Страница 8 из 42
Пытаясь справиться с дрожью, Полина начинает расстегивать его рубашку, вот только пуговицы не поддаются. Будто их специально делают настолько большими.
— Давай помогу, — голос Руслана не узнать. Он стал низким, исходящий из самых недр его желания.
Руслан берет Полину на руки, в самом романтичном ключе. Если бы это была их сказка, то через минуты должна быть финальная песня и титры. Но Руслан лишь открывает дверь спальни ногой. А потом опускает ее тело на кровать и нависает над ней. Дышит тяжело и часто. А потом целует ее страстно и горячо, поглощая каждую клеточку, ведь в них хранится самое ценное — ее жизнь.
Одна рука опускается ниже и проникает за резинку того кружева, которые он видел на ней и не раз, но так и не рискнул прикоснуться. Находит пульсирующую точку и плавно водит по ней, совершая круги. Ее стон, такой сладкий, медовый, его можно пить, но никогда не напьешься. Он хватает его ртом, целуя, целуя и еще раз целуя. Пока не расслабится окончательно, пока не поймет, что она с ним. С Русланом.
Наслаждение, смешанное с презрением к самой себе. От такого диаметрально противоположного чувства хочется бежать и кричать безумным криком, чтобы забрали его, вырезали, сожгли. Но оно внутри нее. Разрастается мелкими отростками, начиная от сердца. В геометрической прогрессии. Дрожь — уже не про возбуждение, частое дыхание — не приближение оргазма. Полине холодно и одиноко. Хотя руки Руслана горячие, нетерпеливые, жаждущие ее тела, жаждущие довести ее до точки невозврата, когда себе ты уже не будешь принадлежать. Но и ему тоже. Потому что он — не Саша. Тормоз. Тошнота. Безысходность.
— Руслан…
Он не слышит, только усиливает напор, ласкает ее тело, ее душу. Подминает под себя, не отпускает.
— Руслан, прошу… — Полина пытается оттолкнуть его, но что может сделать маленькая хрупкая женщина?
Руслан проникает в нее одним пальцем и срывает первый всхлип. Это крик отчаяния и блаженства. Слезы наслаждения и отрицания.
— Руслан! Я не могу!
Она плачет. Слезы льются из глаз, оставляя соленые ручейки на щеках и скатываясь на одеяло. Руслан резко встает и отворачивается к стене. Видно, как тяжело он дышит и пытается справится со своими эмоциями, которые готовы вырваться наружу. Полина села на кровать, прикрывая грудь руками. Стыдно. Она сейчас такая уязвимая, что любое сказанное им слово разорвет ее на крошечные фарфоровые кусочки.
Руслан с силой ударяет по стене. Не удержался. Потом еще раз и еще. На стене остались вмятины, а ребро ладони стало багрово-красным.
— Полина, выкинь его из головы. Его нет. Ты не с ним. Понимаешь?
— Я… я не могу, Руслан. Мне больно.
— Я сделал тебе больно?
— Нет, мне больно здесь, — Полина ладонью показала на сердце.
— Дай мне тебе помочь.
Руслан протягивает к ней руку и трепетно гладит ее щеку, мокрую от слез, нежно обхватывает шею и приближает к себе в попытке поцеловать. Его губы все еще мягкие и вкусные. Но ей нужны другие. Жесткие, властные, которые целуют, забирая последний воздух, высасывая ее душу.
— НЕТ, — Полина оттолкнула Руслана довольно резко, он чуть не завалился назад.
Встав на ноги, посмотрел на нее холодным, практически ледяным взглядом. Какие перемены происходят в человеке за какую-то минуту. Он готов разорвать ее собственноручно. Не словами, а руками, как обманутый и брошенный мужчина. Сейчас она не фарфоровая кукла, а избалованная и взбалмошная девка, решившая поиграть в праведную и верную.
— Кто он? Кто он, бл*ть? Кто он, что ты не можешь к себе никого подпустить? Как он тебя мог так привязать? Как какую-то собачонку. Готова по первому зову к нему броситься? Ты ему не нужна, Поля. НЕ НУЖ-НА.
— Не говори так, — Полина еще сильнее обхватывает себя руками, в попытке защититься, защитить свою душу, ведь именно сейчас он ее уничтожает, губит.
Руслан долго смотрит на нее сверху вниз. Исчезло прежнее тепло между ними, нет того едва заметного притяжения. Сейчас они два абсолютно чужих человека. Их не связывает ничего, только глупая попытка забыться. Полина не выдерживает первая и опускает глаза. Да, она виновата, что дала согласие. Отдала себя. Но еще не знала, как пусто будет внутри после первых открытых ласк. Он приручил ее, поставил клеймо.
“Ты только моя”
Звучит, как заклинание. И повторяется как заезженная пластинка.
— Он женится, Поль, — устало произнес Руслан, опускаясь на кровать.
— Как? Как ты понял?
— Я же не слепой. Видел вас, видел твою реакцию на него.
— Почему тогда позвал меня? Зачем это все было? — гневно произнесла Полина.
— Да потому что тебе надо выкинуть его из своей головы! Ты зациклена. Он — не твой. И ты не его.
— Ты ничего не знаешь о нас, — процедила сквозь зубы Полина.
— Хм… о нас…
“Ты только моя”
— Руслан, мне нужно время…
С этими словами Полина встала с кровати и пошла за своей одеждой, стыдливо прикрываясь руками. Руслан не стал ей мешать и остался там, где теперь лежит его исплеванная душа и окровавленное сердце.
Глава 5
Полина выбежала из его квартиры, будто за ней гнались. Правда в том, что за ней и правда гнались — ее демоны, которых она так старательно прятала у себя внутри.
Демон страха. Весь последний год Полина боялась, что больше не подпустит и близко к себе мужчину. Этот страх сковывал. Он своими цепями опутывал ее руки, ноги, закрывал сморщенной и морщинистой ладонью ее рот, а жутким голосом шептал на ушко о том, что больше никогда она не сможет полюбить. Потому что она все еще любила. Только одного мужчину.
Демон иллюзии. Полина создала свой хрупкий мир, где для всех она радовалась жизни, была счастлива. В ее вселенной она оставила позади себя тот неподъемный груз, состоящий из лжи и предательства и начала новую страницу своей жизни. Для всех это выглядело так. Но за закрытыми дверями своей квартиры оставался тот разрушенный замок из надежд и мечт, на обломках которых демон иллюзий выстроил свой игрушечный и искусственный мир.
Демон одиночества. Только он знал, какая пустота у Полины в душе. Это пустыня, где желание найти хоть маленький оазис заканчивается бесполезной попыткой и смертью путников.
Демон страдания и боли. Самый беспощадный и злой. Не оставляет надежды на светлое чувство. Он засел где-то в глубине, его не видно, только в самое темное время суток, в самые отчаянные времена он выбирается наружу и показывает свою сущность. Забирает в себя остатки жизни. Уничтожает то светлое, что еще могло теплится, маленьким огоньком. Задувает одним лишь холодным выдохом и накрывает темным одеялом, что дышать становится больно.
Полина спустилась вниз и пошла вдоль тротуара, даже не подумав о такси. Именно сейчас ей нужен был воздух, такой холодный и леденящий. Что при каждом вдохе становится больнее. Так не чувствуешь ту боль в душе.
— Девушка, вы куда такая нарядная спешите? — Полину окликнул какой-то парень из окна своей Тойоты камри.
— Не трогайте меня и езжайте, куда хотели, — довольно дерзко ответила Полина.
— Да я еще и не трогаю.
Он наскоро припарковал свою машину и вышел из нее, догоняя Полину, которая ускорила свои шаги. Шел первый час ночи…
— Да подожди ты, — он довольно грубо схватил Полину за локоть, разворачивая к себе.
— Что тебе надо? Я разве не ясно выразилась? Отпусти! — начала вырываться Полина.
— Не так быстро, красавица…
Неравная борьбы, которая завязалась между Полиной и этим незнакомцем грозилась закончится ее поражением.
На улице не было ни одного человека, впрочем, как и хорошего освещения. Только яркая неоновая вывеска какого-то круглосуточного магазина, из которого никто не выходил.
— Ну что ты так дергаешься?
— А что вам от меня надо?
— Проводить, до дома. Чего ты одна ходишь, а, лапа?
Полина уже отчаялась, когда кто-то громко окликнул ее. Это было определенно ее имя, произнесенное громким, твердым и уверенным голосом.
— Быстро убрал свои руки от нее! Полина, в сторону!