Страница 47 из 52
Нагло пользуясь полученными знаниями о бункерах джаргаров и ладжара, я не стеснялся делать упор на высокие технологии. Если снаружи дома мало чем отличались от оригинала, то внутри расцветал настоящий хай-тек. Кроме того, в подвале каждого дома мы расположили по сельскохозяйственной ферме и обеспечили все это нормальной канализацией. Таким образом, в каждом новом доме теперь имелись средства, чтобы переждать голод, эпидемию или, благодаря системе уловителей, развешанных по строениям, войну. Теперь горячая вода больше не была прерогативой правящего дома, она текла из каждого крана. Это было совсем несложно с учетом атомного реактора под мэрией. Даже если мы устроим здесь полноценный мегаполис, этого источника питания хватит на ближайшие лет триста.
Я не был дураком, и потому доступ для гра и джаргаров к реактору был перекрыт. Все, что оставалось на виду — система солнечных батарей, ветряки и генераторы. Более того, не зная о наличии станции, ты никогда бы о ней не догадался. Даран, к примеру, так и не смог понять, как мне удалось добиться таких запасов энергии. За состоянием реактора будут следить дроны, захороненные там же. Ремонтный цех у них собственный, и никак не пересекается с остальными. Конечно, через сеть можно было бы туда попасть, но для доступа к этой части данных нужна была человеческая ДНК из соответствующей базы.
Когда с благоустройством периметра было покончено, а от засланных к врагу самок еще не поступило никаких сигналов, я осознал, что сумел за очень короткий срок возвести то, на что обычно уходили чуть ли не годы труда. Опыт и запасы ресурсов все же значительно влияют на результат. Даже и не думал, что все получится так быстро.
Мэрия тоже была закончена. Внутренние покои резиденции Дарана Мисхинского, как мы прозвали нашего будущего лидера, даже на меня производили эффект. Не представляю, как это воспримут те, кто никогда подобной роскоши не видел.
Золото, драгоценные камни, искусно вырезанные фигуры из энергетических кристаллов, шкуры «добытых» заром хищников. Изнутри палаты правителя ничуть не походили на современные. Ощущение, будто при переходе по коридорам попал в средние века. Но так только мне кажется — для джаргаров подобная дикость на фоне технического торжества привычна. Они веками деградировали, условно говоря, украшая ракеты кровью принесенных в жертву девственниц. Так что для них дикость подобной картины вовсе не дикость, а обыкновенное дело.
Постепенно расширяя отстроенную часть города, к зиме мы были готовы заселить до трех тысяч потребителей. Однако наши агенты в городах все еще не выходили на связь. Необходимость самим налаживать контакт с потерянными самками вставала особенно остро с учетом, что все отпущенные планами сроки подошли к концу.
— Подозреваю, они мертвы, — невозмутимо пожав плечами, сообщила Ева, когда мы в очередной раз связались друг с другом. — Даже в самом плохом раскладе прошло уже достаточно времени, чтобы появились хоть какие-то результаты. Отрицательные в том числе.
— Ева права, — вставила слово Мэрау. — Мы уже не один месяц ждем, когда хоть кто-нибудь свяжется с нами, но ничего.
Да, это проблема. Не желая лишний раз подставлять агентов, мы раздали им маячки с тревожными кнопками, однако у нас не было договоренности промежуточных отчетов. Ведь одно дело внедрение неподготовленных агентов с максимальной незаметностью и совсем другое — постоянные доклады от лиц, неприспособленных к шпионажу. Во втором случае вероятность попасться на горячем уже не вероятность, а стопроцентная гарантия.
— Ладно, значит, пора делать самостоятельный шаг навстречу, — после недолгого раздумья, подытожил я. — Давайте разрабатывать план, как нам правильно приступить к захвату территории.
Глава 2
Ближайшим полисом с нашим агентом был небольшой рабочий поселок на северо-востоке. До экспансии граддаров он обслуживал одну из рудных шахт материка. Теперь же производство в нем полностью переключилось на слабые попытки выращивания урожая.
Однако недооценивать врага даже на Земле смертельно опасно. На Мьеригарде уж тем более. Потому в первую очередь я развесил над городом несколько разведчиков. Необходимо было убедиться, что магов в поселении не имеется, прежде чем заявляться в гости.
На этот раз никто из нас не пошел в предполагаемый бой. Вместо этого на покорение полиса отправились живые доспехи, благо с подключением Мисхинского цеха количество «УБ» в нашей армии стремительно росло. Да и возможностей у них было в разы больше, чем у живого оператора.
Сидя перед дисплеями, я рассматривал поступающие на висящие в воздухе экраны. Зрелище впечатляло.
Грязные улицы, обшарпанные одноэтажные домишки. Небольшие поля, распаханные прямо под окнами зданий, где возятся в земле несколько щуплых детишек. Взрослое население показываться не спешило, но, судя по данным дронов, скрывалось внутри шахты.
Захват домов прошел быстро и буднично. Под прикрытием дронов живые доспехи просто вошли в городок, распределились по площади, сгоняя немногочисленных детей ко входу в шахту.
Солнце стояло еще высоко, небо пока оставалось чистым. Освещение входа в шахту не работало, но даже без него заметны следы грубой работы: потолок явно уже не раз падал, основную кучу камней растащили в стороны и установили слабые подпорки. Строение не выглядело надежным, однако дети подтвердили, что взрослые постоянно там пропадают.
Оставив три десятка бойцов снаружи для охраны, еще десяток «УБ» послал под землю. Со спутника рассмотреть сеть ходов было проблематично: один слой коридора накладывался на другой, так что шли машины в режиме постоянного сканирования.
Шахта была достаточно крупной и широкой, однако к залегающим на глубине ресурсам джаргары не дошли — копать триста метров пустой породы никто не стал, видимо, решив, что все возможное уже добыто. Но наш спутник видел глубже.
Солдаты беспрепятственно спустились на второй уровень. Здесь обстановка была куда как лучше. Явно работа прошлых веков: металлические подпорки вместо деревянных, тщательно выглаженные стены и пол со следами некогда существовавших рельсов.
Здесь имелось несколько ответвлений, уводящих от центрального коридора к выработанным месторождениям. Однако сейчас там никого не было, и живые доспехи спустились ниже, никуда не сворачивая.
Новая смена обстановки. Уже на половину обрушившиеся ходы и отнорки, на полу в беспорядке лежат кости джаргаров. Местами просто кучи тряпья. Чем дальше шли солдаты, тем явственнее ощущалось, что мы вторглись на кладбище.
Четвертый этаж расставил все по местам. На наше появление отреагировали спустившиеся в шахту немногочисленные жители. По доспехам открыли огонь из пяти имевшихся ружей, однако урона нанести не сумели. Зато наши воины мигом разоружили сопротивляющихся, уткнув их мордами в каменный пол.
Остальные два десятка взрослых джаргаров побросали инструменты и отошли от грубых деревянных столов, расставленных по помещению. То, что лежало на этих столах, само по себе служило ответом, почему наша посланница так и не вышла на связь.
Не тратя времени на переговоры, я приказал «Умным Броням» зачистить помещение. Вспышки лазеров и плазмы засверкали по пещере, выхватывая картины лежащих на деревянных поверхностях останков, груду одежды и испорченного оружия в углах. Лишенные мяса костяки в снятых с рельсов вагонетках.
— Мы могли забрать их, — прокомментировала Мэрау.
— Они нам не нужны, — пожал плечами в ответ.
— Ты судишь нас по своим человеческим меркам, Виктор, — заявила кошка. — Но мы — не вы.
— Именно поэтому они должны были остаться в шахте. Их дети еще послужат нашему зару. Взрослых вытаскивать нет смысла.
Понятно, что я просто не хотел мириться с тем, что взрослые пошли на привычный путь каннибализма. Не важно, своих они убивали, или, как в случае с посланной нами джаргаррой, отлавливали чужих. Я не представляю, каких усилий стоило бы выжечь из них привычную модель мира, когда вместо добычи обитателей джунглей, взрослые самки и самцы начинают кормить собственное потомство плотью сородичей.