Страница 15 из 37
Гарри так углубился в свои мысли, что даже вздрогнул, когда Крам потрогал его за локоть и протянул его же листок, на котором ниже написал ответ.
— Интерпритато, — коснулся он палочкой записи, кривые закорючки которой перестроились в текст на английском.
«Я ничего не рассказывал журналистам, а ваш «Пророк» у нас не читают, так что про статью, порочащую честь Гермионы Грейнджер, я не знал, — написал Крам. — Мы в последнее время мало общаемся, она меня избегает и так и не дала ответа на приглашение погостить. Я думал, это из-за тебя, но теперь многое стало понятным. Я хотел познакомить Гермиону со своими родителями и попросить разрешения на помолвку, если она согласится. Это необычная девушка, и она мне нравится. Что я могу сделать для неё? Если ты — её лучший друг, то знаешь и понимаешь её лучше, чем я».
Гарри мимолётно улыбнулся, задумался и написал ответ:
«Думаю, стоит подойти к ней и всё объяснить. Скитер и до этого узнавала всякие сведения, не знаю, как, может, ей русалки сказали, которые мимо плыли. Гермиона поймёт, она очень умная. Думаю, что она просто стесняется, ведь это её первые отношения. Но ты точно ей нравишься, иначе она бы не стала с тобой общаться. То есть ей всё равно, что ты знаменитость, я об этом».
Прочитав ответ, Крам смущённо улыбнулся, но, снова чуть нахмурившись, написал:
«Мне стоит более чётко показать свои намерения? Думаю, этим способом получится лучше, чем пытаться что-то объяснить на ломаном английском, когда я не понимаю половину того, что говорит она, а она может превратно понять меня».
— Думаю, это неплохой способ пообщаться нормально, — вслух сказал Гарри, кивнув. — Я… я пытаюсь заниматься ну… перед последним Туром, так что не всегда могу быть рядом с ней.
— Я заметил, что ты пропадаешь, — кивнул Крам. — И когда ты делаешь, Герьмиона волнуется и много говорит о тебе.
— Может, потому что не знает, о чём сказать? — пожал плечами Гарри и подмигнул. — Попробуйте целоваться.
Крам посмотрел на него, открыв рот, но потом смущённо отвёл взгляд. Гарри даже легче стало, вон, и старшекурсник стесняется, и, может, даже не целовался ни разу. Хотя если учитывать его популярность… Гарри сам себя оборвал: он сам «популярен» донельзя, но ещё не целовался. Тот поцелуй в щёчку от Куэс, случившийся в Блэк-хаусе, не в счёт. Он почти братский, точней, сестринский… Но это пока!
— Если хотеть ты, мы можем тренироваться вместе, — отвлёк Виктор. — Друг Герьмиона — мой друг.
Часть 1. Глава 10. Гермиона: тайная жизнь насекомых
— Гарри снова нагрубил профессору МакГонагалл, — пожаловалась Гермиона Куэс, пока они смотрели, как Виктор и Гарри тренируются, устроив что-то вроде дуэли на поле для квиддича, которое из-за того, что Чемпионат школы отменили, начало зарастать сорняками и даже, кажется, кустами.
— По какому поводу? — спросила Куэс, с интересом наблюдая за парнями.
— Кажется… она узнала про то, что мы отправили ту посылку обратно… — вздохнула Гермиона. — Гарри же предложил подписать его именем, потому что от моего бы не открыли… И дал свою Хедвигу для доставки. Ну и вот…
— О… Неужели в школу пожаловались?
— Не знаю. Может быть. Но декан была в ярости просто. А он сказал… Он сказал, что с теми письмами от недоброжелательниц должна была она, то есть профессор МакГонагалл разбираться и не допустить, чтобы травили студентку её факультета, а раз ей всё равно, то должно быть и всё равно, как студенты разбираются со своими проблемами. А она сказала… — Гермиона закусила губу, потому что это на самом деле оказалось неприятным. — Что… что ничего смертельного та посылка не несла. И у нас есть мадам Помфри, если бы я пострадала, то всегда бы могла обратиться в Больничное крыло, а мстить женщинам это не по-гриффиндорски и вообще…
— Серьёзно? — хмыкнула Куэс. — Значит, тебя не жалко, а какую-то дуру, которая гной бубонтюбера незнакомому человеку отправляет из-за глупостей в газетёнке, ты должна была простить и цветов отправить с благодарностями? И насчёт того, что этим декан должен был заниматься — тут я с Гарри полностью согласна. Иначе зачем она вообще?
— Я не знаю, что и думать, честно говоря, — призналась Гермиона. — Я всегда уважала профессора МакГонагалл, именно она познакомила меня с миром волшебства, когда принесла мне приглашение в Хогвартс…
— Думаю, даже если бы ты не стала волшебницей, то в жизни бы не пропала, — пожала плечами Куэс. — Мир магии довольно жесток. Особенно к тем, кто не вписывается в какие-то стандарты.
— Ты сейчас о том, что я магглорождённая?
— На своей родине, до того, как у меня… все погибли, наш клан тоже не вписывался в общепринятые каноны, — пожала плечами Куэс. — Не имеет значения твоё происхождение, вероисповедание, цвет кожи или волос… Люди всегда найдут что-то, к чему смогут придраться. Не то воспитание, не та магия, слишком сильная, слишком слабая, слишком умная, слишком глупая, слишком большая грудь, слишком красивая, слишком популярная… понимаешь?
— Да, понимаю, — невесело усмехнулась Гермиона. — Я и до Хогвартса как-то… не вписывалась. Со мной никто не дружил в обычной школе. И только здесь я нашла друзей, Гарри и Рона… и то…
— Это ты того рыжего имеешь в виду, который тебя из-за внимания Виктора обзывает? — хмыкнула Куэс.
Вспомнив о всяких «мирских табакерках», Гермиона чуть поморщилась. К тому же, каждый раз, когда Рон открывал рот и обзывал её, это очень смешило девчонок типа Лаванды Браун, хихиканье которой было на редкость противным, а Рон как будто специально это делал в их присутствии. Вот вроде Гарри с Роном снова общаются и ей не надо быть буфером между ними, пытаясь помирить, но…
— На тебя обратил внимание знаменитый Виктор Крам, ты дружишь с Гарри Поттером, общаешься с иностранкой, это я себя имею в виду, конечно, девочки будут завидовать… Да и некоторые мальчики — тоже, — сказала Куэс. — Я тоже подобное… проходила.
— Виктор пригласил меня в гости в Болгарию. Я всё ещё не дала ему ответа… — Гермиона проследила взглядом как по скамейке, на которой они сидели, ползёт крупный жук. Она никак не могла вспомнить, как он называется. Не похож на жука-оленя, скорее какой-то вид бронзовки — только у тех не было белых пятен на мордочке, а жуки-голиафы вроде бы водились лишь в Африке и более южных регионах, точно не в Шотландии. Тем более, что ещё в марте, когда было ещё совсем холодно, какого-то похожего жука Виктор снял с её волос.
Куэс проследила её взгляд и как-то хищно прищурилась. А затем открыла свой гримуар и достала оттуда страничку.
«Это не жук, а кто-то в его образе!» — значилось в записке, написанной магией. И Гермиона чуть не подпрыгнула от пронзившей догадки. Скитер! Это мерзкая журналистка анимаг! Вот как она узнаёт самые жареные сплетни.
— Я думаю, что ответить Виктору, — повторилась Гермиона, наблюдая за копошениями жука, который подобрался ещё ближе. — У нас тут произошёл та-а-акой разговор. Ой, кстати, я ещё не показывала тебе, что он мне подарил… — она призвала из сумки пустой фиал для зелий, который был зачарован на неразбиваемость. Жук должен был влезть в достаточно широкое горлышко.
Куэс чуть склонилась, закрывая волосами обзор анимагической форме Скитер, и они ухмыльнулись друг другу, явно понимая без слов. Это было такое упоительное чувство! А потом Гермиона подхватила жука, сунула того в фиал и закупорила крышку.
— Не советую превращаться в человека, он зачарован на неразбиваемость, мисс Скитер, — сообщила она запаниковавшему жуку.
— Значит, это Рита Скитер? — спросил Гарри, когда они показали свою добычу парням. — Что с ней будешь делать?
— Ещё подумаю, — снова ухмыльнулась Гермиона, чуть встряхнув фиал. — А пока побудет здесь и подумает над своим поведением.
* * *
— Тебе не кажется, что эти кусты стали больше? — спросила Гермиона Куэс, когда они снова пришли на поле для квиддича вместе с Виктором и Гарри.