Страница 35 из 142
Он надеялся, что работы по установке лагеря продлятся еще достаточно долго и он успеет выслушать всех.
- Черт бы побрал их всех, но ведь эта планета делает полный оборот за тридцать часов… - вновь начал Оливер Чампсиаукс - геолог.
Каждый раз, когда Эдди выглядывал наружу, он замечал новую секцию жилища. В основе стояло два куба на низких подпорках, соединенных короткой секцией коридора. Больше всего база напоминала детскую игрушку. Секция за секцией она разрасталась, словно двойное ожерелье, составленное из кубиков. Внутреннее кольцо кубиков - жилые модули. В помещениях внешнего кольца располагались подсобные помещения и лаборатории. Все стены были бледно-зеленого цвета, почти жемчужного. Эдди долго рассматривал строительные панели, потом провел рукой по гладкой поверхности.
- Мягкая пастельная гамма, чтобы вызвать ощущение безмятежности и настроить на миролюбивый лад? - спросил он.
- Нет. Панели покрыты ячейками солнечных батарей и хлорофилловыми ячейками. Они обеспечат нас необходимым количеством энергии и кислорода, - объяснил Сабин Месеви. - К тому же цвет сам по себе приятный. С другой стороны, у каждого из нас будет свой модуль. Разве вы не читали спецификацию нашей станции?
- Не всю.
- Наше жилище - замкнутая экосистема. И если бы нам пришлось расположиться на неприветливой территории, вид базы должен был ассоциироваться для нас с домом. Но этот мир - настоящий Шангри-Ла[23] . И кислорода тут достаточно.
Однако Эдди считал, что не так уж и достаточно. Инженер морских пехотинцев обнаружил, что оборудование, выделяющее кислород, работает со сбоями, и занялся перекалибровкой приборов, колдуя над панелью управления, в то время как остальным пока пришлось довольствоваться воздухом планеты. И кислорода в воздухе, без сомнения, было маловато. К концу второго дня Эдди чувствовал себя словно горнолыжник. У него появилась пульсирующая головная боль, а из-за пульсирующей головной боли он даже стал подозревать, что у него грипп. Он постоянно чувствовал страшную усталость, однако сон был прерывистым. Точно такие же симптомы наблюдались и у остальных ученых. На вторую ночь ему показалось, что кто-то топчется возле его модуля, время от времени бормоча что-то себе под нос. Кому-то еще не спалось.
Это оказалась суперинтендант - Шан Франкленд. Она бродила, видимо, проверяя, не деградировали ли ее подопечные в каннибалов. Раньше в своем френче она напоминала Эдди рабочего, но только сейчас, когда она надела полицейскую форму, он понял, насколько она большая. Не пухлая, а просто крупная, женственная, но высокая, атлетически сложенная. То, как она держалась, ее широкой разворот плеч говорили о том, что она никогда не попадет в неприятности, если можно их избежать с применением силы. Ее черный мундир с высоким воротником придавал ей очень строгий вид.
В первый же день она заглянула к ученым раз шесть, каждый раз заявляя, что «ведет переговоры с местными лидерами», и обещая сразу же сообщить им, если «ситуация изменится». Эдди уже научился различать ее шаги - ботинки Шан определенным образом цокали, когда она наступала на стыки плит пола. Однако ее появления ничуть не волновали Эдди. Когда Шан говорила с группой людей, ее взгляд фиксировался на ком-то одном. Когда же она молчала, ее взгляд начинал блуждать, словно она пыталась высмотреть какие-то улики. Неожиданно он вспомнил, где раньше слышал ее имя.
«Зеленая ярость». Он обратился к базе данных и библиотеке Би-би-си[24] , ныне семидясятипятилетней давности, но подходящей для этой цели. Чтобы просмотреть результаты, он отправился в свой модуль.
Шан Франкленд, шеф-суперинтендант, антитеррористическое подразделение, успешное пресечение операции «3еленая ярость».
Да, оно. Она участвовала в операции «Зеленая ярость» шесть лет назад… нет, восемьдесят один год назад… потратила миллионы налогоплательщиков на прикрытие, и экотеррористы были обезврежены. Тем не менее ее действия были признаны «небрежными», и ее сместили из АТП. Тут было что почитать.
Эдди начал пролистывать материалы на большом экране своего компьютера. В нем неожиданно проснулся настоящий журналистский голод. Он испытывал нездоровый интерес к запятнанной карьере Франкленд. К полудню он уже и помнить забыл о головной боли.