Страница 28 из 60
- Что ты делаешь, Ян? - голос Рустама становится рокочущим и вибрацией отзывается в моей груди. Дыхание учащается. Не знаю точно, чье, мое или его, а может, наше? Воздух закручивается между нами, создавая магнитное поле, которое неминуемо тянет меня к тому, от кого я пыталась убежать.
Прикусываю кожу его ладони зубами и провожу по этому месту языком, обвожу кончиком линии, затем все повторяю сначала. Его вкус оседает у меня во рту. Чуть соленый. То, что я делаю, кажется мне бесстыдным. Это не более развтратно и пошло, чем то, что было между нами здесь на постели, и в доме у камина, но это другое, потому что сегодня я действую сама, по собственной инициативе.
- Яна?
- Пытаюсь тебя удержать, - все-таки отвечаю на его вопрос.
- Тебе успокоиться надо. А мне ехать.
- Знаю, поэтому и пытаюсь... удержать.
Рустам отрывает руку от моего рта, затем опускает ее на плечо, чуть-чуть сжимает, вторую руку кладет мне на талию и притягивает к себе. Я упирюсь ладонями в его грудь, слегка царапаю.
- Не хочу, чтобы ты уходил, - шепчу ему в губы. - Останься. Пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты остался. Я не смогу... Я с ума сойду, если ты уедешь.
Пальцы на моей талии напрягаются, проскальзывают под блузку и гладят кожу. Большой палец оттягивает край юбки, гладит чувствительно место под тканью.
- Ян, ты хоть понимаешь, о чем просишь?
- Понимаю...
Мне кажется, я даже не произношу это слово. Мне только губы удается разлепить, а голос словно пропадает.
- Понимаешь?
- Да...
- И что ты понимаешь, Ян?
Смотрю в черные омуты, которые ждут ответа. Он хочет, чтобы я сказала. Если не скажу, он не останется, я вижу это по напряженной линии рта, по требовательному блеску в глубине глаз, по стуку его сердца под моими ладонями.
Это все тот же Рутсам. Это он - мой отчим, муж моей мамы. Это от него я бежала, и его сейчас пытаюсь удержать, его не хочу отпускать. Может быть завтра я подумаю о том, как буду жить с этими чувствами после, как все будет после этой ночи, но сегодня я думать об этом не желаю. Его чувства, которые я считала безумными, неправильными, полностью отравили меня. Я не хочу его терять.
Пальцы Рустама продолжают гладить кожу на моем животе, пока он ждет ответа. Жар уже распространяется по телу, подхлестывая меня сказать то единственное, что позволит мне удержать его сегодня рядом.
- Я тебя хочу, - сиплю еле слышно, когда жар ударяет по вискам и терпеть его становится невозможно. В голове мой сиплый голос звучит громче всех остальных мыслей и звуков, потому что в этих словах так много подавленных чувств, что произнеся их, я позволяю этим чувствам вырваться на волю с оглушительным свистом. - Я хочу тебя хотеть. Ты моя потребность. Мне нужно тебя сейчас. Останься.
***********
Меня вжимает в стену мощной волной энергии. Воздух выбивает из легких. Это Рустам поднял меня за бедра, вынуждая обхватить ногами его талию, и прижал к стене, до боли впившись пальцами в кожу ягодиц.
Я пытаюсь сделать вдох, но не успеваю, потому что его рот накрывает мой, язык проникает внутрь, забрав возможность вобрать в себя хоть каплю воздуха. Я обхватываю ладонями крепкую шею мужчины, прохожусь по ней ногтями и делаю инстинктивное движение бедрами вперед, трусь об его живот, чувствуя, как влага растекается между ног.
Я это делаю сама. Я сама провоцирую нашу близость. Я сама ее хочу. И мне сейчас не стыдно, не больно, и не страшно. Мне хорошо.
Жесткая щетина на его щеках и подбородке царапает мои губы, я уверена, оставляет красные следы на коже лица, но мне нравятся эти ощущения. Они запредельные, невероятные.
Опыта в сексе у меня никакого за исключением тех двух раз с Рустамом, но сама я ничего толком не делала, поэтому не имею представления, что именно делать сейчас. Все мои движения основаны на инстинктах. Я всасываю в себя его язык, прикусываю нижнюю губу, зарываюсь пальцами в волосы на затылке, тяну, царапаю, снова глажу. Мне очень хочется не выглядеть глупо, но я не знаю, как понять, что ему все нравится.
Когда провожу пальцами по напряженным мышцам его спины, задираю рубашку вверх и кладу ладони на голую поясницу, Рустам отрывается от моего рта, головой упирается в стену над моим плечом. Его дыхание шумное, хриплое. Он слегка прикусывает мое плечо, после чего рывком роняет меня на себя и несет в комнату.
Тусклыми вспышками в сознании мелькают мысли, что это неправильно, что мы неправильные, но я быстро их отметаю, концентрируясь на ощущениях.
Рустам укладывает меня на постель, придавливая сверху собой.
- Даю тебе последний шанс передумать, Яна, - смотрит напряженно, а пальцы уже расстегивают пуговицы на блузке.
Передумать? Отказаться? Тогда он уедет. Нет, я не хочу. Я хочу, чтобы все случилось сейчас, и чтобы он не уходил.
Смотрю в его глаза в ответ и ничего не говорю. Знаю, что Рустам прекрасно умеет читать мысли по одному моему взгляду.
Больше он вопросов не задает.
Его руки распахивают блузку, палец отгибает ткань лифчика, голова мужчины опускается к моей груди, а через мгновение я чувствую, как его влажный рот смыкается на моем соске, зубы слегка прикусывают и оттягивают его. Я вскрикиваю от электрического разряда, прошившего меня волной от груди до низа живота. Между ног растекается тепло. Я знаю, что Рустам это тепло прекрасно чувствует. Его бедра упираются в меня. Я ощущаю давление его члена в промежность. Это меня не пугает, потому что я уже чувствовала его гораздо ближе, чем через ткань.
Слегка приподнявшись, Рустам начинает медленно тянуть юбку вниз, глаза его при этом не отрываются от моего тела, периодически возвращаются к глазам, соскальзывают к губам и к груди. Я машинально кладу руки на грудь, защищаясь от столь пристального внимания.
- Убери, - короткая фраза, сказанная хриплым голосом. Одна лишь фраза, а у меня живот скручивает тугим узлом. Мои ладони медленно соскальзывают вниз, грудь снова открыта его взору.
Рустам снимает юбку и отбрасывает ее в сторону, дальше цепляет трусики пальцами и неторопливо стягивает. Мягкая влажная ткань щекочет кожу, влага размазывается по ногам. Я лежу перед ним абсолютно голая, наблюдая с какой жадностью он разглядывает мое тело, будто впервые видит, хотя мы оба знаем, что не впервые. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем Рустам кладет теплую ладонь под одно мое колено, вторую под другое, и чуть приподнимает ноги. Я не сопротивляюсь. Это скоро случится. Между мной и ним. Это неизбежно. Это давно неизбежно.
- Ноги согни и шире разведи, - звучит глухой приказ. Я вспыхиваю, потому что в моем воображении тут же рождается порочная картинка, как я буду выглядеть для него, если сделаю, как он просит.
Я не сразу слушаюсь. Точнее, вообще не слушаюсь. Сердце заходится в бешеной скачке. Я умоляюще смотрю на Рустама, в надежде, что он не будет настаивать. Но мужчина сам разводит мои ноги и сгибает их так, что колени оказываются почти прижатыми к матрасу. Я цепляюсь за простыню, скребу ее пальцами и кусаю губы от смущения.
Рустам смотрит. Обжигает взглядом. Затем кладет руку на мою промежность и проводит пальцами по половым губам, погружает их чуть глубже, и снова поглаживает. Из моего рта вырывается жалобный писк, ноги вздрагивают от простреливающего насквозь удовольствия. Веки тяжелеют и сами собой закрываются.
- Открой, Яна.
Я качаю головой.
Уже знаю, что ему нравится, когда я смотрю на него, когда вижу, что происходит, но сейчас просто не в силах, все равно не получается удерживать глаза открытыми.
Он гладит меня, кружит пальцами вокруг клитора, надавливает на половые губы, размазывает по ним влагу. Я чувствую, как ее много. Она струйкой стекает между ягодицами на простыню подо мной. Тихо постанываю от напряжения внутри, которое с каждым мгновением все больше усиливается. Слышу звяканье пряжки ремня где-то на фоне шума от кровотока в ушах. Пальцы не прекращают меня гладить, надавливают чуть сильнее. Я рвано выдыхаю, когда между ног появляется давление.