Страница 64 из 77
Глава 22
Машины Царской Службы Безопасности сорвались с места, вздымая колесами легкие облака гари от сожженной резины.
Пять бронированных внедорожников сопровождения, заполненные бойцами, и лимузин великого князя Московского между ними потянулись от Кремля в сторону аэропорта, где уже заканчивал предполетную подготовку самолет Невского.
Рейс на Красноярск согласован со службой контроля полетов, люди великого князя грузят вещи — набиралось немало, Рюриковичи налегке не путешествуют.
Пробки Невскому помехой не были — привилегии великих князей пока еще действуют. Так что не прошло и часа, как лимузин уже останавливался перед трапом самолета.
Пассажирская дверь распахнулась, и прямо из воздуха внутрь салона ударили несколько сотен пуль, выпущенных с трех точек на расстоянии в сотню метров. Выстрелы грохотали, летели выбитые искры, но самих стрелков словно не существовало.
Из машин сопровождения никто не полез наружу, и нападавшие, оставаясь под покровом невидимости, не отвлекались, продолжая расстреливать пулеметные ленты, пока патроны не кончились.
— «Рой», — произнес приказ Емельян Сергеевич, — захват цели.
Прожекторы аэропорта повернулись в сторону невидимок, изменили спектр света, и три фигуры, будто нарисованные фиолетовым карандашом, оказались подсвечены. Стало заметно, как они бросают израсходованные коробки с патронами и спешно подцепляют новые.
— Взять живьем, — вновь заговорил великий князь Московский.
Из салона самолета выпорхнули незаметные глазу бойцы, и только попав под свет прожекторов, они осветились таким же фиолетовым сиянием. На запредельной для человека скорости бойцы настигли только начавших отступление невидимок.
Звон металла, скрежет вспарываемой брони, и вот на снег, брызжа кровью из тяжелых ран, извлечены бывшие невидимки.
— «Рой», обеспечить сохранность жизни пленников. Никого не подпускать без моего личного приказа.
Вся схватка от начала стрельбы до нейтрализации нападавших заняла меньше двух минут.
Емельян Сергеевич вышел из салона самолета и скинул с себя униформу собственного слуги. К задержанным уже мчался на всех парах Ерофеев.
— Что скажешь, государь? — спросил Невский, бодро спускаясь по трапу.
Михаил II, наблюдавший за всем из безопасного Кремля, хмыкнул.
— Скажу, что пора вызвать Дмитрия обратно в столицу, — проговорил государь. — Романову пора занять свой пост нашего научного руководителя. Емеля, — тут же сменил тему он, — вытряси из этих шакалов все. Я хочу знать, кто они, откуда, где учились и даже сколько раз мочились в кроватку в детстве. Ты меня понял?
— Понял, государь, — ответил великий князь Московский, — сейчас Ерофеев их подлатает, и в моих подвалах они живо разговорятся.
Царь отключился, и куратор Царской Службы Безопасности хмыкнул, наблюдая, как все еще пребывающие в невидимости роботы Романова тащат нападавших по снегу. Теперь, без своей продвинутой брони, они уже не казались такими смертоносными и опасными. Особенно на фоне бездушных роботов рода Романовых, управляемых «Роем».
Вот теперь у Емельяна Сергеевича будет возможность как следует разобраться в этом деле с невидимками.
Раз и навсегда.
— Как это понимать, дорогой внук? — спросил кайзер, швыряя перед принцем на стол газету с кричащим заголовком.
«
Имелись и фотографии обнаженного принца в крайне сомнительной ситуации, и ссылки на видео в сети, где каждый желающий мог ознакомиться с оригинальными материалами лично.
Герберт несколько секунд читал статью, после чего побледнел от гнева и едва сдержал себя в руках, чтобы не разгромить собственную столовую. Но аура члена правящей семьи все же заставила мерзкую газетенку превратиться в прах.
— Кто посмел?! — взревел он, стараясь сдерживаться.
Кайзер, однако, этой картиной не удовлетворился.
— Кто посмел, дорогой внук? — переспросил он. — Теперь это не имеет никакого значения! Эти кадры сейчас смотрят по всему миру. И ты думаешь, мне удастся замять подобный скандал?! Ты только что подписал себе смертный приговор!.. Рейх никогда не согласится, чтобы ты занял мое место. Ты меня подставил!
Наверное, впервые за долгие годы Вильгельм фон Бисмарк позволил себе явить свой гнев. И Герберт сперва услышал, как скрипят ножки стула под ногами, и только ударившись спиной о стену столовой, понял, что его отшвырнуло силой кайзера. И принц понимал, что легко отделался.
— Это позор на всю нашу семью, — произнес, скрипя зубами, кайзер. — Я дал тебе такую жену, а ты вместо этого полетел в Русское царство и обзавелся там не союзниками, а врагами. Умудрился сбежать от супруги, и теперь все будут говорить только об одном — ты сбежал от жены, чтобы предаваться разврату здесь, на родине, где добрый дедушка покроет твои прегрешения!..
Вильгельм нервно дернул шеей, не глядя на опорочившего династию внука. Выходы, конечно, из ситуации имелись, но ни один не был хорошим вариантом. Подобный позор уже сгубил не один королевский род. И главное — что бы кайзер сейчас ни предпринял, даже если найдутся неопровержимые доказательства невиновности Герберта, его политической карьере пришел конец.
— У тебя есть три дня, Герберт, — приняв решение, выдохнул Вильгельм фон Бисмарк, сжимая и разжимая кулаки. — После этого ты будешь официально изгнан из нашего рода.
— Я не виноват, — процедил сквозь зубы тот.
— Это уже не важно. Подготовься сам, передай все имущество мне в личное владение. Мои верные люди обеспечат тебе укрытие, пока я буду проводить расследование. И, поверь, внук, мы найдем виновных. И я приму тебя обратно. Но нам нужно время.
Герберт скривился, но спорить не стал. Кайзер великого Германского рейха все же всесилен не был, это не русский царь, способный развязывать войны и вершить судьбы по своему усмотрению.
Аристократы могли очень скверно повлиять на все дела в Германском рейхе, чтобы заставить неугодного кайзера сложить полномочия. И если порочного принца не изгнать, у немецкой знати будет повод взбунтоваться. А с подобным обвинением определенно еще и церковь подключится — этим только дай возможность набить карманы за счет правящей семьи...