Страница 24 из 52
— Ну, допустим, убедила. Что еще?
— Дальше — и это самое главное наше оружие, — заявила, подняв палец, капитан, — производство «УБ». Но не этих калек, что бегают у тебя, с ними мы ни хрена не добьемся, а те, что соберу я.
Да уж, сразу видно, что Ева в армии была на своем месте. Интересно, что же заставило ее перейти дорогу Директорату, что ее изгнали? Она же явно фанатик своего дела, вон даже к джаргарам пошла работать наемным убийцей, в одиночку уничтожающей города.
— Для человека, который не разбирается в науке, — наконец, заметил я, — ты слишком хорошо в ней понимаешь
— Я же сказала, — фыркнула Ева в ответ, — оружие, броня и средства защиты или нападения — это моя стихия. Как собрать гидропонную ферму я не в курсе, зато из навоза для нее могу бомбу слепить.
Кивнув, допил отвар и отставил кружку в сторону. Позволять ей выстраивать оборону пока что рановато. Не настолько я верю в ее преданность и желание помочь. Вполне вероятно, что Ева с самого начала знала про вложенный в броню заряд. Однако я же могу проверить ее слова?
— Знакомься, Виктор, система «Хронос», — с гордостью объявила Ева, вращая передо мной обновленный план базы. — Я учла все возможные факторы, включая способности граддаров, составила план противодействия на случай нападения всего совета. И даже внесла план нулевой терпимости на случай, если джаргары превратятся в леммингов и атакуют нас все поголовно, включая стариков и маленьких детей.
Все это она произнесла с такой гордостью, будто открыла секрет бессмертия. Хотя, надо сказать, в голове у девчонки действительно оказалась целая кладезь знаний по вооружению. Даже страшно представить, что было бы, если бы она еще у граддаров на службе пустила это все в дело.
Итак, на плане, переделанном Евой, у нас разместились восемь стационарных артиллерийских установок с шестью типами вооружения на выбор. Боеприпасы оказались неожиданно дешевыми в производстве и достаточно безопасными, чтобы не бояться нового урагана. Вся эта система давала покрытие территории радиусом в 200 километров, и при желании мы могли стрелять по ту сторону гор. Если бы этих гор не существовало, конечно.
Помимо этого были переделаны модели «УБ». Ева дополнила уже созданные мной экземпляры, повысив их энергопотребление, но уложив практически все то же самое, что и в пушки, только с учетом максимально переносимого экзоскелетом брони веса. Используя наработки джаргаров, капитан добилась повышения подвижности и защиты, сохранив при этом все остальные плюсы такой системы.
Сам же план нулевой терпимости — обычный протокол, вступающий в силу, когда землянам не удается добиться власти в новом мире дипломатией и экономическим подавлением. Полная зачистка мира от представителей других разумных видов. Для вступления в эту фазу нам понадобится порядка десяти тысяч комплектов «УБ» и около трех лет времени на непосредственную зачистку. Конечно, произвести такое число воинов у нас не хватит ни ресурсов, ни времени, но сама мысль мне нравится.
— Хорошо, я уточню результаты, — кивнул в ответ, не отвлекаясь от расчетов новых ракетоносцев. — А пока — спасибо, Ева, уверен, нам это очень поможет, когда кошаки решат вернуться.
Надув губы, капитан сбросила свою модель с дисплея выданного ей планшета.
— Как уже говорил, я пока еще не достаточно тебе доверяю, чтобы безоглядно действовать, опираясь на твои слова. А потому — немного терпения, и все будет готово. Кстати, — я постучал по столешнице пальцем, — как там наши эмбрионы?
— А что им будет? — пожала плечами Ева. — Развиваются в инкубаторе.
— Значит, примерно через год проблема с единственными людьми на Мьеригарде будет решена. Отлично.
— Ничуть не решена, они же все будут кровными родственниками!
— Об этом не переживай, никакого инцеста им не понадобится, — отмахнулся я, глядя на результаты. — Помощник с тобой согласен. Запускаем твоего «Хроноса» в производство.
Глава 12
Однако одно дело сказать, что мы возводим систему обороны, и совсем иное — реально ее построить. На установку «Хроноса» планировалось отдать практически все уже имеющиеся ресурсы, а ведь помимо этого были вещи, просто необходимые для перехода от выживания к жизни. Добыча новых материалов хоть и была налажена, однако количество, поступающее ежедневно на наши склады, не перекрывало расходы.
К тому же никуда не исчезла вероятность возвращения джаргаров. В том, что это случится, как только мы переместим возведение строений ближе к границе совета, можно было не сомневаться. Даже если они отступили, это не значит, что за нами не следят.
Ева на мои тревоги лишь фыркнула, целиком и полностью поглощенная процессом выращивания эмбрионов. Вот уж не думал, что вопрос детей настолько увлечет капитана армии Директората. Хотя надо признать, это для меня идея стать отцом уже не нова, но для молодой девчонки, возможно, просто снег на голову. Впрочем, можно и спросить.
— Армия собирает образцы перед первой отправкой в портал, — ответила она, копаясь в интерфейсе следящего за инкубатором автодока. — На случай, если солдат погибнет.
— Не знал, что «Генофонд-17» еще действует, — в ответ покачал головой я.
Об этой программе мне еще дед рассказывал. Перед первой отправкой через портал делали полноценный разбор всех человеческих клеток. Затем испытуемый шел на ту сторону, а по возвращении снова проходил те же процедуры. Результаты сверялись с эталонными, и только после этого испытуемый покидал зону изоляции. Естественно, если все было в норме.
По до сих пор не выясненной причине, по крайней мере, я об этом ничего не знаю, и дед так и не узнал, из портала к нам ничего не попадало — ни вирусы, ни микробы, ничего. Однако пронести какую-нибудь заразу на собственном теле вроде той, что подцепил отряд на Хэ-12, можно было запросто.
Программа «Генофонд-17», помимо указанной проверки, служила еще одной цели, со временем ставшей основной: сбор сведений и отслеживание влияния переходов на последующие поколения. Здесь внушительный вклад сделали военные, как самые частые «прыгуны». Наследственность профессии в их рядах позволяла отслеживать изменения на потомках тех, кто пятьдесят с половиной лет назад впервые ступил на землю чужого мира. Однако, естественно, о результатах этих исследований широкой общественности никто не говорил, хотя я подозреваю, что «Генофонд-17» каким-то образом связан с масштабным производством клонов.
Директорат уже научился многому, и со временем его войска будут состоять не из уникальных живых существ, а тех, чья себестоимость будет равняться количеству биомассы в инкубаторах вроде того, где сейчас плавают будущие люди.
У нас уже есть нейроинтерфейс, есть технология пусть и примитивных, но ИИ, мы умеем выращивать ткани, органы. Следующий шаг: кибернетические клоны. Их не нужно обучать, достаточно вырастить ткани уже взрослой особи, вложить в нее ИИ для выполнения задач, нейроинтерфейс для управления телом — и готово. С учетом того, что даже мой помощник справляется с управлением «УБ» во время боя, это не такая уж и далекая перспектива.
Конечно, нас с Евой это уже не касается, у нас нет и вряд ли когда-нибудь появятся подобные мощности и люди для необходимых исследований. Да и вряд ли джаргары нам дадут столько времени.
— Работает, еще как работает, — подтвердила Ева, закрывая информационное окно автодока. — Наверняка у меня и дети есть…
— Вполне вероятно, — согласился с очевидным. — Джаргары не так уж отличаются от нас. Вот только наших самок не заставляют рожать, а всего лишь собирают биоматериалы.
Капитан взглянула на меня исподлобья, но все же ответила.
— Знаешь, для человека, проведшего в изоляции от других людей огромный срок, ты стал слишком черствым, Виктор, — произнесла Ева. — Или ты не знал, что у других тоже есть чувства?
Вместо ответа я лишь пожал плечами. Разбираться в ее соплях мне уж точно не хотелось, других проблем выше крыши. А распинаться на тему возможного материнства специально обученной серийной убийцы — это вовсе не то, на что стоит тратить время. С другой стороны социальные взаимоотношения в нашей ситуации тоже чертовски важны. Пока что она была весьма полезна, и хотелось бы сохранить эту возможность на как можно больший срок.