Страница 18 из 18
— О, злодей! Ты все рассчитал заранее! Утром избил меня, я не знала, чего ты хочешь! Потом Херби! Он рассказал, как ты ворвался в квартиру и поставил его в безвыходное положение. Если бы он не убил Лемба, тот растерзал бы его на части!
— Сочувствую, — ухмыльнулся я. — Заставил красавчика Херби потрудиться? Толстую свинью Лемба не легко зарезать!
— Как ты смеешь смеяться!
— Смею, дорогая. — Я посмотрел ей в глаза. — Ты получаешь свое удовольствие от придурков вроде Херби, а я — когда этих подонков убивают.
— Придет и твой черед, Бойд! — прошипела миссис Блейр.
— Освободите машину, мадам, — я завел мотор.
— Выйду, когда сочту нужным! — фыркнула она.
— Я бью женщин, — пришлось напомнить ей. Ее затрясло от гнева.
— Ты отобрал у меня Херби! Я любила его, любила! А ты… Я осталась одна! — она всхлипнула.
— И надолго, полагаю. Аубрея нет, Никки-бой уйдет к Лоис, тебе остаются лишь воспоминания о Херби, — перегнувшись через нее, я открыл дверцу.
Адель не шевельнулась. Я вытолкал миссис Блейр на тротуар и уехал. Возможно, мое мнение о ней когда-нибудь изменится, но в эти минуты я не хотел ее видеть.
13
— Вы обещали вернуться через три часа! — суровым тоном встретила меня Чарити. — Могли вообще не возвращаться!
— Черт возьми! — удивился. — Эта квартира уже не моя?
— Хоть бы о Николасе подумали! Он, наверное, умер за это время!
— Никки-бой? — я кинулся в спальню.
Там на меня уставились два пруда ненависти. Я нервно хихикнул.
— Никки, вы не поверите, но я забыл о вас!
В мой адрес полетело ругательство. Я поспешно развязал ремни.
— А у меня для вас хорошие новости, — хохотнул я. — Вы свободны!
Блейр растирал руки, морщась от боли.
— Хорошие, говорите? — спокойно переспросил актер. — Прелестно! Я их слушаю весь день. С одиннадцати часов по радио только и твердят, что произошла ужасная ошибка с сумасшедшим Николасом Блейром, который вовсе не псих, из клиники не сбегал и даже не маньяк! Вы представляете, Даниэль?
Я сиял, как начищенная медь. Но Блейр вдруг стал чернее тучи.
— Восемь часов лежал тут, — он ткнул рукой в постель, — руки связаны за спиной, а какие-то идиоты твердили, что я свободный человек! Да-да! Свободный!
— Сейчас уж вы точно свободны, — я все еще хихикал. — И катитесь отсюда, свободный человек, на все четыре стороны! Наверняка у Николаса Блейра есть на примете место получше этого!
Николас хотел что-то ответить, но махнул рукой и убежал. Я закрыл за ним дверь и прошел в гостиную.
— Вы ели? — спросила Чарити.
— Кажется, один раз. А вы, я вижу, пользовались вилкой?
— И ножом, — отрезала она.
— Нет, дорогая, я не могу есть! Мой желудок не в состоянии видеть никаких ножей!
— Чем бы вас накормить?
— А что, у меня есть выбор?
— Пшено или овсянка. Мясо съел Николас.
— Хм, калории ему пригодятся. Лоис Ли энергичная дама. — Я расхохотался. — Даже слишком энергичная!
— Чего же вы желаете, — холодно улыбнулась девушка. — Пшено, овсянку или Лоис Ли?
— Мисс Ли вся из протеина. Надо подумать.
— Забудьте о протеине! Так пшено?
— О! Дорогая, не говорите таких слов!
— Тогда — кофе?
— А почему бы нам не поехать куда-нибудь перекусить?
— Изумительно! — девочка подпрыгнула на месте. — Ну, одеваться.
Я вспомнил, что сегодня должны доставить мебель из ремонта, а меня нет на месте. Но ехать в контору совершенно не хотелось, как-нибудь обойдутся без меня. Если Лоис уплатит обещанные десять тысяч, вообще проблем поубавится.
От таких приятных мыслей я совсем расслабился и уснул прямо в кресле. Потом Чарити разбудила меня, мы поехали в ресторан и всю дорогу я пытался понять, почему она так долго переодевалась. На ней был простой мешок из зеленого шелка с дырками для рук.
После обеда я почувствовал себя значительно лучше и был уверен, что четыре порции мартини — это мне как капля слону. Во всем виноват зеленый шелковый мешок, он все время провоцировал меня. К автомобилю я шел позади Чарити, и платье на каждом шагу обтягивало ее бедра. С этого момента я начал питать к нему теплые чувства.
Дома я приготовил "Смеющуюся вдову", и дальнейшее помню не очень отчетливо. Вроде бы на Чарити была ночная рубашка, и мне казалось, что девушку нужно от нее избавить. Я очень старался, ничего не получалось — сон оказался сильнее меня. Когда проснулся, за окном было светло. Пока я прикидывал, какой сегодня день, вошла Чарити с подносом и поставила его на кровать рядом со мной. Ее ночная рубашка была сработана из ничего, что мне тоже понравилось. Мне предлагалось жареное мясо, яйца, кофе и стакан какого-то напитка.
— В нем 185 разных витаминов! — торжественно заверила девушка.
— Что происходит? Ты готовишь меня к семидневному посту? До субботы?
— Суббота сегодня, — она улыбнулась. — И к твоему сведению, я разговаривала со своим агентом…
— Откуда он узнал, где ты! — возмутился во мне сыщик.
— Я сама позвонила, — хмыкнула она. — Вчера убили мистера Лемба… Знаешь, во всех утренних газетах только про это! Там какой-то жуткий Херби и, оказывается, Аубрей…
— Милая, газеты я посмотрю потом. Что же сообщил тебе агент?
— Что спектакль, само собою, свернулся. Но он нашел мне место в турне на четыре месяца. Турне начинается в Филадельфии во вторник. В понедельник уезжаю.
— Чем дальше, тем хуже, — я скорбно вздохнул.
Она взглянула на меня с затаенным интересом, потом присела на край кровати.
— Может поедим? Я ела один раз за все это жуткое время. А потом 14 часов смотрела, как ты дрыхнешь, Дании Бойд!
— Но я…
— Помолчи! — она приложила ладонь к моим губам. — Я сделала покупки на весь уик-энд, калории, протеин и снова калории! Напитков тоже хватает. Все отлично выспались, таким образом, ничто не мешает провести уик-энд так, чтобы я запомнила на долгих четырех месяца приятного молодого человека и позабыла старого, пока буду на гастролях.
— Согласен, — я поцеловал ее руку.
— Телефон отключен по вашей просьбе, Даниэль Бойд, — заявила она официальным тоном. — Они сомневались, что я — мистер Бойд, но я пообещала, что больше мой голос не будет меняться. Ты не возражаешь?
— Конечно, нет!
— Значит, — она счастливо рассмеялась, — у нас не осталось никаких проблем!
— Отлично! Куда же мы отправимся? — я отбросил простыню и спрыгнул с постели.
Щеки Чарити Адам налились румянцем.
— Дании Бойд! — сказала она строго. — Сейчас же отправляйтесь обратно!