Страница 315 из 343
- Похоже, вы ухитрились сломать себе нос, Поттер, - зельевар полез за палочкой. – Позвольте, я избавлю вас от этой небольшой проблемы, дабы вы не отвлекались на всякие пустяки…
- Нет! – поспешно воскликнул Гарри и увидел, как позеленел Снейп при этих словах.
- Тоже считаете меня костоправом? – прошипел мастер зелий.
Почувствовав, что задел какие-то глубоко личные струны, Гарри поспешил поправиться:
- Разве что кровь унять… А нос пусть так и остаётся… Я вспомнил, тот я, который забрал свиток, был с перебитым носом… - на самом деле, нос просто распух, хотя и совершенно безобразно, но Гарри сильно надеялся, что профессор не станет ради исторической правды сворачивать его окончательно. Снейп несколько мгновений подозрительно всматривался Гарри в лицо, но юноше уже было наплевать – да хоть бы и в мысли влез, скрывать ему нечего. Зельевар взмахнул палочкой – боль утихла.
- Нажимайте эту кнопку. Чтобы вернуться, нажмёте вот эту. Возьмите свиток, и мигом обратно. И запомните – никакой самодеятельности!
- Постойте! Я тогда был в мантии-невидимке, - вдруг вспомнил Гарри.
- И что? Хотите сказать, что потеряли её? – Снейп, кажется, ничуть не удивился сообщению о наличии у Гарри столь могущественного волшебного предмета, хотя Гарри отлично помнил, что этот вопрос он точно обошёл молчанием в своём рассказе о похищении – во избежание конфискации отцовского подарка.
- Нет, кажется, она тут, - растерянно ответил Гарри, шаря в кармане. И не теряя больше времени – чтобы не задуматься невзначай о том, предназначены ли такие маленькие хроновороты для перемещения людей на целые столетия, и часто ли они при этом ломаются – накинул на плечи найденную мантию и нажал первую кнопку…
… лицезрение собственной обалдевшей физиономии, равно как и растерянных лиц Гермионы и Роберта в спальне Слизерина оказалось, видимо, последней каплей для и без того перегруженной событиями дня психики – вернувшись, Гарри едва нашёл в себе силы, чтобы протянуть добытый манускрипт Снейпу, не осев при этом мешком на пол.
- Пожалуй, министерство Хроноса и Исторических Катаклизмов не зря полагает, что внутривременные пересечения и встречи с самим собой не полезны для здоровья. А вам удалось это сделать дважды за сегодня, - откомментировал Снейп бледный вид юноши, по его тону нельзя было понять, ругает он Гарри или восхищается его стойкостью. – За той дверью вы найдёте удобное кресло, пойдите и сядьте в него. Запрещаю вам покидать это помещение в ближайшие несколько часов, - высказавшись, зельевар вырвал свиток Ллуда из руки юноши и выбежал за дверь, с треском захлопнув ту за собой: и едва не прищемив уголок собственной мантии.
Гарри, наконец, сделал то, о чем давно мечтал – сел. Прямо там, где стоял. Добираться до кресла в соседней комнате он счел необязательным. Не до жиру... Ему и тут неплохо. Тепло, спокойно, никаких дементоров, уютно пахнет книгами и какой-то не слишком противной химией. И тихо, но не как в склепе или – бррр, вращающемся замке… Уютная такая, домашняя тишина, нарушаемая изредка тихими звуками: часы тикают, или вот, шуршит что-то сбоку – то ли мышь, то ли… хотя – какая может быть мышь там, где есть книги?! Нет, мышей у Снейпа быть не может!
Гарри заставил себя открыть глаза. Шуршал лист клёна, видимо, случайно зацепившийся за чью-то одежду и принесённый сюда, а теперь придавленный полой плаща-невидимки. Юноша взял лист в руку и в прострации уставился на охристые прожилки, зелёную каёмочку… дырку от жучка-червячка… Хотел понюхать, но распухший нос не желал ощущать запаха осени. Чего он так испугался? Гарри отбросил лист и заставил себя подняться. Комната перестала казаться надёжным убежищем. Что бы там не велел ему профессор, он пойдёт туда, где все. Где дементоры, где опасность. И где Дамблдор, МакГонаголл, профессор Иррегус-Штраус, где Билл, Флёр. И… Снейп.
В безумии профессора, решил Гарри, есть свой положительный момент – по крайней мере, в нём исчезла его вечная тошнотворная осторожность.
***
Гарри скорчился в оконной нише, зажмурившись и слушая мерный звук биения крови в висках, напоминающий уютный перестук вагонных колес, и ему не хотелось ничего – ни открывать глаз, ни разгибать подложенную под себя ногу.
Перед глазами колыхались картины недавно увиденного, и Гарри много дал бы, чтобы не видеть этого. Или забыть… Дико завывающий на непонятном языке Снейп со свитком Ллуда в руке, защищающий его спину Дамблдор, Флёр и Билл по правую руку, напирающие дементоры – стена тлена и разложения, мечущиеся в небе всполохи заклинаний – убийственный фейерверк… И целая рать Заступников – не поймёшь, где чей, вот серебряный дракон, вот стая белоснежных птиц, туманная женщина в маске и пелерине… Слева кто-то упал прямо под ноги дементорам, Гарри не видел, кто. Ему было совсем плохо, хотя он смотрел на битву с голодной нежитью через оконное стекло. Как же невыносимо должно было быть тем, кто стоял там? Где черпали они силы сражаться и просто жить – если даже он чувствовал себя опустошённым, живущим так долго, что разучился любить жизнь, потерявшим последние желания? Во рту гнездился железный вкус, его мутило и выворачивало, поэтому он даже почти не обрадовался, когда дементоры отступили. Снейп прокаркал что-то в последний раз, и все они разом вдруг выстроились в отвратительный серый клин и потекли на север чёрным смрадным дымом. Гарри закрыл глаза.
Разбудил его Пивз, он пронёсся над головой с пронзительным воплем: «Они ушли, они ушли!» и Гарри отстранённо поразился тому, что у пакостного полтергейста сейчас общий со всеми повод для радости.
Юноша пошевелился, свесил затекшую ногу с подоконника. Из-за угла вывернула миссис Норрис, замерла и уставилась на него. Мантия-невидимка никогда не была помехой для филчевской кошки, об этом Гарри догадывался с третьего курса. Полагая, что за кошкой последует и хозяин, Гарри скинул с головы капюшон и выглянул в коридор, но вместо Филча увидел Снейпа и Инь Гуй-Хань.