Страница 4 из 6
Вы обходите стороной магазин, где вам нахамили? Это фобия?
Чаще всего это невыносимое отвращение. Как если бы на вас забрался мохнатый жирный паук. Или в гнездо червей вы залезли бы рукой случайно.
Отвращение это не страх. Страх победить легче. Надо набраться мужества и лицом к лицу встретиться с врагом. Или с объектом страха. А от отвращения средств почти нет. Его можно только скрыть усилием воли. Но все равно передергивает от брезгливости…
Вот разгадка вашего состояния. Поэтому в конфликте с токсичными людьми мы часто проигрываем и уходим, не в силах совладать с отвращением. Это не страх. Брезгливость. С драконом можно биться. С жирным склизким червем биться отвратительно.
Зло не столько страшно, сколько отвратительно.
Храбрый полководец Юлий Цезарь боялся мышей. Брезговал.
И мы брезгуем злыми и низкими людьми. Это не страх. Страха они недостойны…
На богатую свадьбу пригласили родственника – дядю Колю.
Дело было в селе. И это было великодушное и лестное приглашение. Ведь дядя Коля был простой шофер, водителем работал у отца невесты. А отец невесты был богатый; два магазина, свиноферма и птичий двор. И еще много всего. Богатый был человек. И свадьба богатая.
Дядя Коля – седьмая вода на киселе, троюродный дядя. А вот позвали! Он нарядился. Костюм надел, который в шкафу висел двадцать лет, белоснежную рубашку и галстук.
Побрился, одеколоном набрызгался. Купил подарок – чайник. Дорогой электрический чайник. Сел в свою старенькую машину и поехал на другой конец села на свадьбу.
И ему обрадовались! Даже попеняли, что заждались. Поезжай, дядя Коля, в магазин. Надо кое-что привезти. Несколько ящиков! Дядя поехал и загрузил ящики с напитками в машину. Привез и разгрузил.
Потом столы расставляли и стулья, кастрюли носили и блюда. Он носил. Потом опять в магазин пришлось ехать и грузить продукты. В другой. Потом заехать за родней в один, второй, третий дом.
Потом еще отвезти-привезти. Потом за музыкой ехать. Потом еще носить вкусные яства на столы. Потом за стульями ехать – не хватило потому что.
Он ездил и носил. Грузил и разгружал. Покорный трудолюбивый седой дядя Коля. Уж свадьба началась. Вкусно пахло. Музыка играла. Но дел много нашлось! Жара стояла…
Он присел в уголке на кухне. Устал очень. Чаю хотел попить. Но у кого спросишь? Все заняты, свадьба же. Все едят и пьют, кричат «горько!»
Когда вспомнили про дядю Колю, чтобы он помог с посудой, да еще в магазин съездил, даже рассердились. Где он? Потом нашли. Он на кухне сидел, в уголке. Неживой. Сердце не выдержало. Сидит в костюме, при галстуке, нарядный такой… Ждал праздника, да не дождался.
Так и не попробовал угощение. Ни кусочка. И чаю не выпил. Ни глоточка. Сходил на свадьбу, называется. Еще и настроение всем испортил – так потом говорили…
Иногда так и зовут куда-то, чтобы на вас ездить. Не надо обольщаться и костюм надевать. Рабам костюмы не положены. Сразу спросите, какую работу надо выполнить, и оцените свои возможности. Тяжести носить, консультировать, петь, веселить публику или еще что-то надо?
И к себе на праздник так не зовите. Праздник – он для всех. А для обслуживания наймите кого-нибудь за деньги. Официанта, грузчика или тамаду. Это честно будет.
И горького осадка не останется ни у кого…
С женщиной обычно происходит так: сначала она перестает любить своего мужчину.
А уже потом появляется кто-то другой. Уже потом она другого может полюбить.
С мужчинами все иначе. Он может любить свою женщину, но увлечься другой. Хотя странная это любовь, конечно. Но вот с женщинами именно так происходит: сначала разлюбила. А уже потом полюбила другого. Иначе не бывает.
Если женщина разлюбила, возврата к прошлому нет. Но этот период не замечают обычно. Хотя женщина изо всех сил подает сигналы: любовь идет ко дну. Испаряется. Улетучивается. Догорает. Умирает!
Вот это будничное раздражение по мелочам. Усталые такие замечания; опять пастой набрызгал на зеркало. Снова ложечкой бренчишь. Чавкаешь. Но без эмоций – с тихим отвращением и усталостью.
И избегание прикосновений; она каменеет в объятиях или ускользает… И не смотрит в лицо; сквозь человека смотрит, куда-то вбок – куда угодно, только не в глаза. Потому что взгляд – это тоже прикосновение.
Иногда ей становится стыдно. Надо быть мягче, надо проявить внимание и нежность – так пишут в женских журналах. Ведь надо сохранять семью. Беречь отношения. И женщина проявляет насильственную нежность, придает голосу добрые и веселые нотки… Но это так фальшиво, что она замолкает. Хотя фальшь чувствует только она.
И женщина подолгу смотрит в зеркало. Думает. И ищет предлог не оставаться наедине дома. А если приходится остаться наедине, находит какое-то важное хозяйственное дело. И моментально раздражается: мол, ты все делаешь не так!
Это погибает любовь. Но вот этот период мужчина не замечает. Он даже радуется сначала иногда; скандалов нет, ссор почти нет, претензий тоже почти нет. Ну, разве что по мелочам.
И потом как громом поражен – оказывается, его женщина полюбила другого! А он не заметил, не понял, что она другого любит.
Это потому, что не заметил, как умирала любовь к нему. И не замечал, как его любили. Не ценил эту любовь – часто бывает так. Потому что не заметить, как что-то гибнет, можно, только если вообще этого не замечать.
А может, ничьей вины нет.
Но этот принцип работает: женщине сначала надо разлюбить, чтобы полюбить другого. И это долгий период.
А мужчине не обязательно. Поэтому он может продолжать любить, но увлечься кем-то другим. Хотя странная это любовь, конечно…
Сначала, конечно, вы очень расстроитесь. Может, даже разгневаетесь.
Даже, возможно, будете потрясены. И от этого человека отшатнетесь на всю жизнь; от того, кто показал себя во всей красе. Продемонстрировал свой порок.
Но потом возблагодарите Небеса за то, что это быстро и сразу произошло. Это вам подарок свыше. Это вам личная информация. Ценное предостережение. Потому что гораздо ужаснее, когда личные качества открываются спустя время.
Вот замечательная история из жизни про девочку, которую в десятом классе мальчик позвал гулять. Этот мальчик ей очень нравился! Такой симпатичный. И вот он зовет гулять – вспомните свои чувства, когда вам шестнадцать было…
Они долго гуляли промозглым вечером; по парку, потом просто по улице.
Девочка была влюблена. Но все равно холодно, знаете. И есть захотелось. Девочка робко об этом сказала так, между делом. Мол, сейчас бы чайку горяченького! А юноша подхватил. Мол, и правда!
Он сказал, что сейчас зайдет домой ненадолго. А девочке предложил подождать у подъезда. Это же подростки были; девочка и осталась ждать. Холодно и сыро, но она ждала, не очень понимая, куда ушел парень. Мало ли. Может, срочное дело дома есть. Или взять что-то. Деньги, например…
Мальчик вышел минут через двадцать в хорошем настроении, розовощекий такой. И губы сальные утирает. Девочка спросила, зачем он домой-то заходил? А затем, чтобы поесть котлеток. Так ответил молодой человек.
Мама утром нажарила вкусных котлеток. Вот он поел и чаю выпил две кружки. А теперь готов дальше гулять по парку или по улице. Теперь другое дело прямо! Совсем не холодно. Ну что, куда пойдем?
Девочка так изумилась, что даже пошла рядом с мальчиком, от которого вкусно пахло котлетками. А потом ускорила шаг. А потом побежала…
И больше к этому парню не подходила никогда. Хотя он ей улыбался. Масляными губами…
Вот и хорошо. Очень хорошо, что моментально все стало ясно. Попереживаем, посердимся или поплачем. А потом прибавим шаг. Чтобы интересный человек остался позади навсегда. Это большое благо – сразу увидеть масляную улыбку и ощутить запах котлет…
Гораздо хуже, когда это случается спустя годы. И уйти уже трудно. Или некуда.