Страница 16 из 28
– Страшное дело… И как же тебе удалось сбежать?
– Помогли.
– Не сомневаюсь. Ты умеешь втираться в доверие. Правда, не сразу… предать собственного главаря мимов – ай-ай, странно, почему тебе не перерезали глотку, – но в итоге ты стала кумиром многих. Юная королева, пожертвовавшая собой ради мечты о революции.
– А теперь ты являешься к нам, – тихо вторила Королева Нищих. – Интересно зачем.
Инстинкт подсказывал: что-то не так. Однако отступать было некуда.
– Сайен развернул против Касты мимов кампанию под кодовым названием операция «Альбион». Мой Синдикат приравняли к террористической организации со всеми вытекающими.
– Неудивительно. – Латронпуш подавил зевок. – Поговаривают, будто благодаря Касте мимов, а точнее, благодаря тебе «Экстрасенс» не добрался до Парижа. Еще поговаривают, будто ты собираешь из воров, убийц и головорезов мощное ополчение.
– Дополнительная мощь нам не помешает. Надеюсь, с вашей помощью нам удастся достичь цели.
– И какова твоя цель, темная владычица?
– Свергнуть Сайен.
Латронпуш улыбнулся, словно терпеливый родитель капризному ребенку.
– Благородный порыв, – вклинилась Ля Рейн де Тьюн, – однако Сайен правит цитаделями уже более двух столетий. Цитируя Серую Королеву, твои устремления… Un beau rêve. Voilà tout[22].
– Ясновидцы не тешат себя пустыми грезами, – парировала я. – Каста мимов не бросает слов на ветер, а действует. Менее чем за год мы упразднили исправительную колонию, где ясновидцев калечили и подвергали идеологической обработке. Уничтожили «Экстрасенс», остановили верховного командора. И это лишь начало. Мы сумеем одолеть врага, но только если нам достанет солдат для грядущей войны. Солдат и союзников.
– Так вот чего ты добиваешься, – протянула Королева Нищих. – Превратить наши рудники в приют для твоих беглых соотечественников.
– Я предлагаю сотрудничество. Мы две крупнейшие криминальные сети с многовековой историей. Примкните к нам в качестве равноправных союзников.
– А в чем наша выгода, темная владычица? – сощурился Латронпуш. – Какую пользу извлечет Париж из твоего предприятия?
– Вы обретете настоящую, полноценную свободу. Вообще, у нашего союза вырисовывается множество взаимовыгодных результатов. Вероятно, вы захотите выйти на наш черный рынок, на секундочку самый прибыльный в Европе. Или вам понадобятся солдаты. – Я подняла бровь. – Насколько мне известно, ваш верховный инквизитор – трудоголик, каких поискать, истинный anachorète[23]. Менар изъясняется на языке гильотины, кровавой рулетки. Так не пора ли дать ответ?
– Страсбургский мясник нам не угроза. – Латронпуш взмахнул пухлой ладонью, точно отгонял ленивую муху. – Дуболомам-легионерам нас в жизни не найти. Они, само собой, пытались, и неоднократно. А потом товарищи разыскивали их трупы. А потом разыскивали трупы самих товарищей и так далее. Короче, до нас так никто и не добрался.
– А вдруг вас найдет кто-то из своих? Из ясновидцев?
– О чем ты?
– Еще до того, как стать темной владычицей, я выяснила, что в Лондоне процветает торговля людьми. Повелители и повелительницы мимов продавали своих подданных рефаитам. – Я притворилась, что не замечаю, как насторожилась Королева Нищих. – У меня есть все основания полагать, что серый рынок перекочевал в Париж, где им заправляет Старьевщик, бежавший из Лондона после того, как Потусторонний совет уличил его в сговоре с…
– Мадель, – бесцеремонно перебил меня Латронпуш, – не утруждайся. Нам все это известно.
– Простите, не поняла…
– Прощаю. – Блеклые рыбьи глазки смотрели на меня в упор. – Видишь ли, мы хорошо знакомы со Старьевщиком, или Человеком в железной маске, как он величает себя в наших краях. Он приехал во Францию еще в ноябре и сразу же нанес нам визит. В результате мы заключили соглашение.
Сердце тревожно екнуло.
– Соглашение?
– Верно. Он сделал нам предложение, и мы его приняли.
Арктур шагнул ко мне вплотную. Внутри у меня все кипело, лишь огромным усилием воли мне удалось сохранить хладнокровие.
– Какое предложение? – спросила я, заранее зная ответ.
– Довольно незамысловатое. Если кто-то из подданных начинает мутить воду, наш новый друг вправе его… изъять. За очень щедрую мзду.
Мне стоило больших трудов не высказать все, что я о них думаю.
– Вы потворствуете работорговле? И не гнушаетесь брать деньги у Сайена?
– Деньги мы берем у Человека в железной маске, а их происхождение нас не касается. Тем более что после изъятия ясновидцы обретают и кров, и предназначение. Наш партнер врать не будет. – Латронпуш сосредоточенно изучал свои ногти. – Кроме того, мы поставляем ему лишь самых отъявленных негодяев. Убийц. Садистов. Злостных предателей Синдиката. А гонорар тратим на защиту ценных кадров, пока инквизитор Менар из кожи вон лезет, чтобы стереть нас всех с лица земли.
– Забавно, – процедила я. – Вступить в сговор с Якорем и выставлять себя благодетелями.
– Не с Якорем, а с собратом-ясновидцем, – не смутился Латронпуш. – Который обеспечивает нас необходимым финансированием. Или ты предложишь более выгодные условия?
Альсафи погиб, а с ним приказало долго жить и наше материальное благополучие. Но даже не будь мои финансы такими, какими располагает Джексон, я бы не дала этим работорговцам и двух пенсов.
– К вашему сведению, мне довелось на собственной шкуре испытать все прелести серого рынка. Мой предшественник, Сенной Гектор, продал меня с молотка. Не как преступницу или предательницу, нет, а из желания насолить моему повелителю мимов. Ну и по причине собственной алчности.
– Наслышаны, – кивнула Королева Нищих. – Гектор осквернил рынок. Мы такой ошибки не допустим.
– Сочувствуем тяготам и невзгодам, выпавшим на твою долю, – добавил Латронпуш. – Однако смею тебя заверить, мы очень аккуратны в своем выборе. Аккуратны и беспристрастны. – Сборщик стиснул подлокотники трона. – Многие здесь чтут тебя как героя. Мученицу революции. Прими наш союз с Человеком в железной маске, и можешь рассчитывать на нашу дружбу. За оружие мы не возьмемся, поскольку не хотим войны, но пристанище тебе и твоим соратникам гарантируем.
Я еле сдержалась, чтобы не сказать, куда они могут засунуть свою дружбу.
– Здесь внизу множество неосвоенных шахт, – вставила криомантка. – На гонорары с серого рынка их можно привести в достойный вид и разместить всех страждущих.
В памяти всплыли Светляк и Элиза, замещавшие меня в Лондоне. Даже без «Экстрасенса» Сайен рано или поздно выкурит Касту мимов из подполья. Когда шпионы внесут сумятицу, солдаты ослабнут – а это случится очень скоро, – сколько протянет Синдикат?
– А если я не соглашусь на вашу сделку? – Я старалась говорить спокойно. – Если попытаюсь положить конец серому рынку?
– И сильно нас огорчишь. Пускай наши страны соседствуют, однако ты все-таки далеко от дома, – мягко произнес Латронпуш.
В затхлом воздухе отчетливо повеяло угрозой. Напоследок толстяк одарил меня фальшивой улыбкой:
– Надеюсь, тебе понравится в нашей цитадели, темная владычица, и ты не станешь нарушать покой, добытый нами кровью и пóтом. Ждем тебя в гости, а до тех пор прощай.
Позади него маячила Жанна д’Арк с невидящим взором. Повернувшись к великим герцогам спиной, я направилась к выходу.
Окольными путями Трубадур вывел нас из катакомб. Я так надеялась обрести союзников, а в итоге наткнулась на очередной продажный Синдикат. Великие герцоги контролировали всех ясновидцев Парижа, как на земле, так и под ней. Мне с ними не тягаться.
От затянувшегося марш-броска ноги сводило судорогой. Казалось, кошмару не будет конца, но вот за очередным тесным тоннелем забрезжил свет, и мы выбрались на поверхность, где уже сгущались сумерки.
Над нашими головами нависал мост, пересекавший знаменитую «Малую кольцевую» – заброшенную железную дорогу на юге реки. Между шпалами пробивались жухлые сорняки. Отсюда в шахты вел крохотный, едва различимый лаз – мимо пройдешь, не заметишь.
22
Дивная греза. Только и всего (фр.).
23
Отшельник (фр.).