Страница 60 из 62
Глава 20
— Всё. Все доказательства переданы и вступили в силу, — оглашает глава, закрывая папку.
Я нетерпеливо бросаю взгляд на часы.
— Была проделана огромная работа за одно утро, поздравляю вас, господин Сармант, — протягивает для рукопожатия руку главный прокурор Ветенбера. — Честно говоря, раскрыть преступление прямо в здании законоправления — такое впервые за всё время существования столицы, — довольно усмехается.
Да, всё прошло более чем гладко, госпожа Лонрэйт созналась сразу, и всё потому, что держала злость на Вишен. Как оказалась, она наведывалась к ней вчера и получила отпор. Я задумался, её магия повела себя неоднозначно. Вопрос только почему. Где-то в глубине ответ был, но хорошо обдумать это не было времени. Ещё предстояло много возни с делом семьи Лонрэйт.
— А это ещё что? — глава повернулся к окну.
Я повернулся к окну и заглянул в него. Там, внизу, скопилось много народу, непонятно, по какой причине, но, когда я выхватил взглядом хрупкую женскую фигуру со светлыми волосами в окружении законоправников, всё внутри окаменело.
Разворачиваюсь и широким шагом покидаю кабинет главы.
Уже в коридоре срываюсь на бег, несясь к выходу.
— Проклятая семейка Лонрэйтов!
Вылетаю на улицу, вбирая в грудь холодный воздух, на ходу снимаю пиджак. Прорываюсь через толпу, которая расходится сама, видя мой гневный вид.
Внутри все вскипает, когда я вижу, как Вишен хватает кто-то за плечо. Жёстко одергиваю его руку от неё и толкаю подонка в сторону.
— Не смей касаться, — бросаю первое и последнее предупреждение.
Мужчина хлопает глазами и пятится. Толпа замирает.
Поворачиваюсь к Вишен.
— Рэн… — шепчет едва слышно.
Скольжу взглядом по бледному лицу любимой, встречаюсь с ошеломленным и немного растерянным взглядом, который касается чего-то живого во мне, от чего грудь наполняет горячей силой, разливающейся по всему телу. Не медля, накидываю на её плечи пиджак.
— Идём, — мгновенно увлекаю за собой, пряча от глаз толпы.
Сармант возник будто из воздуха, его появления поразило и немыслимо обрадовало.
“Он здесь, рядом со мной”, — твердила себе, когда он увлёк меня за собой, и я спешила за ним, кутаясь в его пиджак.
— Какого чёрта, Сармант? — преграждает неожиданно дорогу Наб.
— С дороги, — проговорил Рэн так, что следователь незамедлительно исполнил его далеко не просьбу. Никогда не видела Сарманта таким напряжённым. И это всё из-за меня?
— Она арестована, и причём скрывалась.
— Она невиновна. Все доказательства в прокуратуре. Иди изучи. Рано обрадовался, — бросал аргументы Сармант, из которых я поняла, что происходит.
— Что? Не может этого быть! — Наб стиснул челюсти, а потом резко развернулся и ринулся ко входу.
Толпа за моей спиной ожила, кто-то начал громко возмущаться. Сармант, обхватив меня, повёл дальше за собой.
Мы вошли в здание. Кошмар остался позади, хотя меня ещё потряхивало. Сейчас я немного понимала, что происходит. Рэн не останавливался, он вёл меня прочь от чужих любопытных глаз, пока мы не оказались в одном из кабинетов с кожанной мебелью.
Сармант закрыл дверь и повернулся ко мне, осмотрел с головы до ног таким беспокойным взглядом, что моё сердце сбилось с ритма.
— Как ты?
— Наверное, уже лучше, — неуверенно ответила я, не отрывая от него взгляда. Только теперь я вижу, что Сармант немного осунулся, но это нисколько не портит его мужской красоты, он выглядит ещё таинственнее.
Что с ним было? Где пропадала? — эти вопросы отпали сами собой.
— Иди сюда, — увлёк к себе.
Приблизившись к столу, он присел на край и, погладив мои плечи, скользнул к запястьям, задевая наручники.
По его кисти полились сгустки тёмной магии, она обвила металл змеями, и в следующий миг одним ловким движением Сармант снял железяки, бросил на стол. Я не успела изумиться, он обхватил мои пальцы, накрыл ладонью, согревая.
— Ты бросил меня одну! — всё же возмутилась я ради приличия.
— Извини, — коротко прошептал, обращая на меня взгляд.
Возмущение мгновенно куда-то улетучились, он чуть сжал мои пальцы и начал ласково поглаживать.
— Я тут был занят кое-чем…
— Интересно, — хмыкаю я, теряя ход мысли, ощущая, как жар разносится по телу от таких ненавязчивых прикосновений. — Чем же?
— Спасал тебя.
— Заметно.
Он рывком притягивает меня к себе, его лицо оказывается так близко, его губы напротив моих, но он не спешит дотрагиваться до них. Руки скользят на поясницу, притягивая ещё теснее. Я чувствую под ладонями сильную грудь, размеренное дыхание, которое и успокаивает, и волнует. Очень сильно волнует. Сюда ведь могут зайти. Может вернуться Наб и…
Об этом резко забываю, когда губы Рэна начинают скользить по моим в головокружительном поцелуе. Мои колени слабнут и чуть подгибаются, так что мне приходится немного обхватить его шею руками. И это дало свой эффект. Сармант жадно вжался в мой рот, обхватив затылок.
— Не волнуйся. Я больше никому не позволю причинить тебе вред, прерывисто шептал, сжимая меня в руках.
И я верю каждому его слову. Ещё ни одному мужчине я не доверяла, и только этот человек дал почувствовать себя ценной и желанной, научил доверять, даже если мы далеко друг от друга. Я знаю, что он всегда рядом.
Я рассказал и объяснил Вишен всё, что узнал. И о её настоящем отце — тоже. Она восприняла это на удивление спокойно, хотя почему я удивляюсь, Вишен не из тех, кто не желает принимать правду и закатывать истерики. Она внимательно слушала меня, хмурила брови и молчала, обдумывая сказанное.
— Я всегда чувствовала холодность от Эрола… на самом деле внутри было какое-то странное чувство по поводу этого… Просто… Мама, почему она утаила… как ей это удалось? — поднимает взгляд, полный смятения.
Я собираю бумаги, которые Вишен изучила и ознакомилась.
— Как ты об этом узнал? — задаёт который раз один вопрос, не перестаёт удивляться.
— Это моя работа. Я следователь, не забывай.
Вишен чуть улыбается, но снова её лицо становится задумчивым.
— Мне нужно подумать…
— Разумеется, но потом, — бросаю взгляд на часы. — Нам пора домой.
Не думал, что скажу это когда-то, но чертовски приятно.
— Домой.
— Да, в Браен-Холл. Хотя нет, сперва в ресторан.
— В ресторан?
— Уверен, что ты сегодня и крошки не ела, впрочем, как и я, так что в ресторан, — откладываю все бумаги, поднимаюсь и выхожу из-за стола, поднимая мою любимую.