Страница 32 из 149
Первая энергетическая стрела лишь оставила небольшую вмятину на боку автомобиля, рядом с которым за миг до этого находился вражеский ведьмак, но зато вторая попытка оказалась успешной — нижняя конечность оборотня попала под удар и, несмотря на то, что заклинание было лишь первого ранга, брызнула кровью и небольшими осколками костей.
Тварь мгновенно развернулась — попадание убавило ей прыти, но отнюдь не лишило боеспособности. Кувырком уйдя от следующего выстрела, тварь вырвала прямо из-под ног здоровенный кусок обледенелой земли и швырнула в колдуна. Тот, несмотря на всё свое волнение, успел немного успокоится, и потому снаряд монстра встретился с силовым щитом.
То ли второй его противник был умнее и опытнее первого, то ли в первый раз ему просто повезло, но этот монстр не стал пытаться пробиться сквозь защиту в лобовую. Вместо этого вставший на все четыре конечности враг резко рванул влево. Мигом взмокнув от напряжения, парень отпустил первый щит, перестав поддерживать его, и создал новый слева — и это было его ошибкой.
Именно этого и добивавшийся монстр тут же вильнул вправо и, не теряя ни мгновения, ударил прямо в движении. Размашистый удар легко распорол свитер из плотной ткани и оставил на груди глубокую рану, но мгновенно всё же не убил. Враг юного колдуна нанёс удар слишком поспешно и, видимо, почти не глядя, спеша реализовать полученное преимущество, и это отчасти подвело его.
Отбросив попытки защититься, парень решился на отчаянный, решительный шаг — влив огромное количество сил в энергетическую стрелу, ударил навстречу второй лапе монстра, что нанёс второй удар в тот же миг, когда его лапы прочно утвердились на земле.
Да, обычно подобное вело к одному из двух результатов — заклинание либо вообще не срабатывало, либо летело куда угодно кроме того направления, в которое метил колдун, но подстегиваемый адреналином, жаждой выжить и паникой парень решился на риск раньше, чем осознал, что делает. Его вел инстинкт человека, осознавшего, что бежать и прятаться бесполезно, инстинкт загнанного в угол зверя, и он просто ему следовал.
Видимо, в эту мрачную и кровавую ночь Бог всё же присматривал за одним из своих непутёвых творений — потому что стрела, наполненная пятикратным запасом маны, не рассыпалась на бесцветные огни и даже не слетела с его руки, так на ней и оставшись. Светящаяся ярко-синим заклинание, съёжившееся до размера футбольного меча, обладало формой весьма далёкой до идеального круга, но сил его с лихвой хватило, что бы превратить правую лапу монстра в разлетающийся во все стороны горелый фарш по самое плечо. Тварь взвыла от боли и попробовала отпрыгнуть, явно надеясь сбежать, но почувствовавший шанс на победу колдун в следующую секунду начал буквально засыпать своего противника энергетическими стрелами.
Одна попала лодыжку, вторая в колено, третья, четвёртая и пятая — в разные части ног, вырывая куски палёной шерсти вперемешку с мясом. Макс ощущал, как все с большим трудом собирает энергию, как что-то незримое внутри него начинает сперва потихоньку ныть, а затем и вовсе болеть — но не мог остановиться, ибо понимал, что если не убьёт этого врага здесь и сейчас, если даст ему хоть секунду на то, что бы прийти в себя, то тогда его собственная жизнь вновь окажется в смертельной опасности.
К счастью, он справился раньше, чем дошёл до предела. Одиннадцатая, двенадцатая и тринадцатая стрелы вошли в башку монстра, заставив того окончательно затихнуть и испустить дух. Сплюнув, парень огляделся и убедился, что бой вокруг него уже заканчивается. Его поединок с чудовищем, протекавший по его ощущениям целую вечность, на самом деле занял лишь около десятка секунд, за которые Анжела избавилась уже от двоих своих оппонентов. В тот момент, когда Макс нашел её взглядом, готовясь помочь в случае надобности, девушка ловким движением поднырнула под клинок последнего из ведьмаков и небрежным взмахом отделила голову бедолаги от шеи.
Поняв, что девушке помощь не требуется, он повернулся к ближайшему из сражающихся союзников и энергетической стрелой в спину ранил фехтующего с ним ведьмака. Под правой лопаткой противника вспухла и брызнула горячей кровью глубокая рана, и в следующую секунду ведьмак из Михайловки удачным ударом добил пошатнувшегося чужака.
Мужчине в черном плаще помощь явно не требовалась — тот доламывал сопротивление последних уцелевших врагов. Из десятка тех, кто был вокруг парня на момент начала боя сейчас в живых осталось лишь шестеро — однако для битвы с многократно превосходящим числом врагов такой результат можно было назвать более чем удовлетворительным.
Выглянув в сторону леса, юный колдун застал апогей битвы своего будущего наставника с магом-наездником. Последний с трудом держал сыплющиеся на него удары воздушных лезвий, в то время как его ездовое животное яростно билось и извивалось в отчаянных попытках вырваться из плена десятков тонких, но очень ярких багровых лент, что опутали тварь со всех сторон, сжимая её в своих смертельных объятиях все туже и туже.
Помимо несчастного наездника, что уже и не помышлял о контратаках, Сан Саныч уверенно теснил здоровенного монстра — не такого, как тот, первый пятиметровый гигант, но всё же на целый метр превосходящего остальных своих сородичей. Существо под три с половиной метра ростом тоже активно применяло боевую магию, которая в сочетании с его огромной скоростью, живучестью и физической мощью делало его весьма грозным врагом.
Огромный волкоподобный монстр швырял в старого колдуна сгустками самой настоящей тьмы, стремительно перемещался, кидал различным попадающим под руку мусором, что при его физических возможностях были едва ли не столь же опасны, как какое-нибудь атакующее заклинание, гневно рычал и капал ядовитой слюной, но старый самогонщик оставался невозмутим.
Вокруг колдуна висел тонкий, отдающий чем-то гнилостным щит, что без труда развеивал всё, что в него попадало — как физические объекты, так и сгустки тьмы. Вместе с тем маг уверенно шагал к скрывшемуся за щитом магу третьего ранга, осыпаемому воздушными стрелами. Вот только как показалось Максу, его воздушные заклятия чем-то значительно отличались от тех, которые применяли сегодня их враги на его глазах. Причем внешне они были абсолютно идентичны — несхожесть колдун ощущал неким шестым чувством, что ясно указывало на то, что в подвластном его новому учителю воздухе есть ещё нечто иное, куда более губительное.