Страница 48 из 142
- Он будет здесь завтра. Больше он ничего не говорил.
- Ладно. Франкленд, похоже, готова к встрече.
- По-моему, она хорошая женщина. Думаю, тебе стоит хоть немного доверять ей.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Перед тем как покинуть наш дом, она прибрала свою комнату. Могу лишь заметить, что это необычно. Это многое говорит о человеке.
Джош улыбнулся.
- Да, теперь я знаю, что она из тех людей, которые всегда сами за собой убирают.
- Почему у Араса такие когти? - неожиданно перебила их Рэйчел.
- Потому что он Арас, - ответила ее мама.
- Он говорил, что у людей не бывает таких когтей.
- Да. Арас сильно отличается от нас. Даже от вес'хар он сильно отличается, дорогая. Но не стоит говорить об этом, когда у нас в гостях будут чужие люди… Ты же знаешь, у нас есть свои секреты.
- Да, мамочка… А Арас - ангел?
- Нет. Он всего лишь тот, кто заботится о нас. И мы тоже, в свою очередь, заботимся о нем. Ты же понимаешь? Мы храним в тайне его секрет.
Рэйчел поднесла палец к губам, призывая к тишине. Потом она высвободилась из рук Джоша и выскользнула из комнаты вместе со своим рисунком.
- Иногда такое случается, - заметила Дебора. - Мы все проходим через это. Самое сложное - должным образом относиться к его долголетию.
Джош лишь слабо улыбнулся. Он сел за стол, налил чаю и взял кусочек лимонного пирога, который поставила перед ним Дебора. Его жена, как обычно, была права. Они все рано или поздно проходили через это.
- Особого внимания требуют дороги, - объявил Джош, уверенно шагая вперед. - Они - живые.
Шан тащилась следом за Беннеттом, Бекеном, Месеви и Райатом, зеркально копируя их шаги вдоль слегка выгнутой полосы спутанной растительности. Впереди шел Джош. Он показывал дорогу.
- Выходит, вес'хар строят органические дороги? - спросил Месеви.
- Нет. Устойчивые дороги через заболоченные районы складываются из колоний микроорганизмов. Мы всего лишь пользуемся ими. - Джош говорил тем самым терпеливым тоном, каким обычно разговаривают с детьми. - Эти дороги время от времени смещаются. Внимательно смотрите, не заметите ли где темный мох. Это место еще должным образом не заросло.
- Насколько глубоки местные болота? - поинтересовалась Шан.
- Могут быть глубиной до нескольких метров, - ответил Джош, не поворачивая головы. - Попадете в них и утонете.
Месеви и Райат ничего не сказали, но Шан заметила, как дружно подтянули они рюкзаки, словно проверяя их баланс. У Беннета и Бекена были металлические шесты - очевидно, стандартный предмет для прогулок по болотистой местности. Шан с удивлением встретила подобную предосторожность. Она привыкла к цивилизованной, застроенной городами Европе. Там эти палки пригодились бы только в том случае, если бы нужно было заехать кому-то в ухо.
- Для чего эти палки? - шепотом спросила она у Беннетта. От него пахло мылом и дорогим парфюмом. - Для того чтобы мерить глубину?
- Нет, мэм. Для того чтобы выбраться из трясины.
Трясина… или, точнее, болото выглядело обманчиво. Местами цвет его был столь же насыщенным, а поверхность столь же совершенной, как у зеленого мяча для боулинга. Однако местами темнели омуты, напоминая о реальной опасности этого места. Без сети тенет - растительных дорог - настоящей паутины, растянувшейся по всей поверхности, болото стало бы реальной преградой между колонией людей и остальной частью острова.
Время от времени Месеви и Райат останавливались взять пробу грунта и изучить полученные данные. Джош в такие моменты всегда был рядом с ними, внимательно наблюдая за тем, что они делали. Месеви разворачивала рулон белой ленты, отрывала десятисантиметровую полосу, предварительно надев на руки специальные перчатки, и осторожно проводила этой лентой по поверхности болота.
- Так будет нормально, Джош? - всякий раз спрашивала она. - При таком методе сбора образцов для анализа я получаю лишь поверхностные клетки.
Джош, казалось, был удовлетворен тем, что пробы брались «неагрессивно». Само же болото все происходящее, казалось, ничуть не волновало.
- Прекрасно, - всякий раз говорил он, когда Месеви останавливалась у следующего участка иного цвета и вновь проделывала всю процедуру. Райат просто следовал за ней. Выглядел он несчастным. Неожиданно он споткнулся.
- Будь поосторожнее, - предостерег Бекен. - Не спеши. Или ты хочешь, чтобы мы вылавливали тебя из трясины, словно инопланетную рыбу?
«Не уверена, что нам это удалось бы, - подумала Шан. - Презренный дерн. - Она достала свою шебу и проверила, фиксирует ли та маршрут, которым им придется возвращаться в лагерь. Эдди был занят на линии и подкачал свою звуковую копию. - Один Бог знает, как он сумел набрать так много материала для истории просто из создания лагеря, монтажа модулей и созерцания оранжевой травы, растущей вдалеке. Нужно дать ему премию за изобретательность».
Беннетт повернулся и остановился, поджидая суперинтенданта. Нервно улыбнувшись, он пропустил ее вперед. В этом месте дорога стала всего в полметра шириной.
- Ничего себе, - пробормотала Месеви. Потом она показала пальцем. Впереди, сверкая на поверхности трясины, словно лосось, выпрыгивающий из воды, поблескивал какой-то прозрачный лист. Шан, сканируя, повела шебой.
- Арас называет это шевеном, - объяснил Джош. - Лучше держаться от них подальше. Они окутывают жертву, так как обычно они больше, много больше. А потом они переваривают вас заживо.
- Высасывают насухо, вы хотите сказать.
- И часто тут такое происходит? - поинтересовался Беннетт. Шан уже упоминала при нем о скальном бархате, и идея о том, что его могут съесть заживо, казалось, не слишком обрадовала его. Он едва ли не дрожал. - Разве в этом мире нет каких-нибудь пушистых, безопасных зверушек?
Джош не ответил.
Они долго наблюдали, как шевен колыхался на водяной поверхности подобно полиэтиленовому пакету. А потом с громким хлюпом ушел под воду - вероятно, заметил жертву в грязевых глубинах. Шан охватило знакомое ощущение, которое она всегда испытывала, когда узнавала о чьих-то страданиях.
- Мы ведь, точно как и вы, суперинтендант, можем всегда использовать вашу базу данных, - заметила Месеви. Казалось, она чувствовала облегчение от того, что шевен не обратил на нее внимания. Шан убрала шебу. Возможно, перспектива встречи с представителями фауны и флоры, имеющими весьма неприятный пищеварительный процесс, остановит ученых, заставит их не испытывать удачу, пытаясь заполучить живой образец ткани.