Страница 2 из 9
Я кивнула.
− Да. А эту детальку можно купить, чтобы побыстрее все сделать?
− Конечно. Я дам все необходимые документы. Появилась возможность?
− Ну… я пока точно не знаю. Возможность есть, а вот насчет желания не уверена.
Бровь Коршуна приподнялась.
− Нет желания слышать?
Я пожала плечами, смущаясь.
− Да мне и так нормально. Если бы не звон…
− Так очередь не нужна?
− Нет, это точно. Если надумаю – я детальку куплю, − ну, не я, конечно. У меня есть старшая сестра, Лиза. Она замужем, и вместе с мужем у них неплохой бизнес, и вот они в один голос настаивают на этой операции. Но я пока не решила.
− Так что мне в карте писать? – уточнил обиженный Коршун. Я, раздумывая, нахмурилась. − Ладно, я вам талон на повторный осмотр на послезавтра выпишу. Подумаете за это время. Так пойдет?
− Пойдет! – согласилась я.
Доктор отдал мне мои документы, мы попрощались до послезавтра. Я вышла на улицу, посидела там немного на лавочке, зачем−то пытаясь вычислить, где находится окно Коршуна. Так, второй этаж…. Пока я разглядывала окна, одно из них открылось, наружу выглянул орлиный нос, а я поспешила смыться. Поймала такси и помчалась домой, где меня встретила Лизка.
Мы в молчании дошли до моей комнаты, она дождалась, когда я нацеплю слуховой аппарат, и только потом стала расспрашивать.
− Ну, что?! Что врач говорит?!
− В принципе, то же самое, что и раньше.
− Операция?
− Угу. Чтобы просто убрать звон – то обычная, если еще и слышать надумаю – то детальку надо покупать.
Лиза недовольно сомкнула губы.
− Надумаю!? Детский сад, Алиса! Не могу я вот этого понять! Как можно не хотеть нормально жить?!
− А разве я не нормально живу?! – искренне удивилась я.
− Ты не слышишь ни черта! И это – не нормально! И зачем я все это время тебя упрашиваю?! Уже давно бы все сделали.
− Ну—у—у…, − протянула я. – Ты просто никогда не жила в тишине, поэтому и не понимаешь.
− И слава Богу! В общем, я говорю Сергею, он все купит.
− Я же сказала, что еще не решила! – стала я злиться.
− Я решила, − отрезала Лиза. – На правах старшей сестры, − она ушла из моей комнаты, давая понять, что разговор окончен.
Я вздохнула. Бесит, когда она себя так ведет. Бесит, что я и возмутиться не могу, потому что живу в их доме. Родители погибли пять лет назад, с тех пор Лизка и забрала меня в свой замок. И по сей день опекает, словно квочка, а меня это дико раздражает. Черт побери, мне двадцать один, а старшая сестра проходу не дает, интересуясь, где я была и с кем. Это немного выводит. Но Лизку я, конечно, очень люблю. Да и ее муж Сергей за их уже долгий брак стал мне родным. Жалко их очень, детей завести все никак не получается, хотя, вроде, оба здоровы. Но они точно компенсируют это мной, контролируя каждый мой шаг. Надо мной в универе уже все смеются!
Ой, а сколько криков было, когда я, будучи восемнадцатилетней, показала им своего парня! Да, Гоша немного нестандартно выглядит, ну и что? Он – мастер тату, и когда−то, чтобы научиться, тренировался на себе, а потом и других учил, тоже на себе. Поэтому рисунков на его теле – тьма. Да еще он и лысый в придачу. И мои истерические родственники судят человека по его внешнему виду, что, на мой взгляд, очень неправильно. А потом, когда я сказала, что теперь в свободное от учебы время буду работать в салоне Гоши – они вообще панику подняли. Пришлось клятвенно обещать, что я не буду выглядеть, как хозяин салона, в котором теперь работаю (но парочку тату я себе все же сделала, но они, так – детские, по сравнению с Гошей). Мне просто нравится рисовать, а Гоше нравится, как я рисую. Кстати, встречались мы с ним недолго в итоге, оказалось, что на Гоше пробу негде ставить (так много у него девушек), но мы замечательно дружим. Он классный человек, мне приятно иметь такого друга. И вот я рисую ему эскизы для будущих татуировок, он их потом использует, а мне за рисунки платит. В деньгах я, конечно, не нуждаюсь, мне просто нравится этим заниматься. А еще я прихожу на работу, когда захочу. Чем не работа мечты?
И сейчас тоже решила туда отправиться.
Гоша, как всегда, был занят делом – набивал какому−то суровому дядьке тигра на плече (кстати, кого я тут только не видела! Столько народу интересного приходит!). Я уселась рядом с ними и вздохнула, намекая Гоше, что настроение у меня: беда−печаль.
− Была в больнице?
− Была…
− И? Операция?
− Угу.
− Ну, ничего, я за тобой ухаживать буду!
− Сдался ты мне там! – засмеялась я.
Домой я шла, когда на улице уже стемнело. До хором Лизы и Сергея от салона Гоши недалеко, я всегда предпочитаю прогуляться пешком. Сейчас дикая жара, весь день душившая Ростов, спала, на улице было свежо. Наверное, дождь пойдет.
Я брела медленно, раздумывала насчет предстоящей операции. Спрашивать меня Лиза не собирается, но решение все же за мной. Не насильно же они меня оперировать будут! А может, согласиться? Единственный минус для меня в том, что я не слышу – я не могу слушать музыку, как нормальные люди. Не могу ходить в наушниках. А чтобы понять, о чем песня – нужно сделать достаточно громко. С наушниками было бы неплохо…
Я была настолько увлечена своими мыслями, что не заметила, как стала переходить дорогу, несмотря на мигающий красным светофор. Рядом взревели тормоза, меня от страха парализовало, я застыла посреди дороги с выпученными глазами. Машина, к счастью, остановилась в нескольких сантиметрах от меня. Из салона выскочил водитель.
− Ты дура, что ли?! – заорал он, потом подошел ко мне вплотную и изумленно поднял брови: – Кузнецова?!
Он запомнил мою фамилию? Хотя, я ведь тоже его фамилию запомнила.
ГЛАВА 2
ГЛАВА 2
- Ты что, опять без слухового аппарата?! С ума сошла?! – возмущался Коршун, снова обдавая меня запахом сигарет. – А если бы я не успел затормозить?! Куда ты прешься?!
Ух, какой он! Глазищи горят! Классны-ы-ы-й!!!
- Да я…, - промямлила я, радуясь, что оказалась на этой дороге, и что затормозить он все же успел. А то тогда уже бы и операция не понадобилась. И я бы не увидела этот орлиный нос снова.
- Что – я?! – плевался Коршун. Вот псих, чего он так кипятится? Кажется, у кого-то был трудный рабочий день. Ну, если он так поздно с работы едет. – Какого черта ты по сторонам не смотришь?!
- Прекратите на меня орать! – возмутилась я. Нет, он конечно, классный. Но, в конце концов, чего он мне тыкает? – Ну, подумаешь, не заметила я машину!
- К окулисту, значит, сходи! – рявкнул он и зашагал обратно в машину.
- Как-нибудь без вас разберусь! – обиделась я и, развернувшись, направилась в другую сторону. Ты посмотри, советчик нашелся!
- Эй, Кузнецова! – донеслось в спину.
Я обернулась.
- Что, Коршун?! – нет, ну а чего? Он тоже фамильничает, значит и я могу. И мы сейчас не в больнице, он не врач в данный момент, а обычный псих, который сначала меня чуть не задавил, а теперь, вместо того, чтобы извиниться, истерит тут.
- Давай, подвезу тебя, - прозвучало намного мягче.
- Сама дойду, - буркнула я. Нечего было на меня орать, взял и все испортил.
- Ну и дура! – дверь машины хлопнула, Коршун пролетел мимо меня.
Я чуть не задохнулась от такого хамства. Чего?! Он что, совсем офонарел? Черт, а мне ведь послезавтра к нему на прием идти. А хотя, это и хорошо. Там и выскажу, кто из нас «дура»!
Дома я поговорила с Лизой и сказала ей, что согласна на операцию. Я хочу слышать. Нет, я хочу слушать. Музыку. И если Коршун пообещает, что я смогу насладиться наушниками – я согласна смиряться и с остальным шумом. Наверное, музыка – это то, ради чего вообще стоит иметь уши. Нет, я конечно точно не знаю пока, но люди в наушниках кажутся счастливее меня. И я тоже хочу иметь еще один свой маленький мирок. Он у меня всегда был, а потом мой мир стал звенеть. А наушники – это всегда свой, отдельный ото всех, мир.