Страница 3 из 19
– Я так и не думаю, Михаил Николаевич, – помотал головой Белобородов.
– И слава богу! – кивнул Пожарский. – Ты с Сашкой не хуже меня должен знать, что Алексею все эти ментальные навыки тренировать и тренировать ещё надо. Вспомни, как он к правилу подступался? И как на первых порах после этого всего отходил? Вспомнил? – Белобородов кивнул. – А тут дети! Ты вообще ту ответственность представляешь, с которой Лёшка к этой школе шёл? Там права на ошибку у него не было! А если бы что-то пошло не так? Это же травма на всю жизнь! А ему семнадцать лет! Так какого рожна, Прохор? – Тот опустил голову, полностью признавая правоту князя. – Молчишь? Вот и молчи. А с Сашкой я отдельно поговорю. Совсем заигрались! – Глава рода Пожарских резко встал. – Я пошёл, приеду завтра. В случае, если у Лёшки будут какие-нибудь изменения, сразу меня наберёшь.
– Хорошо, Михаил Николаевич, – кивнул, тоже вставая, Белобородов и медленно выдохнул – гроза миновала.
– Так что Алексей сейчас в коме. – Император заканчивал доклад для совета рода, с членами которого связался по конференцсвязи. – Но Лебедев даёт оптимистичный прогноз, якобы у него в «Тайге» такое бывало. Будем надеяться на лучшее. – Великие князья на огромной плазменной панели сочувственно покивали. – Закрывая тему спецоперации, хочу отметить, что её успех – всецело заслуга нашего с вами родича. – Одобрительный гул из динамиков свидетельствовал о согласии великих князей с императором, который продолжил: – Следующий вопрос на повестке дня – наше отношение к роду Никпай, представители которого и устроили все сегодняшние… неприятности. С краткой выжимкой по этому роду вы уже должны были ознакомиться. – Великие князья закивали. – Ваши предложения, родичи?
Обсуждение длилось не больше пятнадцати минут, тем более что род Никпай давно был известен имперским спецслужбам как один из самых крупных производителей и поставщиков героина не только в Российскую Империю, но и в другие страны. Этот род владел огромной территорией земли в королевстве, засеянной одним только опийным маком, и несколькими даже не лабораториями, а целыми заводами по синтезу диацетилморфина из этого самого мака. А учитывая очень низкую себестоимость производства героина, род Никпай зарабатывал просто огромные деньги на наркоторговле, при этом не забывая делиться барышами с королевским родом, с которым их связывали давние семейные связи и деловые интересы. Кроме того, чуть больше чем десять лет назад со сменой главы рода изменилась и бизнес-схема Никпаев: раньше они были одними из самых крупных оптовых поставщиков, а сейчас от жадности полезли и в крупную розницу, если десятки килограммов героина можно назвать розницей… Не чурался род Никпай использовать для своего бизнеса и дипломатические каналы по всему миру, устраивая родичей на государственную службу, и Российская Империя не была исключением.
– Подытожим, – слово опять взял император. – Этих четверых прилюдно казним, суды, я думаю, и без нашего напоминания их приговорят… Двоих Никпаев, которые в посольстве окопались, вышлем, а Володя, – Николай глянул на сидящего рядом брата, – сегодня вечером на пресс-конференции объявит род Никпай личными врагами рода Романовых. Я всё правильно озвучил, родичи? – Одобрительный гул из динамиков свидетельствовал о полном согласии с главой рода. – Хорошо. Теперь перейдём к частностям. – Император нажал кнопку на интеркоме. – Пригласите Воронцова, Нарышкина и Пафнутьева.
Через десять секунд указанные лица зашли в кабинет и вытянулись по стойке смирно. Если первые двое были в генеральских мундирах, то Пафнутьев деловому костюму чёрного цвета изменять не собирался.
– Присаживайтесь, господа. – Император указал на свободные стулья, расположенные так, чтобы приглашённых лиц видели по видеосвязи и остальные великие князья, а не только сам император, его брат Владимир и сыновья: Александр Николаевич и Николай Николаевич. – Без чинов, – приказал Николай. – Итак, господа, вы все в курсе произошедшего сегодня в центре Москвы. – Все трое приглашённых кивнули. – Не только лично я, но и род Романовых, да и все верноподданные Российской Империи, как мне кажется, восприняли эту гнусность как личное оскорбление. Высоких слов я вам тут говорить не буду, мы взрослые люди, а посему… Род Никпай объявляется личным врагом рода Романовых, об этом Владимир Николаевич сообщит на предстоящей вечером пресс-конференции. Вам же, господа, поручается разработка и реализация операции по полному уничтожению рода Никпай. Полному, господа. Включая женщин и детей. – Император, говоря всё это, следил за выражением лиц Воронцова и Нарышкина и, к своему полному удовлетворению, заметил одинаково хищные ухмылки. – Особое пожелание, господа. Неважно, сколько на это уйдёт времени, но умирать Никпаи должны по одному и, желательно, публично. Члены этого рода свои дни должны коротать в постоянном страхе и трауре, на похороны своих родичей – ходить как на работу. Можете особо не скрываться во время акций, оставлять следы… Весь мир должен знать, что Империя подобных вещей никому не прощает. О каждой смерти членов этого рода должно быть упоминание в наших СМИ, если получится, то и в зарубежных. Задача понятна, господа?
– так точно, ваше императорское величество! – вскочили военный министр и командир отдельного корпуса жандармов.
Пафнутьев был вынужден подняться вместе с ними.
– Моральных терзаний нет? – уточнил Николай.
– Никак нет, ваше императорское величество! – в один голос ответили генералы.
– Хорошо, – кивнул Николай. – Детали уточним позже. От нашего рода кураторами операции назначаются великие князья Александр Николаевич и Николай Николаевич. – Он посмотрел на сыновей, которые встали. – Межведомственное взаимодействие и участие в принятии ключевых решений возлагается на Пафнутьева. Спасибо, господа, вы свободны. Виталий Борисович, задержитесь.
Когда за генералами закрылась дверь, император обратился к оставшемуся стоять Пафнутьеву:
– Докладывай.
Из отчета сотрудника Тайной канцелярии стало известно, что задержанных четверых Никпаев, уже содержащихся в Бутырке, разговорить пока не удалось, на это требовалось время. С детьми всё в порядке, ими занимаются психологи канцелярии и корпуса. У посольства Королевства Афганистан внезапно случились стихийные беспорядки, верноподданных Российской Империи очень возмутило поведение «афганских гостей» – посольство закидали камнями и яйцами. Выбиты окна, во многих местах сломана ограда, большинство посольских машин не подлежит восстановлению. Московской полиции удалось предотвратить штурм, но «не удалось» задержать ни одного из хулиганов… Выяснились и причины неудачи по захвату полицейским спецназом наркодилеров около посольства Королевства Афганистан – банальное предательство в собственных рядах. Никпаев в последний момент предупредил некий полицейский ротмистр, который, по предварительной информации, давно был на содержании этого рода. Сейчас этот человек в бегах, но обязательно будет найден и предан суду. После этих слов Пафнутьева брат императора Владимир выдохнул.
– Ты сильно-то не расслабляйся, Володя, – хмыкнул Николай. – Значит, плохо твой протеже Орлов вёл работу с личным составом. Вот и имеем, что имеем…
– Государь, да от таких вещей никто не застрахован! – вскочил Владимир. – Ты же сам знаешь!
– Сядь, Володя! – отмахнулся Николай. – Пусть ещё пару дней Григорий под домашним арестом посидит, ему только на пользу пойдёт. Злее работать будет. Ты лучше о пресс-конференции думай. Виталий, с «хулиганами» это вы хорошо придумали, своим сотрудникам от меня передай благодарность, хоть как-то корольку этому афганскому предварительный привет передали, – ухмыльнулся он. – Можешь быть свободен. – Император дождался, когда за Пафнутьевым закроется дверь, и продолжил: – Вроде всё обсудили. У кого ещё какие вопросы?
Вопросы у Романовых были, но одна сплошная мелочёвка – все решили воспользоваться возможностью оперативно обсудить текущие дела рода, не имеющие отношения к сегодняшним событиям, так что совет рода продлился ещё больше часа.