг куста и от этого сладкого запаха кружилась голова.
Я прошла вперёд в сторону дома. Там находился гамак и качели. Подойдя ближе, я заметила на качелях женщину, похожую на мать Стаса. Она сидела спиной ко мне.
— Марина Дмитриевна, — негромко позвала я, и женщина обернулась. Увидев меня, на её лице появилось недовольство, — Здравствуйте.
Женщина ничего не ответила и повернулась обратно спиной ко мне. Я подошла к ней и остановилась у качелей.
— Ты со Стасом? — хмуро спросила она.
— Нет, я одна.
— Тогда я не понимаю, что ты здесь забыла.
— Марина Дмитриевна, я понимаю, что вы не хотите меня видеть, но…
— И правильно, что понимаешь, — перебила она, — Я уже сказала, что ты моему сыну не пара. Поэтому видеть тебя в своём доме я не хочу.
— Мне нужна ваша помощь.
Женщина ухмыльнулась и с презрением посмотрела на меня, скрещивая руки на своей груди.
— С чего это я должна тебе помогать?
— Можно я сяду? — спросила я, жестом указав на качели.
— Ладно.
Усевшись рядом с Мариной Дмитриевной, я посмотрела на неё.
— Сегодня Стас должен был заключить важный договор с Захаровым. Вы ведь знаете его?
Марина Дмитриевна махнула головой, и я продолжила:
— Так в общем, сделка не состоялась.
После моих слов в её глазах появился интерес.
— О чём ты? Что могло пойти не так?
— Я забыла о том, что Дмитрию Петровичу нельзя сахар и добавила в его чай несколько ложек.
— О, Господи! От тебя у моего сына одни проблемы. Где сейчас Дима?
— Вы только не волнуйтесь. Он в больнице.
Марина Дмитриевна схватилась за голову.
— О, боже. И чем я тут могу помочь?
— Дмитрий Петрович теперь не хочет заключать договор со Стасом.
— И я его понимаю… — протянула Марина Дмитриевна, отводя взгляд от меня.
— Вы можете с ним поговорить?
— Нет. Конечно же, нет. С чего бы мне тебе помогать?
Марина Дмитриевна окончательно от меня отвернулась, и я тяжело вздохнула.
— Так помощь нужна не мне, а вашему любимому сыночку. Поговорите с Захаровым ради него.
Закатив глаза, она, словно сделав мне одолжение, цыкнула.
— Так уж и быть. Я поговорю с Димой, — Марина Дмитриевна протянула мне руку. Я вопросительно посмотрела сначала на неё, а потом на её руку, не поняв, что она хочет, — Ох! Всё тебе нужно объяснять. Телефон мне подай, — сказала она, жестом указав на сумочку, которая лежала около меня. Я открыла её и протянула матери Стаса мобильный телефон. Тыкнув на несколько клавиш, она приложила его к своему уху.
— Привет, Дим. Ты как? В больнице? А что случилось? Отравили? А кто? Невеста моего сына? Правда? Не может этого быть! Знаю, какая невеста у моего Стаса. Да-да. Самой она не нравится. Не обращай на неё внимание. Скоро она исчезнет из компании и из жизни моего сына. Да-да. Хорошо, что ты понимаешь, что Стас в этом не виноват. Спасибо большое за понимание. Да-да, — Марина Дмитриевна положила трубку и кратко посмотрела на меня, — Я всё решила. Довольна?
— Дмитрий Петрович подпишет договор со Стасом? — изумилась я такой скорости решения проблемы, и когда Марина Дмитриевна кивнула, облегчённо выдохнула, — Нужно сообщить об этом Стасу.
— Не нужно. Всё решится и без тебя. Всегда решалось и сейчас решится, — сказала она и положила обе руки на свои виски, — Как же у меня от тебя голова болит…
— Позвольте мне вам помочь, — сказала я, вставая позади Марины Дмитриевны.
— И чем же ты мне поможешь? Меня долгие годы мучает мигрень.
— Моя тётя работает в больнице и она научила меня, как справляться с головной болью.
— Твоя тётя врач?
— Медсестра, — сказала я, и Марина Дмитриевна насмешливо ухмыльнулась.
— Медсестра?
— Да. Позволите? — я подняла руки и после позволения Марины Дмитриевны положила их на её шею. Пальцами рук я начала выполнять легкие массажные спиралеобразные движения по шее матери Стаса. После разминки шеи я перешла дальше. Я помассировала её голову таким же образом, как при мытье волос, — Ещё болит?
— Да. Не останавливайся, — блаженно прошептала Марина Дмитриевна, закинув голову назад.
Я плавно перешла к новой области — вискам. Несколько минут я массировала их круговыми движениями, постепенно идя к затылку. В завершении я помассировала мочки её ух в течение двух минут.
— После завершения нельзя резко вставать и сразу заниматься делами, отдохните минут пятнадцать, — посоветовала я, убрав свои руки, — Ещё лаванда и ромашка расслабляют и дарят длительный спокойный сон.
Марина Дмитриевна с благодарностью посмотрела на меня.
— Ну что тут скажешь? Спасибо, — сказала она, что меня сильно удивило.
— Обращайтесь. Если ещё будут мучать головные боли, я вам обязательно помогу, — слабо улыбнулась я и взяла под руку свою сумочку.
— Хорошо. Всего доброго, — Марина Дмитриевна помахала мне рукой на прощание.
— И вам, — я прошлась по саду и остановилась к забора. Дверь распахнулась, и во двор вошёл отец Стаса, — Здравствуйте, Владимир Петрович.
— Алиса? — он с нескрываемым удивлением смотрел на меня, — Здравствуй. А ты чего здесь?
— Зашла с просьбой к Марине Дмитриевне.
— Она тебе помогла?
— Да. Всё в порядке. Извините, я тороплюсь в офис.
— Тебя подвести? — спросил мужчина.
— Нет. Я вызову такси.
— Стас не любит ждать. Я тебя подброшу, — сказал Владимир Петрович. Не смотря мои возражения, он усадил меня в свой автомобиль. Надев очки, он сел за руль, — Как у вас с моим сыном? Он тебя хоть не обижает?
— Всё в порядке.
— О вашей помолвке теперь знают все. Мать была недовольна, а мне кажется, что вы не так уж и плохо смотритесь вместе.
— Спасибо, Владимир Петрович. Хотя бы вы не против нашей помолвки.
— А чего я должен быть против? Раз Стас выбрал тебя, значит на то были свои причины.
— Думаете?
— Конечно. Ты первая девушка, с которой нас познакомил сын.
— Знаю. И я, честно, очень удивлена.
— Правда? А очень зря. Стас — однолюб. Не думаю, что у него было много девушек. Он весь в меня, в отличие от Кольки.
После этих слов я не смогла сдержать улыбку. Благо, Владимир Петрович не заметил это.
«Однолюб? Ну да. Может, Стас и любит одну, но спит то с другими…»
Помолвка
В офисе Стас сообщил мне о том, что на этих выходных у нас будет проходить помолвка в его доме. Сказать, что я была шокировала — ничего не сказать.
— Помолвка!? Зачем это ещё!?
— Это нужно для прессы. Раз теперь все знают о том, что мы помолвлены, то все должны знать и о нашем праздновании, — спокойным голосом сказал Стас.
— Праздновании!? Каком ещё праздновании!? — возмущённо кричала я, не понимая, о чём вообще он говорит.
— Будет праздник в честь нашей помолвки.
— Мы будем праздновать то, чего нет!? — я нахмурила лоб, сверля Стаса недовольным взглядом.
— Ещё раз повторюсь. Это для прессы.