Страница 22 из 60
Анна Сергеевна позволила Саше остаться ночевать у меня. Перед сном я купаю его, после чего укладываю в постель. Кровать здесь одна, так что спать мы будем вместе. Меня это даже радует. Я, конечно, могла бы положить его на диван, или сама лечь, но мне не хочется. Огромная часть меня с невероятной силой тянется к ребенку, а память возвращает в тот момент, когда врач в доме Рустама намекал на то, что я молодая и мне нужно будет рожать. Я прекрасно помню, как Рустам на меня тогда смотрел, только сейчас, после пережитой с мужчиной страсти, после его поцелуев и оргазмов, это воспоминание вызывает более сильные ощущения и трепет.
Рустам за весь день ни разу не позвонил и не написал. Наверное, мне следовало это сделать самой, но я хотела провести вечер с братом. Сейчас же, когда Сашка мирно сопит на подушке, укрытый одеялом, я неспешно пью горячий кофе, глядя на ночной город из окна. Я расстелила плед на полу и уселась, подмяв под себя ноги, рядом полоджила зарисовки проекта и смартфон. Нужно работать, но мне не дает покой молчащий гаджет. Рустам мне не звонит, потому что попросил самой написать или позвонить? Я не знаю, но несколько раз тянусь к смартфону, пока, собравшись с духом, не беру его в руки и не открываю чат.
Не знаю, что ему написать. Я больше не могу, не имею право воспринимать его как отчима. Это извращение какое-то. И отрицать свое влечение к нему я тоже больше не могу, хотя бы перед самой собой. Это глупо просто.
"Привет... У нас все в порядке. Сашка у меня. Прости, что не пригласила".
Зачем я набираю последнюю фразу? Ничего ведь такого нет в том, что я его не позвала, но мне почему-то все равно стыдно. Отправляю сообщение, а минут через пять получаю ответ.
"Хорошо, Ян. Я рад, что вы хорошо провели время. Ничего страшного, что ты меня не пригласила. Как на работе?"
Я радуюсь этому вопросу. По-детски, по-дурацки, но все же радуюсь. Потому что действительно счастлива, что мою идею приняли. И если сам проект Карим Гаясович не возьмет на реализацию, я все равно не забуду, что моя идея зашла. Это нечто новое. Точнее, старое ставшее новым. Мне хочется поделиться этим с Рустамом. Мне больше не с кем, а ему почему-то важно все, что связано со мной. Мне хочется, чтобы он мной гордился.
"На работе отлично. Мою идею утвердили. Теперь у меня полно работы. Нужно подготовить полноценный проект".
"Я рад, малыш".
Кручу гаджет в руке и раздумываю над тем, стоит ли рассказывать ему идею? Кариму Гаясович я же рассказала. Но, подумав хорошенько, решаю, что в смс или по телефону этого делать не стоит. Может, при встрече...
"Спокойной ночи, Рустам".
Отправляю, приложив гаджет к груди, затем отлепляю и пишу еще один вопрос, который меня заботит, хотя, наверное, я не совсем имею на него право.
"Ты дома?"
Сердце ударяет с силой в ребра. Ну, зачем я это спрашиваю? Зачем? Меня будто внутри что-то подталкивает к подобным вопросам. Мне важно знать. Я хочу знать, что он не с кем-то...
"Дома)"
Отвечает Рустам.
Закрываю глаза и улыбаюсь. Да чему я радуюсь? Что со мной не так, что я ощущаю такое... удовлетворение?
Точно не знаю, но после сообщения мне удается спокойно уснуть. Я только утром читаю сообщение "Спокойной ночи, малыш".
************
Сашу отвожу домой, после чего начинается мой рабочий день. Практики сегодня нет, поэтому я сразу отправляюсь в галерею. Хочу посоветоваться насчет оформления проекта, но как выясняется позже, посоветоваться все же не с кем. Никто из сотрудников особо не горит желанием идти мне навстречу и помогать. Только от одной девушки, Ляйсан, мне удается добиться внимания.
- Слушай, - говорит Ляйсан, когда я усаживаюсь напротив ее стола и раскладываю папку с наработками, которые зарисовала и записала, пока ехала в метро. - Мы, конечно, команда, но ты для нас пока чужая. И каждый все-таки стремится в первую очередь сам взлететь по карьерной лестнице. А внимание босса к своей персоне - лучшая возможность подняться на ступень выше. С одной стороны, мне нет смысла тебе помогать, но с другой, может мне и зачтется, если твоей проект выгорит. В общем, я тебе дам пару советов, но дальше ты сама. Обращайся, конечно, если вдруг совсем соображать не будешь.
Я киваю и слегка краснею. На самом деле, мне очень неудобно, что приходится просить помощи у незнакомых людей, и я благодарна Ляйсан, что она мне не отказала.
- Для начала сделай что-нибудь со своими блокнотиками и листиками, - девушка пренебрежительно тыкает наманикюренным пальцем в листочки, изрисованные и исписанные ручкой. - Ты же слышала, что Ахметов сказал. Ему нужен достойный проект и его достойная презентация. За твоим столом есть компьютер. Надеюсь, дома у тебя тоже есть. Но лучше иметь ноут или планшет, так как нам часто приходится обмениваться информацией в сети. Например, я знаю, что Ахметов проект тебе дал в папке, а у нас у всех он есть файлом и презентацией. Не знаю уж, по какой причине он с тобой так сюсюкается, но лучше тебе, Яна, самой заслуживать его уважение, чтобы не потерять уважение коллег.
К концу беседы с Ляйсан, щеки у меня пылают, а губы искусаны до крови. Я понимаю, что она права, но не объяснять же мне ей, что сюда меня по сути взяли только благодаря дружбе между Рустамом и Каримом Гаясовичем, поэтому я просто спокойно выслушиваю все, что она мне говорит, затем сажусь за свой стол и включаю компьютер. Оставшийся день провожу над составлением проекта, отвлекаюсь лишь пару раз, чтобы прогуляться с Ляйсан до кафе, и чтобы проверить смартфон.
Пропущенных и сообщений от Рустама нет. Сначала я этому радуюсь, ведь у меня появляется передышка в общении с ним, но ближе к вечеру начинаю злиться. Мне становится неприятно из-за того, что он не пытается связаться со мной. Идет второй день после той ночи в доме, и кажется, у него больше нет необходимости говорить со мной, видеться, созваниваться. Получил свою разрядку и все, на время и этого хватит?
- А ты ничего, - сообщает Ляйсан, усмехнувшись, когда вечером мы выходим из здания. - Я думала, что ты из тех, ну, знаешь, которые прикидываются тихонями, а сами при любой удобной возможности под столом боссу отсасывают.
Я настолько не ожидаю проявления грубости от нее, что мой рот машинально открывается, и я не знаю, что на это ответить. Ляйсан, заметив мою реакцию, заливисто смеется и небрежно машет рукой.
- Ой, ну ты как монашка, ей богу. Сразу видно, что к боссу под стол не полезешь. Хотя в каком-то смысле, я бы тебя даже поняла. Он у нас красавчик. Жаль, что несвободный, - вздыхает Лясан и поворачивает в сторону парковки.
- Тебя подбросить? - спрашивает женщина, когда я не иду за ней, а остаюсь стоять на месте.
Честно говоря, я понятия не имею. Рустам не звонил и не писал. Карим Гаясович сегодня лишь пару раз забегал, и то, я его мельком видела. Домой, наверное, сегодня мне предстоит добираться самой. На такси, или метро. Или же принять помощь Ляйсан. Выбираю последнее, потому что это не только дешевле, удобнее и быстрее, но и потому, что мне хочется закрепить отношения с девушкой.
- На всякий предупреждаю, наш босс - мужик принципиальный, и любит уволнять дамочек, которые переходят границы. Не могу, утверждать, полежал у него кто на столе или нет. Но точно знаю, что у него есть невеста, с которой он пылинки сдувает и в Армани-Версаче-Прада одевает. Так что, лечь к нему на стол задом кверху - это риск, даже если однажды ляжешь, не факт, что после этого задержишься в рабочем кресле.
Мы выруливаем на шоссе, вливаясь в плотный поток автомобилей. Я слушаю болтовню Ляйсан, одновременно с этим постоянно тыкая в экран смартфона. Не звонит. Время девять, а он не звонит. И не пишет.
- Да... мне безразлично, я же не собираюсь ничего такого... - качаю головой на предупреждение Ляйсан.
- И в одежде фривольность Ахметов тоже не любит.
Это я уже на себе испытала...
- Его Мадина к нам пару раз приходила. Вся такая... с ног до головы закутанная.