Страница 9 из 11
Чуть ли не перед самым боком скрипнув тормозами, остановилась машина. Я едва не вытянул пистолет и не ушёл в прыжок. Это было неожиданно. Водитель не собирался меня убивать или брать в плен. Это оказался мой знакомый.
– Ратмир, дружище, здорово!
– Привет Данко.
– Чего ты здесь делаешь? На тебе сухого места нет.
– Домой иду. С прогулки. Непогода набежала нежданно.
– Это да! Обещали три дня погоды, а тут ещё гроза гляди шарахнет, – после его слов, ударил гром и сверкнула гроза. – Вот видишь, к слову пришла.
– Провидец.
– Да чего ты стоишь. Запрыгивай, расскажешь, как жив здрав. Подвезу, раз встретил.
– Как ты меня увидел? – хлопнул я дверью. – Я был к тебе спиной.
– Ты тут единственный прогуливающийся по всей набережной. Идёшь. Не торопишься. Руки в карманы. Я и глянул мельком. А твой профиль забыть невозможно. Тут в некоторых местах ямы в лужах, вот я не торопясь и еду. Смотрю, Ратмир бродяга. У тебя, что машины нет? Сроду не поверю.
– Нет.
– Как же ты без неё живёшь?
– Как видишь.
– Куда же ты тратишь деньги?
– Особо никуда.
– Так заведи машину. Отдельная статья расходов обеспечена.
– Скажи ещё жену завести.
– Нет, жену не заводи. Отдельная головная боль обеспечена. А про расходы я вообще молчу.
– Зря ты так Данко. Есть состоятельные женщины.
– Ага, как правило, они самостоятельные.
– Не всегда.
– Ну, это при случае, что им наследство оседает. Кстати о птичках. Слушай, а поехали ко мне. В гости, на чай. Тысячу лет тебя не видел.
– Поехали.
Домой мне и впрямь не очень хотелось. Шлейф мистики тревожил, а тут ещё эта непогода застала врасплох. Меня, знаете ли, трудно застать врасплох. Профессия обязывает.
Глава 7. Старый друг
Данко жил совсем неподалёку. Просто так сложилось, что виделись мы не чаще одного раза в полгода. Причём всегда обстоятельства сталкивали нас, похожим образом, если случайность вообще уместна. В этом было тоже что-то необычное, потому мы никогда особо не связываемся друг с другом для встречи.
Родителя Данко ещё лет пять назад уехали за границу. Конкретно куда можно не перечислять, список выйдет длинный. Сейчас они в районе южной Африки, но надолго ли там останутся неизвестно. Истинные путешественники. Данко же, как их единственный сын, ехать отказался, потому поселился в их небольшом загородном поместье.
Его семье принадлежит несколько виноградников и сеть розничных магазинов, раскиданных по стране. Сам он по факту ни дня не работал, но в то же время, совершенно не соответствовал образу гуляки, кута и растратчика семейных ценностей. Ему не было до всего этого никакого дела, ровно как и до дел своих предков. Он в целом жил так же незаметно, как я, только посвящал свою жизнь одному любимому занятию – конспирологии. К ней мы вернёмся позже.
Мы заехали в гараж с автоматическими воротами. Прошли из него по крытому цветущему саду в холл, а оттуда по широкой лестнице на второй этаж. Среди всего великолепия исторических артефактов, на самом огромном мониторе во всю стену висела заставка с Pagani Huayra BC.
– Что будешь?
– Гранатовый сок.
– Консервированный или отжать?
– Есть только один сок, свежевыжатый. Всё остальное не сок.
– Узнаю бродягу Ратмира. Года идут, привычки остаются. Чем сейчас занимаешься?
– Тружусь в сфере оказания услуг.
– Каких?
– Исполнение особых поручений.
– Например?
– Например, доставка ценной посылки до получателя.
– Курьер?
– Нет. Курьер просто занимается доставкой. А я выполняю особые поручения, например доставка посылки получателю.
– Юлишь Ратмир, – сок готов, поставил он полный стакан. – У меня складывается впечатление, что ты мне о чём-то недоговариваешь. Ты случайно не спецагент или киллер?
Я закончил с рассмотрением картин на стенах, прошёл в кухню, взял бокал и стал пить, пока не осушил его весь. Затем расплылся в улыбке и засмеялся. Вышло не очень весело. Скорее страшно. Данко слегка перекосился в лице.
– Ну что же, ты меня раскусил.
– Честно признаюсь. Ты меня пугаешь Ратмир. Ты теперь точно не захочешь меня убить?
– Нет, – улыбка неподдельной искренней доброты играла на моём лице, гранатовый сок всегда приводит меня в хорошее расположение духа. – Если ты будешь молчать.
– Опасный ты человек. Вечно всё из тебя надо тянуть клещами.
– Кто бы говорил, – бросил я взгляд на соседний стол, заваленный сверху разными старыми и новыми картами. – Как ни окажусь у тебя, всё время строишь теории и раскрываешь тайные заговоры.
– Здесь как раз нет ничего удивительного. Мы с самого рождения живём, как хомячки в клетках. Бегаем по кругу, чтобы у кого-то имеющего над нами превосходство из-за больших знаний, в этот момент горела лампочка на столе.
– Ты не из числа тех хомячков Данко.
– Потому что не хочу им быть. Лучше я буду раскрывать людям глаза.
– Получается?
– Да вполне. Мой канал в топе.
– Так чего новенького есть из мира тайных открытий.
– Начнём с того, что денег не существует.
– Это всем известно. Деньги просто бумажки. Условности. Договорённость, для упрощения обмена. Носитель информации о ценности.
– Вот именно и если ты думаешь, что они как-то поддержаны золотом, то ошибаешься.
– Столько золота нет? Это вроде тоже не новость.
– Да дело не в том, поддержаны они золотом или нет. Само по себе золото что?
– Метал.
– Правильно, метал, ценность которого определяет кто?
– Люди.
– Нет.
– Чего нет, Данко?
– Ценности у золота ровно столько же, сколько у земли под ногами. А знаешь почему?
– Расскажи мне.
– Потому что ты его не используешь. Нет такой сферы жизни, в которой бы ты нуждался в золоте. И о чём это нам говорит.
– О чём.
– О том, что золото используется не людьми, а теми, кто использует его в своих технологиях повсеместно.
– Золото много куда идёт, микросхемы и прочее.
– Ага, менее одного процента. Остальное задействовано в тайных святилищах, раскинутых по всему миру.
– Что за святилища?
– Допустим храмы. Их во всех городах слишком много, чтобы они не бросались в глаза. Храмы это сборники энергии, стоящие как лампочки на поверхности прибора. Вся начинка под землёй. Храмы и церкви, в которые все ходят, служат для отвлечения внимания рабов в них ходящих. «Духовенство» сами рабы, призванные давать пастись скоту и верить в бога. Их главная роль отвлекать внимание. Для этого распространяется религия. Лучший способ отвадить любопытных и трезвомыслящих. Лучший способ стричь на деньги, которые тоже фантики других баранов. Знаешь, как всё это в целом работает?
– Расскажи.
– Подземные аккумуляторы собраны из золота и других драгоценных металлов. Вышки храмов, церквей и прочих служат в качестве накопителей энергии эфира, а затем передают его под землю.
– Куда?
– А вот это уже самое интересное и теорий здесь много. Но есть несколько основных. Больше всего я склоняюсь верить, что они питают подземный город. Самый большой город по своим масштабам, не имеющий аналогов на поверхности. Он и мы в свою очередь питаем город над нами, куда ведёт священная гора на северном полюсе.
– Доказательства?
– Их слишком много, – махнул он со скучающим видом. – Раньше церкви все сносили, только по одной причине. Начинка была на поверхности. Там же были телепорты, из одной в другую. Когда-то эту функцию выполняло метро, но вскоре всё перенесли глубже, а текущие тоннели сделали транспортными для рабов. Причём тем, кто это всё оформил, не нужны реальные подвиги людей на свершение трудовых функций.
Скорее люди нужны, как вспомогательный материал и сделают всё, что им скажут, не понимая зачем и для чего они это делают, потому что об этом не знают и их старшие начальники. Просто узкий круг лиц сидит у основания общей кормушки. Они знают самую малость и сами рабы, но управляя другими считают себя приравненными к богам. Как правило от близкого расположения с кормушкой они быстро дохнут от перенасыщения или ликвидируются, если пытаются узнать больше чем рабам положено. Раб с плёткой такой же раб. А истинно свободный образ жизни настолько скрываем от масс, что есть целые службы, занимающиеся глубочайшей манипуляцией с самого рождения и до смерти. Одна из них, всем нам знакомая это пропаганда масс-медиа. Проблема в том, что и там работают обычные люди.