Страница 12 из 12
И как же Лера бесилась! Ещё и Аркаша куда-то запропастился, и она осталась один на один с парнишей и одноклассниками, молчаливыми и ничем не интересующимися.
Ну что ж, видимо, настало время добить себя окончательно. Балабанова перегородила путь Коновальцеву:
– А Пётр тебе ничего не передавал?
– Нет. А должен был?
– Совсем ничего? Никакой бумажки?
Лицо Ивана сделалось непроницаемым. Он забыл о свадьбе, о невесте, и как бы очутился в своей коморке.
– Что он должен был мне передать?
– Ничего. Ничего не должен был тебе передавать. Я ошиблась.
Мария взяла жениха под руку, и Коновальцев сразу преобразился – стены коморки рассыпались.
– Я обязательно спрошу у него, если ты о чём-то просила.
– Нет. Не говори ничего.
– Расслабься. Ты что-то напряжена. Сегодня же праздничный день.
«Это я напряжена?» – мысленно рассердилась Балабанова. И провожая взглядом пару, которая вмиг стала единым целым, подумала: «И чего ты ожидала от Петра? Конечно, он не выполнит твою просьбу. Ему плевать на тебя. Всем на тебя плевать».
– Пс, дуй сюда, – раздался из-за дерева голос Аркаши. – Во, смотри.
Он показал пакет с двумя бутылками шампанского.
– Какая красота. Ты мой спаситель. Открывай скорее.
Через пару секунд раздался хлопок. И тут же Аркаша и Лера обнаружили, что на них негодующе взирает парниша. Прыщ на носу мальчика готов был вот-вот лопнуть от возмущения.
– Ты только не расплачься от зависти, – пожелал Аркаша, и парниша, сверкнув обиженным взглядом, пошёл прочь, осторожно касаясь прыща кончиком пальца.
Вот уж приятное дело, задеть бедняжку. Сразу стало так легко на душе у Леры, так хорошо, словно она перестала быть одинокой. Она влила шампанское в глотку и занюхнула рукавом, как если бы в пластиковом стаканчике была горькая водка. Из кустов, где молодожёны не могли их видеть, уставилась на Ивана и проговорила задумчиво:
– Знаешь, Аркаша, единственное, что я люблю в своей жизни – это шампанское.
Путешествие по живописным местам продолжилось, ездили к морю, на Херсонес, в Балаклаву. И везде Лера ныкалась то за прибрежной скалой, то за древнегреческой колонной, безудержно накидывалась шипучим вином, оставляя за собой смятые стаканчики и пустые бутылки. Благо, Аркаша на угощение не скупился.
И вот молодёжь приехала в ресторан. Иван и Мария сели за главный стол. Коновальцев ничего вокруг не замечал. Он пребывал в упоении, окончательно погрузился в своё счастье и напоминал чучело, лишённое жизненных соков.
А Лерочка волновалась, что в ресторане ей не достанется алкоголя. Но и тут Аркаша не подвёл. Смог припасти несколько бутылок, заботливо припрятал их под стол и вскоре поставил перед Лерой два наполненных шампанским бокала. Как маняще оно шипело! У Лерочки окончательно снесло крышу.
Спустя время она помчалась танцевать. Скакала как полоумная, пока не появился Аркаша и не прижал пьяное тело к себе. Он слюнявил девушке щёку и сжимал талию с похотливой силой. И Лере стало ясно, что ей суждено переспать с ним, судьбой суждено, высшими законами суждено, и она лишь стонала на его плече:
– Ну что ты, ну что ты.
Она еле стояла на ногах, пол перед глазами крутился, но так хотелось выпить ещё один, пусть и последний бокал. Лера зигзагами доковыляла до стола. Она надеялась изящно залпом осушить бокал, да не сложилось – густая муть завладела нутром, и Балабанова поняла, что сейчас её стошнит.
И вроде никто не обращал на неё внимания. Музыка ужасно била в уши, какие-то вспышки и блики мерцали повсюду, а муть в животе всё нарастала и нарастала.
Не успела Лера опомниться, как чьи-то руки подхватили её и усадили на стул. Напротив за столом сидел Коновальцев с женой. Он был всё таким же чучелом. Она, как и он, утопала в счастье. Платье на ней сияло.
На стул Леру посадили не просто так, видимо, она участвовала в каком-то конкурсе. Вокруг крутился Аркаша, пытаясь станцевать нечто отдалённо напоминающее лезгинку. Потом начал медленно раздеваться, швыряя на Леру, как на вешалку, то брюки, то рубашку, и в итоге остался в одних трусах. А люди хлопали, и взрослые хлопали, и молодые, и парниша свистел в пальцы, и одноклассники, муж с женой, которые до этого ничем не интересовались, вдруг оживились и принялись яростно целоваться. Лишь Коновальцев и Мария сидели застывшие, сидели, довольные собой, довольные свадьбой. Во всём этом веселье одна Лера чувствовала себя предметом мебели.
Музыка стихла. Чьи-то руки подняли её со стула и всучили микрофон.
– Тост! Тост! – кричали гости.
Лера, не понимая, что делает, подошла к новобрачным и нависла над Марией. Поднесла микрофон к губам, отрыла рот, икнула – и тугая струя непереваренного алкоголя полилась прямо на сияющее платье невесты.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.