Страница 304 из 343
- Джим, некогда, - взмолился Гарри, заглядывая в творение Мародёров. – О Мерлин, она совсем рядом с ним… Джим, я не имею права велеть тебе, но я – тебя – прошу: помоги нам! Спаси Клару – навстречу ей ползёт василиск. Она не должна его увидеть!
- Василиск? Король Змей? Гигантская змея, которую боятся пауки? – деловито уточнил джинн.
- Джамаледдин, миленький, - поддержала Гермиона. – Ты же можешь, ты же такой… могущественный!
Рон тем временем бросился вперёд сломя голову. Гарри видел, что тот уже не успевает спасти Клару, зато имеет все шансы самому встретить «Короля Змей» лицом к лицу.
Не дожидаясь ответа джинна, Гарри кинулся следом: он обязан остановить хотя бы Рона. Василиск был совсем близко – в ушах звучало его тихое, свистящее «Сейчассс, сейчассс».
- Рон! Стой! - заорал Гарри, одним глазом следя за передвижением трёх точек: василиск неумолимо двигался навстречу Кларе, которую в свою очередь нагонял Рон. Все трое должны были вот-вот встретиться.
Вот он Рон – у того самого, последнего поворота, за которым виден свет. Тонкий Кларин голосок:
- Кто здесь?
Оставались считанные секунды. Гарри поймал Рона за плечо и крикнул:
- Клара! КЛАРА!!! Закрой глаза! Впереди василиск!
И не надеясь на её благоразумие, послал за угол заклинание, гасящее свет, испускаемый палочкой Клары.
- «Нокс»!
Гарри не учёл одного – свет за углом погас, но заклинание, срикошетив от каменной стены, вернулось обратно и погасило их с Роном палочки также.
В полной темноте шипение василиска приближалось, делаясь всё более зловещим. Змея ползла прямо к ним. Не сговариваясь, Рон и Гарри отпрянули от середины коридора и прижались к стенам. Когда шелест чешуи по камню и мерзкий свистящий звук раздались у самых ног, оба ударили. Гарри – мечом, Рон – копьём.
Попал Рон: меч Гарри, встретив пустоту, высек искру из каменной кладки, и тут же по ногам как плетью хлестнуло – это бесновался пригвождённый к полу василиск, колотя хвостом по стенам, и разъярённо шипя что-то невразумительное. Гарри ещё раз наугад ударил мечом, василиск опять метнулся, копьё хрустнуло и сломалось. Освободившаяся змея зашелестела прочь.
Гарри перевёл дыхание и услышал, как невидимый Рон сделал то же самое. Шипение василиска совсем стихло, когда появилась Гермиона, а вместе с ней и свет.
- Что случилось? – дрожащим голосом спросила девушка. Бледный и встрёпанный Рон молчал, уставившись на следы крови и слизи на полу.
- Мы ранили этого гада, - Гарри заглянул в карту: змея удалялась с впечатляющей скоростью. А потом похолодел: точка с надписью «Леди Ярнли-младшая…» исчезла…
Пока они с Роном набирались мужества заглянуть за угол, Гарри успел вспомнить и несчастную плаксу Миртл, и представить, что скажет им Валери Эвергрин.
Пустой коридор. Палочка Клары на полу. И никаких следов её самой и Северины.
- Неужели мы опоздали? – бессильно спросил Гарри. Ответом ему стал звон и грохот, разнесшийся по всему подземелью - Рон в бессильной ярости ударил обломком копья по каменной стене.
- За что?! – орал он, вновь и вновь втыкая ржавый наконечник в безвинную каменную кладку. – Почему? Почему теперь, когда уже всё закончилось? Проклятый Слизерин! – искры и осколки камня летели во все стороны, каменное крошево сыпалось на щёки и за шиворот.
- Рон… погоди. Я нигде не читала, чтобы жертвы василиска растворялись в воздухе, - робко сказала Гермиона. – Куда подевалась Клара?
- Она тут, мои юные друзья! – торжествующе провозгласил голос Джима. И он выступил на сцену, ликующий, как победитель конкурса «мистер Вселенная». – Я вытащил её прямо из-под носа Короля змей! – объявил джинн, жестом фокусника выдёргивая Клару из-за своей спины.
От испытанного облегчения у Гарри чуть колени не подогнулись. Он был готов расцеловать и непослушную девчонку и её хвастливого спасителя.
До Клары, похоже, только сейчас дошло, что она подвергалась реальной опасности.
- Значит, василиск был на самом деле? – ошарашено спросила она Гермиону. – А я грешным делом решила, что этот вначале от большого ума руки распустил, а теперь лапшу мне на уши навешивает…
- Она мне хотела оплеуху отвесить, - пожаловался «этот». – Ну женщины пошли! Никакой благодарности!
- Какая она тебе женщина, эта пигалица! – не выдержала Гермиона, но двенадцатилетней Кларе новый статус явно пришёлся по вкусу, и она, скорчив Гарри неописуемую рожу, исполнила его недавнее желание: повесилась джинну на шею и звонко чмокнула в нос. И Гарри впервые увидел, как его любвеобильный друг краснеет до самых корней волос, вернее, до самой сверкающей лысины.