Страница 11 из 18
– Видимо, чтобы последний клон меня, хранителя, потом об этом спросила, солнышко? А я скажу, что много раз себе этот вопрос задавал, а ответа не находил. Идем, Светик, у нас своего рода экскурсия, и скоро ты познакомишься с французами. Правда подозреваю, что языка ты не знаешь.
– Правильно подозреваешь, но есть же ты, переведешь мои слова.
– Ну спасибо, Светик. Хорошо, ты же устроила мне небольшой отпуск от работы, только поэтому я готов быть и гидом, и переводчиком, а ты меня неплохо развлекаешь. Никогда с клоном так тесно не общался.
– Я обычный человек, а создали меня в лаборатории, только и всего. Воллейн сказал, таких как я много.
– Уже нет, теперь ты уникальна.
– А, ну да. Я готова, идем, – Кенди старался не смотреть на меня, пока я переодевалась, хотя я не настаивала, чтобы он отвернулся. Я его совершенно не стеснялась.
– Да, идем, – теперь мне было гораздо удобнее в такой одежде, и я еще раз очень посочувствовала местным дамам. Такое наказание все эти платья. Наконец мы прошли в светлое помещение, где находилось много мужчин в мундирах, и с ними император Александр первый. Он протянул письмо кареглазому брюнету. Он тоже оказался генералом.
– Кендистан Робер, разрешите представить Вам Балашова Александра Дмитриевича. Именно его Вы будете сопровождать к императору Наполеону. Отправляйтесь в путь уже сегодня.
– Да, Ваше Величество.
– Вы так приодели вашу жену, теперь и не скажешь, что она леди, – усмехнулся император. На мне была белая туника, удлиненный жилет, черные брюки и высокие сапоги. Конечно, для этого времени года жарковато, но все равно лучше, чем это ужасное платье с корсетом.
– Путь не близок, Ваше Величество, а красоте я предпочитаю удобство. Светлана разделяет мое мнение.
– Такая же прелестница, как и моя Лизавета. Ну хорошо, ступайте. Александр, надеюсь, ты сможешь повлиять на императора Франции.
Балашов лишь кивнул, и мы последовали за ним. Нам выделили два экипажа, и мы с Кенди остались только вдвоем. Мне казалось, что нам предстоит ехать в одной карете с Балашовым, но это было не так.
– Что, Светик, не так? Ты встревожена.
– Почему мы в разных каретах?
– Путь не близкий, ты девушка, тебе можно быть ночью только рядом с мужем. Так что только лишь из-за тебя два экипажа, но, честно говоря, меня это нисколько не расстраивает, а тебя?
– Да нет, все прекрасно. Кенди, ты ведь не только в этом времени бывал?
– Да, мне везде приходилось бывать, но чаще всего почему-то здесь. С 1750 по 1850 год. Мой основной участок работы, и чаще всего Франция, уж не знаю почему.
– Так если генерал Балашов не убедит Наполеона, что мы будем делать тогда?
– Ну как, нам лучше сейчас находиться со стороны Франции. Они пойдут на Россию через реку Неман. Пойдем с войском Французов, а потом и время закончится. Не знаю. Зачем сейчас загадывать.
– А Наполеон, он какой?
– Хороший друг, отличный полководец. Великолепный император, правда, девочек любит. Очень любит. Так что смотри, бдительности не теряй.
– Ты сказал девочек? Что, не одну? – удивилась я.
– Ну да, а что тебя смущает? Он император, девочки не против. Вот и меняет их, когда пожелает. Была в его жизни любовь, его первая жена, ее звали Жозефина. А сейчас он снова женат, на Марии-Луизе. Красивая милая девушка, сына ему родила год назад, но как-то что-то у них все проблематично в отношениях. Да и их брак почему-то народ не поддерживает. Он император, его жизнь на виду, а посему ему сложно личную жизнь устраивать.
– Но если что, я замуж за него не пойду, – отозвалась я.
– Он и не позовет тебя замуж. Есть у него жена, а вот для любовных утех пригласить может.
– Любовных утех? – я задумалась над этим словосочетанием, – а это как?
– М-мм, Светик, как дети появляются на свет? – решил спросить меня Кенди.
– С помощью матэ?
– Так, я немного не вникал в историю будущего. Поведай мне, что это?
– Это такой искусственный организм для вынашивания детей. Матэ называется.
– То есть в вашем времени семьи не создаются, так выходит? И мужчины с женщинами в отношения не вступают?
– Нет, Кенди. Семьи не создают и в отношения не вступают, – очень четко ответила я на его вопрос.
– Тогда ты не понимаешь, о чем я говорю.
Я отрицательно покачала головой.
– Хорошо, если что, присмотрю за тобой, а ты мужчин близко не подпускай, чтобы не трогали тебя, а то чревато.
– А что будет?
– Больно будет, обидят тебя, – Кенди так внимательно меня разглядывал. Мимо проносились деревья. Сегодня было довольно прохладно и почему-то укачивало. Видимо, свежий воздух и покачивания кареты так повлияли, что я захотела спать. Я то и дело закрывала глаза, в прямом смысле этого слова.
– Светик, пересядь ко мне, – услышала я голос Кенди.
– Зачем? – я зевнула и непонимающе на него посмотрела.
– Ты спать хочешь, готов сделать так, чтобы тебе было удобно.
– Нет, не пересяду, а то нарушишь мое личное пространство. Ты ведь мужчина, а вдруг ты захочешь любовных утех, – и я посмотрела на него очень подозрительно.
– Что? Хорошо, молодец, отлично информацию запоминаешь, но давай меня не будем как возможного мужчину рассматривать.
– А почему не будем? Ты вон, смотри какой весь из себя красавец писаный, а вдруг тебе захочется. Я слежу за своим личным пространством.
– Спасибо за комплимент. Ладно, делай, как знаешь, я как лучше хотел, – рассмеялся Кенди и просто периодически на меня поглядывал, а я все-таки уснула. Укачало меня.
***
Не знаю, сколько времени прошло, но проснулась я на чем-то мягком и теплом, открыв глаза, я поняла, что лежу на коленях у Кенди. Поднялась так осторожно, и мои щеки залил румянец.
– Извини, я не знаю как так вышло.
– Светик, ты нарушила мое личное пространство, как же ты могла?
– Я случайно, – карета остановилась, – что, приехали?
– Это вряд ли, – Кенди выбрался из кареты и определил, что у нас с колесом проблемы.
– А что теперь делать-то будем? Генерал Балашов так далеко от нас, нам надо его догонять, – растерялась я.
– А что делать? Седлаем лошадей и догоняем генерала. До Вильно недалеко. Император Наполеон совсем рядом. Скоро будем на месте. Я заметил, что ты умеешь держаться в седле, да все хотел спросить, где ты этому научилась?
– Нигде, просто жить хотела, вот и разобралась по-быстрому, – лошадей было три, и Кенди принялся освобождать их. На такой случай седла были закреплены, и Кенди проверял ремни, чтобы не случилось падения во время верховой езды. Кучер посчитал это единственно правильным решением, и вскоре мы все трое верхом на лошадях стали догонять генерал-адъютанта Балашова. Нам пришлось ехать всю ночь, и только ближе к утру мы добрались до города Вильно, который уже заняли французы.
– Вы пойдете со мной, посол Кендистан, или останетесь здесь?
– Моя задача обеспечить Вашу безопасность в пути, и я ее обеспечил. Переговоры с Наполеоном это Ваше дело.
– Несомненно, – Балашова пригласили пройти, а мы остались в большом светлом холле перед кабинетом Наполеона.
– Уже занял царский кабинет Российского императора, шустрый правитель, – усмехнулся Кенди.
– А давай попробуем его разубедить? Когда будет война, многие пострадают.
– Пострадают это мягко сказано. Тысячи трупов, которых даже не сразу предадут земле. Зрелище для людей с очень стойкой психикой. Бородино это настоящий ад. Смерть буквально сотнями будет выкашивать людей каждый день, и не скоро наступит мир. Только к зиме император отступится. А говорить ничего не стоит сейчас. Не нужно, Светик, в историю вмешиваться. Во время войны столько советников попытаются остановить Наполеона, что даже удивительно, почему он не прислушается. А ты, юная девушка, постарайся вообще больше молчать.
Кенди улыбнулся, услышав властный голос Наполеона. Вскоре Балашов вышел, и, не глядя на нас, поспешил удалиться.
– Ну, вот и все, идем к императору, познакомлю вас, а потом будем думать, что нам делать.