Страница 19 из 51
— У тебя классные старики, — сказал я.
— Скоро ты узнаешь, насколько они классные, — ответила она.
— Дмитрий, Ника нам рассказывала про один странный случай, как ты дрался с одним парнем, — вдруг сказал Виктор.
Блин, любят же сплетничать эти женщины, теперь на неудобные вопросы отвечать.
— Причём она сказала, что ты победил слишком легко, как будто ты знал наперед каждый его шаг, — продолжал давить на меня Виктор.
— Нет, что вы, это, возможно, со стороны так выглядело. На самом деле я не важный боец, просто повезло,— ответил я.
— Не нужно лишней скромности, также наша дочь нам рассказала, что ты использовал какие-то свои секреты и даже пытался научить её этому. — Добавила масла в огонь Элис. Я взглянул на Нику обжигающим взглядом, на что она засмеялась и так невинно сказала:
— Да ладно Дим, это же мои родители, им все можешь рассказать, все без утайки.
Это было странно, зачем двум взрослым людям слушать истории какого-то подростка, да ещё все вместе меня об этом просят. Наверно, я становлюсь параноиком, это же моя Ника, как я могу не доверять ей.
— Вам может показаться странным то, что вы сейчас услышите и увидите. Есть возможно управлять своим подсознанием, управлять своим энергетическим телом, — начал я свой рассказ, но Виктор меня перебил, спросив:
— Вот так?
После его слов бокал с вином, стоящий на столе, плавно поднялся в воздух и аккуратно приземлился ему в открытую руку.
Теперь уже у меня появилось куча вопросов, а глаза выпадали из своих орбит от удивления. Для меня всегда считалось невозможным влиять на материю вне физического тела, управление материей силой мысли, то есть силой своей энергии. Сколько же её у этого человека?! Сказать, что я поражен, значит, не сказать ничего. Более того я хотел так же, мои глаза загорелись, и я спросил:
— Расскажете, как вы это сделали?
— Конечно, обещаю, что сделаю это как только мы окажемся в нашей лаборатории. Поедешь туда завтра с нами?
— Во сколько выезжаем?
В тот момент мне было плевать на учёбу. На следующее утро взял больничный отпуск, собрал лёгкую сумку и направился к отелю, где они остановились. После того разговора мне показалось, что ее отец был рад больше меня, что я согласился, но все его странности я готов был ему простить ради получения новых невероятных знаний. Ника с нами не поедет, ссылаясь на необходимость учёбы и что ей лаборатория отца совсем не интересна.
Наше прощание с ней, на мой взгляд, было слишком затянутым, я ей говорил, что я всего лишь на пару дней, а она все смотрела на меня, что – то пыталась сказать, но не могла себя пересилить.
— Ну и пусть,— подумал я,
— Как дозреет, скажет.
Напоследок она все же спросила:
— Дим, тебе и правда это надо?
После этого её вопроса мне показалось, что я стою на развилке судьбы, момент истины, именно так он называется. Очередная странность, почему моё подсознание считает, что сейчас момент истины. Плюнув на все, я сказал, что все уже решил. Подъехала машина, Виктор открыл заднюю дверь и сказал:
— Поехали Дмитрий, нас ждёт новая эпоха, мы останемся в истории.
Я с горящими от предвкушения глазами сел в автомобиль. Дверь закрылась, машина медленно тронулась вперёд. Одиноко стоявшая девушка провожала её взглядом. Да, она выполнила порученное ей дело, тогда почему на душе у нее было так паршиво. Лишь две слезинки, скатившееся с её красивых глаз дали ей понять, что пока она манипулировала этим парнем, не заметила, как сама безумно влюбилась, а осознала это только сейчас, когда совершила одну из самых больших ошибок в своей жизни.
Глава 14
Глава 14
Наши дни.
Этой ночью у меня так и не получилось сдвинуть свои тела. Присутствовали вибрации, был слышен слабенький гул, но довести состояние до выхода не получилось. Зато физически был полный порядок, части тела полностью восстановились, включая новые, уже окрепшие пальцы, раны затянулись, сил тоже хватало для того, чтобы мы продолжили путь.
Доржо давно понял, что я не обычный турист, что прилетел сюда с конкретной целью и сейчас он рад, что агентство поручило именно ему сопровождать меня. Он был молод, разум жаждет подвигов и приключений. Юность, она такая. Энергия бьёт ключом, пока не обожжёшься о коварный, полной своих тайн и интриг мир. Я был так же доверчив, когда был примерно его возраста, был готов последовать за любым, кто мог дать мне то, чего я желал. Наверное, Доржо повезло, что ему попался тот, кому не наплевать на его жизнь. Свернув наш лагерь, я показал проводнику скалу, куда нам нужно было добраться, отправились в путь. Настроение было хорошее, я вспомнил мир, в котором вдруг всплыло моё сознание после сражения со стаей. В этих планах мне ещё не приходилось находиться. Анализируя то, что там со мной происходило, можно предположить, что это ментальный мир и в каком из его планов находилось моё ментальное тело, те ощущения я и переживал. Если там находиться в жёлтой зоне, все время будешь счастлив и доволен, возможно на этом принципе и работают психотропные препараты.
— Почему вы занимаетесь этим, мистер Дмитрий? — решил свести разговор проводник.
— Это моя работа, хотя в целом я преследую личные мотивы.
— Работа с личными мотивами, вам повезло, обычно для людей работа расходится с тем, что они любят. Вот я, например, всегда хотел быть художником, а вместо этого работаю тур проводником.
— У меня тоже все не так просто, Доржо, ушло масса времени, чтоб начать заниматься тем, что мне нравится, а до этого мне приходилось перешагивать через себя и делать то, что меня чуть ли не раздражало.
— Значит я тоже когда-нибудь смогу заниматься тем, что мне нравится, я отправлю вам по почте свою первую картину, мистер Дмитрий, — сказал Доржо, сделав какие-то пометки в своём журнале.
Чистый горный воздух, пение птиц, лёгкий ветерок, светит солнце. Наша прогулка начала доставлять мне удовольствие. Вскоре лес становился реже, под ногами появились неровности, почва смеялась камнями. Выходя из опушки леса, остались небольшие кустики, выросшие прямо из камней. Начался горный хребет. Мы шли по острым скалам, то поднимаясь на вершины, то опускаясь в самый низ пропасти. Ноги так и норовили сорваться с очередного валуна, поэтому мы обвязались страховкой. Поднялся сильный ветер, температура стала заметно ниже.
— Как вы думаете, что нас там ждёт? — спросил проводник.
— Я считаю, там что-то вроде подземного бункера, где плохие люди ведут свои плохие исследования,— ответил я из опыта прожитых лет.
— А как мы найдём в него вход? — спросил он.
— Должно быть какое-то естественное укрытие, отводящее подозрение, река или какая-нибудь пещера, начнём поиски прямо оттуда.
Указал я на подножье высокой горы, которая становилась все больше по мере нашего приближения к ней.
Дальше шли молча, GPS навигатор и телефон не включались, экраны показывали лишь непонятное мельтешение. Посмотрел на механические наручные часы, они по прежнему продолжали свою работу. Доржо сверялся со своим журналом и что-то в нем изображал. Пропало пение птиц, перестали попадаться следы животных. Мы подошли к подножию каменной крепости. Она была просто громадная, но достаточно пологая. После длительного перехода решили сделать привал.
— Что будем делать, Дмитрий?
— Думаю, сначала надо осмотреть все вокруг неё, потом придётся забраться, — ответил я.
Гора как гора, никаких ощущений или тревог поблизости не возникало. Никаких военных маскировочных сетей или антенн, ни патрулей или секретов. Обычная гора. Мы шли по её подножию. Обходя периметр горы разглядывали и прислушивались ко всем деталям, ничего подозрительного, только в одном месте растительности было чуть больше. Ни пещер, ни водоёмов не попадалось, решили подняться в гору. На подъем ушло три часа, ничего примечательного не обнаружилось. Стоя на самом верху, глянул в небо и там все как обычно, облака плыли по своим природным делам. Оглядевшись по округе, обратил внимание на чудный пейзаж, от этого вдохновения по мне побежали мурашки, а сердце наполнила радость, я, словно бог, стою на вершине Олимпа и лицезрел этот прекрасный мир. Такие чувства бурлили во мне, находясь на вершине этой горы. Прислушался к себе повнимательнее. Тут меня осенило, это были ни мои чувства, я никогда не желал ощутить себя в роли бога и уже давно не считал наш мир прекрасным. Интересным, запутанным, красивым - да, но точно не прекрасным. Мир, в котором есть люди, не может быть таковым, такова суть человеческой природы. Отошёл с вершины горы, чувства пришли в норму.