Страница 8 из 30
Была мысль таким же образом выкинуть куртку, потому что на ней тоже была надпись. Но я быстро откинул эту идею. Неизвестно, что произойдёт, если сделать подобное. Поэтому, я просто снял её и вывернул на изнанку. Бредово конечно, но сойдёт.
Закончив с внешним видом, я вышел из переулка и постоял несколько секунд, наблюдая за реакцией прохожих. Некоторые из них безынтересно косились на меня, проходя рядом, но былого удивление в их глазах я не увидел.
— Так, и куда дальше? — спросил я сам себя, крутя головой.
Витрины магазинов, вывески кафе, разнообразные автомобили, марки которых были мне знакомы и одновременно казались чужими. Всё это я видел, пока пытался осмотреться и выбрать курс.
— В любом случае, надо убраться подальше от местоположения комплекса, а там видно будет...
Сидя в маленьком, но уютном кабинете, Самсонов Дмитрий Олегович читал сводки по доходам от предприятий рода. Пыльцы его свободной от бумаг руки выбивали тихий ритм по деревянному столу, а глаза, внимательно бегали по каждой букве и цифре. И чем дольше он вчитывался, тем сильнее звучал ритм и напрягалось его тронутое морщинами лицо.
— Беловы опять начали давить, гады, — раздался его серьезный голос.
После того, как их род небеспочвенно обвинили в ереси и проведении тёмных ритуалов над молодым поколением, всё пошло под откос. Былые союзники бросили их, враги показали свои клыки, а великий император отвернул свой взор от перспективного и начинающего набирать мощь рода.
Глава рода положил листы сводок на стол и устало откинулся в кожаном кресле. Его глаза сместились на небольшую фотографию, на которой были изображены пять человек. Молодой беловолосый мужчина в тёмном деловом костюме и спокойным выражением лица. Прекрасная черноволосая женщина в красном платье, чья красота затмевала многих аристократичных девиц. Двое беловолосых мальчишек, похожих друг на друга, как капли воды, один из которых сохранял на фотографии безмятежное лицо, а другой — открыто ухмылялся. И темноволосая девочка в синем сарафане, стоявшая подле матери и легко улыбающаяся.
Семья... Единственное, чем дорожил Дмитрий, помимо рода. Семья, которую он не смог уберечь до конца и спас только одного из мальчишек и девочку.
Именно сын Дмитрия, имя которому — Самсонов Александр Дмитриевич, и совершил ошибку. Он хотел возвысить род ещё сильнее. Придать ему настоящую силу не только на политической арене Российской Империи, но и физического плана. Дети слуг, гвардии, его собственные... Он погряз в изучении тёмного ремесла ушедшей эпохи периода Раскола, решив, что сможет всё утаить. Нужно было лишь время... И всё могло получиться. Вот только, произошёл крах. Императорский род, Святая Церковь и Орден Ведьмачей, узнали об этом, после чего к их порогу пришла смерть. Александр умер в застенках казематов Святой Церкви. Дарья, его жена, оказалась в руках СБ Императорского рода и её судьба неизвестна. Ну, а сам Дмитрий и остатки спасённой семьи, попали на допрос к Ордену Ведьмачей. Тем, кто истреблял чудищ Прорывов и Аномальной Зоны. Тем, кто считался щитом Империи, защищающим покой своих граждан.
И если судьба Александра была ясна, а Дарьи — потеряна, то больше всего неизвестности добавляло исчезновение второго внука. В том, что Геральта похитили, Дмитрий не сомневался. Он перерыл носом всю Москву и остальные города, защищённые великими стенами. Он потратил бесчисленно количество денег, пытаясь найти его. Он даже прибегал к помощи отвернувшихся союзников, давя на свою гордость и склоняя голову... Но всё было тщетно. А после того, как формация жизни, нанесённая на Геральта ещё в младенчестве, пропала с артефакта слежения, Дмитрий ощутил отчаяние.
Его внук — мёртв.
Подняв сухие, но сохранившие былую мощь ладони, он прислонил их к лицу и с силой потёр щёки с глазами.
Ему нельзя отчаиваться. На плечах стояло восстановление рода, который чудом был не уничтожен, благодаря давним заслугам Дмитрия. Предстояло много работы. Не только на политической арене империи, но и внутри самого рода. Гвардию необходимо восстановить, нанять новых рабочих на предприятия взамен ушедших, отремонтировать главное поместье на родовой земле. И на всё это нужны деньги и время...
Собравшись с духом, глава рода хотел вновь взяться за работу, но в этот же момент дверь его кабинета резко распахнулась и в неё вбежал взмыленный пожилой мужчина. Высокий, как жердь и такой же худой, он был одет в тёмного цвета фрак. Его седые волосы коротко подстрижены, лицо частично тронули морщины, а острый взгляд зелёных глаз выдавал в нём бывалого воина.
— Что-то случилось, Константин? — в лёгком непонимании спросил Дмитрий. Его старый друг и товарищ, с которым они прошли великую битву у стен Москвы, не стал бы беспокоить его просто так и врываться в кабинет без стука.
— Да, — быстро кивнул мужчина и шустро зашёл в кабинет.
Закрыв за собой дверь, он мигом подбежал к главе рода и протянул ему небольшой зелёный кристалл.
Стоило Дмитрию увидеть его, как у того перехватило дыхание, а к горлу подкатил ком. Артефакт слежения, настроенный на формацию жизни Геральта, тускло сиял.
— Он... Жив... — не веря собственным словам, пошептал Дмитрий.
Простой в использовании и настройке артефакт, что после потери внука превратился в обычный пустой кристалл, вновь наполнился жизнью!
— Я сам не поверил, пока не получил сигнал на артефакт оповещения, — быстро затараторил Константин. Сейчас от вечно спокойного и холодного мужчины не осталось и следа. — Ты же знаешь, что я педант в этом деле и поэтому настроил полярности артефактов. Я верил, что он жив и не мог не сделать этого.
Сжав кулаки, Дмитрий сделал глубокий вдох и поднялся со своего кресла, от чего то издало скрипучий скрежет. Тело главы рода наполнилось силой и решимостью. Его массивные плечи расправились, взгляд обрёл мощь, а глаза вспыхнули оранжевым пламенем.
— Собирай людей, — отдал он приказ серьезным голосом. — Пора найти моего внука.
— Да, господин, — покорно склонил голову Константин, внутренне ликуя. Его брат по оружию и господин, проснулся ото сна и нашёл в себе силы действовать.
— Вы хоть понимаете, в каком дерьме мы окажемся, если парня найдут раньше нас?! — раздался за круглым столом властный рык, обладателя которого скрывал тёмный балахон.