Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 96

— Выбирай выражения, собрат в обучении. Иначе мы поссоримся с тобой.

Внешне или, как пишут в трактатах, формально он прав. Приказ Ксилима гласил, что ученики Павильона должны усилить поредевшую во время битвы со Зверями стражу ворот и стен.

Но, по сути, истинная причина этого приказа — оправдать моё присутствие на площади ворот. И если бы Хахпет был внимателен, то уже подметил бы, что за эти три дня я единственный, кто торчит здесь от рассвета и до заката. Это остальные сменяются, а я даже ем вместе со стражей Академии. Прямо здесь.

И все остальные мои напарники, если и усиливают стражу, то лишь на жалкую кроху. Просто потому, что в пяти шагах от нас в воздухе висит двухцветная печать моего нового охранника, попечителя, Мастера седьмой звезды с серебряными отворотами на халате.

Отделение хранителей понесло огромные потери. Больше погибло только старших учеников, которых выплеск энергии Неба настиг во время медитации. Те же, что выжили, оказались непоправимо искалечены. Из невольно услышанного разговора Рамаса с Шандри, я понял, что лучшее, на что они могут рассчитывать — пик Воина.

Отделение же хранителей не медитировало, сумело защититься от выплеска, но их накрыло волной обрушившихся с неба тварей. Но именно их заслуга в том, что хоть кто-то из учеников в Ущелье выжил.

Я помню завалы из покрытых шипами туш тварей там, где меня тащил за собой Ксилим.

Шандри очень хотел приставить целых трёх телохранителей, но их, свободных, просто не осталось столько в Академии. Ведь незримо охранять нужно не только меня, но и множество учителей Академии, которые были для неё бесценны, но при этом мало что представляли из себя в бою. Хотя тот же глава Павильона Лотоса считал иначе. И погиб в Ущельях, а ведь именно сейчас его помощь стала бы…

Похоже, я задумался не вовремя. Глупо это делать на середине разговора. Хахпет, не дождавшись от меня больше ни слова, снова скривил губы:

— Поссоримся? Мы и так это сделаем. Или ты думаешь, я буду молчать, когда увижу Ксилима, заместителя главы? Ты плюёшь на его приказ. Ты безответственно относишься к порученному тебе заданию. А ведь он теперь и глава нашего с тобой Павильона.

В раздражении я повысил голос:

— Хватит! Глазеть по сторонам? Здесь два десятка людей этим занимаются. Не так уж и нужна им ещё одна пара глаз. Достаточно того, что я на пять десятков шагов раскинул боевую медитацию. И попробуй только сказать, что у тебя она шире и ты раньше меня почувствуешь опасность.

Хахпет сжал губы так, что они побелели. Он и сам побледнел, черты лица заострились. Я сильно уязвил его, похоже. Даже интересно, а сколько же шагов покрывает боевая медитация Хахпета?

Наконец он разлепил губы, хрипло спросил:

— Так, может, ты вообще усядешься на одном месте? Чего ходить?

Я хмыкнул:

— Спасибо, собрат, за совет. Так я и сделаю. И всем буду говорить, что это ты посоветовал.

Хахпета перекосило. На мгновение я даже пожалел, что не удержался и поддел его. Но только на мгновение. Обычная шутка, а он глядит так, будто я его ударил. Да и вообще, для того, кому я спас, по сути, жизнь, он слишком острый на язык со своим спасителем.

Может, он и хотел что-то сказать в ответ, но через мгновение мы оба повернули голову. Снизу по тропе снова кто-то бежал, торопясь к воротам.

Мы молча вернулись на площадь. Как раз вовремя, чтобы встретить запыхавшегося от долгого бега служителя. Я бы сказал, что пиковый Воин. Белые отвороты. Отделение дознания. Необычно.

Короткая, уже привычная проверка. Всё в порядке. Верность Ордену Небесного Меча.

Едва за ним закрылись внутренние ворота, как я напоказ встал у стены площади, там, куда не падало опускающееся солнце и вновь достал из кисета книгу, всем своим видом показывая, что никуда не пойду. Хахпет отчётливо скрипнул зубами и, задрав голову, ушёл в обход стены сам.

Ну, на самом деле, было бы что обходить. Тысяча шагов в одну сторону, тысяча шагов от ворот в другую сторону. Формация барьера приведена в порядок. Любой, кто попытается преодолеть стену, её потревожит и выдаст себя. Чего зря туда-сюда мотаться? И читать на ходу действительно очень неудобно.

Но особо погрузиться в чтение не сумел. Просто не успел. Уже со стороны Академии примчался послушник:

— Ученика Римило к заместителю главы!



Под подозрительным взглядом Хахпета я пожал плечами, убрал книгу и двинулся за послушником.

Череда уже знакомых мне коридоров, вырубленных в скале.

Комната, куда привёл меня послушник, встретила меня не только Ксилимом, но и Шандри.

Последний жестом оборвал моё приветствие, ткнул в стул рядом. Не дожидаясь, пока я сяду, глухо сказал:

— Сбылось худшее, что могло. Я только что говорил по амулету Голоса с комтуром Гистом. Ему принесли вести о Толе.

Я поджал губы, сдерживая вопросы. Думал, меня позвали сюда из-за гонца Воина, того, которого я только недавно проверял. А оно вон как.

Шандри вздохнул, отёр лицо. За эти два дня, что я его не видел, он будто постарел на несколько лет. Лицо посерело, под глазами мешки. Сейчас он мало походил на могучего идущего этапа Предводителя. Старый, уставший человек.

— Тола добрался до столицы земель Дизир. Проник в самое сердце их главной резиденции, — Шандри покачал головой. — Он был талантливым мастером формаций, — снова вздохнул. — А ещё, он был лучшим в Павильоне Мечей. Он ударил там, где никто не ожидал. Убил огромное количество людей. Десятки, если не сотни. И среди них четырёх Предводителей.

Я невольно прищурился, услышав это. Он улетел, а значит, сам был Предводителем. Предводителю убить десятки идущих легко. Я до сих пор помню, как одним ударом Предводитель-сектант уничтожил всё вокруг себя, буквально отшвырнув от себя вал из десятков тел.

Но убить четырёх равных себе? Даже если они ремесленники. Да ещё и в то время, когда их охрана наверняка не стояла, а действовала?

— Первый, это Тиотий, — мне это имя ничего не сказало, Шандри и сам это понимал, поэтому пояснил. — Из главной ветви клана. Брат главы, можно считать, он правил их столицей Цветущей Сливой. Второй, это Арик.

Ксилим буркнул:

— А я говорю, что всё это слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой. Они лгут, пытаясь прибавить нам вины, и увести его в тень.

Шандри возразил:

— Тола был талантлив, он кипел ненавистью, но за время полёта явно остыл от гнева, а его ненависть лишь стала сильней, иначе он не смог бы проникнуть в сердце их резиденции и скрываться там несколько дней. И у него всегда с собой было множество артефактов и зелий, которые он получал от нас и добывал сам. Уверен, он всё просчитал и сделал так, что Арик не мог использовать свои сильные стороны. Битва кулак к кулаку — это не то, в чём он силён. А Тола и сам был хорош в ударе в спину, поэтому в том, что первым ударом он сумел убить этого мягкотелого выскочку Тиотия, я легко верю. Как и его жену. Её Возвышение тем более пустое, только на зельях ради…

Ксилим махнул рукой:

— В это я могу поверить, а вот в Арика…

Я всё же вмешался в их спор:

— А этот Арик, это ведь тот, кого вы подозревали в случившемся?

Шандри кивнул:

— Предводитель второй звезды, мастер формаций, ходили слухи, что он долгие годы провёл в серых гильдиях Пояса, выполняя заказы на убийство людей. У нас тоже случались смерти важных чинов Ордена. Никто ничего не видел, они погибали в тишине. А рядом находили остатки формаций-ловушек.

Я вспомнил разговор, который когда-то услышал в палатке от генерала Армии Предела и согласился с Ксилимом:

— И впрямь, новость о его смерти звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.