Страница 38 из 44
— Это все влияние этого «романтишного места»! – уже взял меня под руку и потащил вперед, видимо, желая как можно скорее покинуть мост и справиться с повисшей в воздухе неловкостью.
А я…
Я почему-то на миг поверила, что, действительно, могу нравиться Владу. И мое внутреннее «я» кричало, что это чувство взаимное! Только… Это всего лишь «влияние романтишного места». Или не только?
Да ну… Влад?
Влад Добрынин – это последний человек, в которого я могла бы влюбиться.
Только, кажется, он стал первым.
Но между нами никогда ничего не может быть и не будет. Потому что Влад – это точная копия, собирательный образ всех тех мужчин-изменщиков. Да, он бабник, я помню еще со времен нашей первой встречи. И я не хочу однажды проснуться с разбитым сердцем.
Впрочем… О чем это я… Он ведь и сам дал ясно понять, что между нами нет никакого притяжения. Это всего лишь влияние «романтишного места».
Раз за разом мысленно повторяла я себе эту фразу. Видимо, надеялась, что смогу убедить себя в этом.
Глава 39. Последнее совместное дело
Влад
Знать, что ты в полной заднице, но при этом добивать себя еще больше?
Браво, Добрынин, эти аплодисменты тебе!
Хлопаю, глупо улыбаюсь, потом опираюсь спиной о дверь, прижимаюсь к ней же затылком.
Черт!
Вот нахрена я это сделал? Я же знаю, что Яна меня ненавидит. Зачем я к ней полез? Чтобы потешить свое тупое самолюбие? Вот ни фига не потешил. Наоборот…
Паршиво и погано на душе…
На кой ей сдался я? Зачем ей такое ничтожество, когда она может заполучить любого? Может-может, если захочет. Она обладает секретным оружием, перед которым не устоит ни один нормальный мужик… Просто она не умеет им пользоваться.
Красота, доброта, ум… И скромность. Сейчас тяжело найти девушку, в которой бы совмещался этот невероятный коктейль. И «повезло» же мне ее встретить? «Повезло» же слететь с катушек из-за нее… Думать о ней каждую секунду…
Чтобы знать, что это счастье не для меня. Чтобы заочно ненавидеть того, кому она достанется. А еще больше ненавидеть себя. За то, что такие как она не влюбляются в таких как я…
— Влад? – что? Где? Когда? Сонно раскрываю глаза, за окном уже светло, но спать хочется, капец! –Влад, Вы меня слышите?
— Угу! – отвечаю я в трубку. Когда я успел ответить на звонок? Видимо, машинально решил отключить «будильник».
— Влад, у нас с Вами появилось новое дело. Это срочно. Вы можете прямо сейчас приехать на Южный вокзал? Я как раз отправляюсь туда.
— Дело? Вокзал? Что?
С большим усилием раскрыл глаза, потом потер их левой рукой, пытаясь хоть как-то прийти в себя. Черт, спать хочется…
Почти всю ночь не спал. Думал о разном… Больше всего о Яне… Нет, в эту ночь меня не пугало соседство с крысами. Напротив, надеялся, что меня укусят, заразив чем-то опасным. Я бы не отказался от того, чтобы реально потерять память. Чтобы больше никогда не думать о Несмеяночке…
Я пришел к выводу, что нам нельзя больше находиться рядом. Она слишком хорошо на меня влияет, и это плохо. Я реально размяк в последние дни. Мне и так живется погано, а станет еще хуже, если превращусь в полного слюнтяя…
Ведь выживать в таких условиях нелегко. Но мои стремления «жить на всем готовом» теперь отошли на 110-ый план… Из-за них я неплохо подпортил себе жить. А ведь сейчас все было бы иначе, не будь я таким идиотом раньше.
Я поговорю с отцом, расскажу ему все. Хотя, уверен, он уже обо всем знает. Но…
Просто хочу извиниться, хочу с ним помириться. Не ради денег… Хочу сам чего-то добиться, хочу сам чего-то стоить. А еще сейчас мне как никогда раньше нужен отец. Я запутался, мне нужен его совет.
— Так Вы в деле, Влад?
— Да, Яна Алексеевна… Уже еду!
Черт…
Я не хочу ее видеть. Но в то же время не могу ей отказать.
Она сразу все поймет… Вчера было уже темно, и я смог выкрутиться. А теперь? Она сразу узнает, что я втюрился. А я не хочу, чтобы ей было неловко из-за моих чувств. Я и так сделал ей много плохого, не раз сделал ей больно, а она этого не заслуживает.
Ладно… Не буду на нее смотреть. Это будет наше последнее совместное дело, а потом я ей обо всем расскажу. Нет, не о своих чувствах, а о том, что я ухожу.
Я увидел ее издалека. Она осматривалась по сторонам, то и дело, поглядывая на часы. Ждала меня…
Смотреть на нее теперь было настоящей пыткой. Особенно после того как после бессонной ночи я пришел к выводу, что нам с ней не по пути.
Так, Влад, обещал же себе, что не будешь на нее смотреть. Так что не пялься!
Опускаю взгляд на землю. Черт, может ну его? Свалить без предупреждения? Уйти по-английски, не попрощавшись. Она ведь и так меня ненавидит. Ну и что? Будет ненавидеть чуточку сильнее…
Нет, а вдруг это, реально, важно. Вдруг ей на самом деле нужна моя помощь. Я не могу ее бросить, когда она на меня рассчитывает.
В этот момент я не думаю о том, почему Яна вызвала меня на вокзал! Потому я даже не догадываюсь, что обрекаю себя на очередную, еще большую пытку!
— Доброе утро! – не смотрю на нее, боюсь пересекаться с ней взглядами. Потому что уверен, что буду улыбаться, как дебил.
— Доброе! – она тоже ведет себя как-то странно. Будто тоже боится на меня смотреть. –Влад, у нас еще одно исчезновение. Только на этот раз с запиской.
— Какой еще запиской?
— Прощальной… Именно поэтому я так срочно Вас вызвала. Автобус в нужную нам деревню выезжает как раз через 30 минут. Я боялась, что Вы не успеете. А еще я боюсь, что не успеем мы.
— Вы так волнуетесь из-за совершенно незнакомого человека?
Уровень моего восхищения Яной вырос еще в несколько раз, хотя до этого я думал, что он и так был на самом пике.
— Влад, у него больная пожилая мать, которая места себе не находит из-за этого дурака! Разве можно так поступать с родителями? А если он реально что-то сделает? Как этой женщине потом с этим жить?
— Нет, с родителями так нельзя…
Сделал глубокий вдох.
И так, как я, тоже нельзя. Интересно, сколько раз отец пожалел о том, что я – его сын. Думаю, 29 лет раз.
Мне нужно поговорить с ним, извиниться, обнять. И сказать, как несказанно мне с ним повезло. Потому что мне серьезно повезло! Другой бы точно не терпел все мои выходки. А отец надеялся, что я повзрослею, стану лучше, стану нормальным.
Спасибо, благодаря этой принудительной «реабилитации» Несмеяной я, действительно, немного изменился. Начал чувствовать… И мне не нравятся эти чувства… Боль и негодование из-за того, каким я был… Страх, что таким и останусь… А еще какая-то невероятная надежда, что я могу что-то изменить в своей жизни… И что я тоже могу быть нормальным.
Почти 2 часа мы с Яной ехали бок о бок на соседних сиденьях. Да, ребята, это та еще пытка!
Чувствовать тепло ее тела, желая дотронуться до нее, обнять, не выпускать из своих объятий.
Вдыхать аромат ее стойких манящих духов и мечтать, чтобы на меня кто-то вылил целый флакон таких же… Чтобы на мне был ее запах.
Мельком смотреть на нее, боковым зрением. Видеть, как она закусывает губу, о чем-то задумываясь. И сходить с ума от желания прикоснуться к этим губам.
И чувствовать нечто странное в груди, какое-то необъятное тепло, легкость.
Глупо улыбаться только потому, что она рядом.
Отчего-то чувствовать себя счастливым. Будто мы едем не на очередное дело, а в совместное путешествие. Плевать куда, главное, что вместе…
Окончательно расклеился. Мои мысли были полностью заняты ею. Я хоть и смотрел в окно, рассматривая деревья, долины и бескрайние просторы, мимо которых мы проезжали, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о Яне, чтобы не улыбаться, как придурок и не пялиться на нее, но дорогу не узнал…
А стоило бы. Потому что раньше я не раз проезжал по ней.