Страница 32 из 69
— Никогда больше не задавай мне подобные вопросы, потому что да, Беатриса, я люблю тебя. Я люблю тебя настолько сильно, что вспоминаю о тебе не в тот момент, когда мне плохо, а тогда, когда я действительно счастлив. Я просто думаю: вот было бы здорово, если б она была рядом и видела то же самое, что и я, уверен, ей бы понравилось. И знаешь что? Я вижу, как ты улыбаешься в этот момент, я не представляю кого-то другого в своей голове. Да, я люблю. Настолько, что когда ты была в Ньюпорте, а я здесь, и за окном лил дождь, в моей голове была лишь одна мысль: надеюсь, она не забыла взять зонтик. Черт возьми, да я каждый раз, перед тем как заснуть, желал в первую очередь тебе спокойной ночи, и мне было совершенно безразлично, что ты об этом даже не догадываешься. Я всегда буду тебя любить, вот только…
Он умолк и тогда Беатриса заинтересовано спросила:
— Вот только что?
— Я не хочу, чтоб ты допустила ошибку. Не хочу, чтоб ты жалела о том, что сегодня испытала ко мне.
Бэт поджала губы и несколько раз кивнула в ответ, как бы отвечая самой себе.
— Хорошо, я тебя поняла, — она произнесла это с таким безразличием, что Боско пожалел о собственных словах. — У нас двоих была насыщенная бессонная ночь, а я и так посмела задержать тебя, хотя и понимала, что тебе нужно отдохнуть. Отвези меня, пожалуйста, домой.
— Конечно.
Они направились к машине. Боско шел позади. Больше они ничего друг другу не говорили, но оба пытались разложить по полочкам мысли в своих головах. Боско считал, что мудро поступил, позволив Беатрисе самой решить, чего она хочет на самом деле а Беатриса считала его неисправимым глупцом, который вероятно предполагал, что его самоотверженность произведёт на неё впечатление.
***
На протяжении всего этого времени, лениво раскинувшись на кровати в доме Логана, Шерон смотрела в потолок, накручивая на палец прядь волос. В её голове возникало слишком много вопросов, и была она озадачена не меньше Беатрисы. В какой-то момент у неё даже вырвался смешок. «Неужели эти двое так хорошо знакомы, что Бэт может себе позволить приезжать к нему посреди ночи? — думала про себя Шерон. — Да ещё и Боско… Странно, что Логан никогда не рассказывал про своих друзей. Почему из огромного количества жителей города, между собой оказались связаны именно эти трое? И всё же, видимо мир действительно куда теснее чем кажется».
В дверях раздался щелчок, и девушка с интересом приподнялась на локти. Тусклый оранжевый свет, который едва пробивался сквозь оконные занавески, упал на вошедшего в спальню мужчину. Шерон тут же подскочила с кровати и кинулась ему не шею:
— Тебя так долго не было, я успела соскучиться, — она хотела поцеловать его, но Логан лишь безразлично отодвинул её от себя. — Что-то случилось, Патти?
— Терпеть не могу, когда ты издеваешься над моей фамилией.
— Но «Логан» звучит так банально и грубо…
— Нормально звучит. Ко мне все так обращаются и ты не исключение.
— Вообще-то, хотелось бы ним быть. — Шерон обижено вернулась в постель. Она села на колени и, сделав щенячий взгляд, жалобно произнесла: — Неужели я всё ещё не могу узнать твоё среднее имя?
— Его никто не знает.
Девушка с обидой отвернулась и умолкла.
— Почему ты так рано проснулась? — спросил Логан, снимая на ходу одежду. Он старался сделать это быстро, пока она не заметила въевшиеся пятна крови.
— Я волновалась. Ты не предупреждал, что задержишься.
Шерон надеялась, что эти слова хоть немного растопят лёд между ними, но казалось, Логан совершенно её не слушал. Ничего не ответив, он зашел в ванну и только спустя некоторое время выкрикнул:
— Ты была в колледже?
— Да, это оказалось слишком скучно.
Чтоб избежать дальнейшего перекрикивания, девушка бесцеремонно зашла в ванную и, облокотившись о дверной проём, без какой-либо капли смущения стала рассматривать парня. Холодная струя воды омывала испачканные руки и крепкую мужскую спину, на которой красовались зажившие шрамы. Шерон они казались уродливыми. Её передёрнуло от одной только мысли, как он мог их заработать. Впервые она решилась спросить, откуда они, но Логан предпочел промолчать. Девушка уже привыкла к такому общению: она говорит — он молчит; она спрашивает — он молчит; она плачет — он молчит. В такие минуты ничем невозможно было передать презрение, которое она испытывала к его безразличию. Логан не понимал ничего из того, что происходило в сердце и голове Шерон, он даже не чувствовал её презрения и обиды, лишь улавливал нотки недовольства в женском голосе.
— Ты ничего не рассказываешь мне, — наконец возмутилась она. — Боже мой, с тобой вообще невозможно разговаривать!
— Разве я заставляю кого-то общаться со мной?
— Но мне очень этого хочется!
— Именно поэтому я молчу. Шерон, я всего лишь слушаю тебя. Разве моя вина в том, что тебе хочется видеть меня общительным мальчиком, который будет проявлять интерес к каждому твоему слову?
— Мог хотя бы сделать вид, что тебе интересно со мной.
— Тогда это была бы ложь.
— Все врут, и ничего в этом страшного нет. Ложь во благо согрела бы меня.
— Я не плед и не печка, чтобы греть тебя.
— Ты несносен, — процедила Шерон, проглотив обиду.
Логан вновь промолчал. Он упёрся одной рукой в стену, а второй откинул назад мокрые волосы, которые открывали вид на изможденное лицо. Только после этого девушка поняла, почему он не уделяет ей никакого внимания и почему столь резок в общении. Он злился не от того, что она пыталась достучаться к нему, а от того, что устал настолько, что попросту не мог соответствовать её требованиям. Не без печали она спросила:
— У тебя была тяжелая ночь, не так ли?
Парень безнадежно простонал и выключил воду. Он окутался в первое попавшееся полотенце, и, кинув на девушку брезгливый взгляд, задал вопрос:
— Чего ты хочешь от меня, Шерри?
— Разве я смею хотеть чего-то от тебя? Ты ведь не способен дать мне желаемого.
— Но тогда к чему все эти разговоры? Что ты хочешь показать этим?
— Лишь то, что люблю тебя. Так же сильно, как прежде. Ничего не изменилось, ты всё ещё живешь в моем сердце.
Логан ухмыльнулся:
— Но как же ты, любимая, за столько времени не поняла, что я — не люблю тебя?
Эти слова вызвали у неё разочарование, но она не была удивлена. Позабавившись выражением лица Шерон, Логан в конце концов ушел в спальню. Полна упорства, девушка последовала за ним. Словно не замечая её, парень юркнулся на кровать и уставился в телефон, однако не прошло и двух минут, как Шерон, слегка робея, легла рядом с ним и, положив на мускулистое плечо голову, стала мягко водить пальчиком по его груди:
— Логан, — прошептала она, — неужели ты действительно совсем не скучаешь по нашим вечерам?
Парень тяжело вздохнул и убрал телефон в сторону.
— Это было три года назад. Мне казалось, мы уже давно поставили точку, разве нет?
— И всё же, я отказываюсь верить, что наша новая встреча ничего в тебе не пробудила.
Ответом на это ей послужила томная улыбка, после которой Логан в один миг перевернулся так, что оказался поверх женского тела. Он схватил Шерон за руки и прижал их к кровати, прямо над головой девушки. Она напрасно пыталась вырваться, своим телом Логан не давал ей никакой возможности пошевелиться. В конце концов, она сдалась, и тогда парень склонился над её лицом и устремил взгляд на губы, которые та покусывала то ли от нервов, то ли от желания. Логан поцеловал её грубо и сухо, от чего девушка лишь испуганно простонала. Она вновь заерзала ногами, и тогда он отодвинулся, позволяя ей привстать с кровати. Парень довольно улыбнулся и сел рядом:
— Нет, кажется, у меня не осталось к тебе никаких чувств. Я ничего не ощутил.
— Ты испугал меня! — возразила Шерон, поправляя ночную рубашку.
— Неужели? А когда-то тебя это возбуждало, и тебе было совершенно безразлично, что знакомы мы были от силы дня два.
— Может, ты и прав, но всё же, я не понимаю. Мне казалось, слово «люблю» — это что-то сверхпрочное. Ну, то есть, знаешь, это как принять человека целиком, со всеми его недостатками и тараканами в голове. Когда ты говоришь, что любишь, ты готов к тому, что вас может разделить время и расстояние, что вы можете поссориться и уснуть в разных местах, но это не значит, что чувства исчезают.