Шторм

Глава 24

Окончательно проснулся я уже в тюрьме, скорее всего, в Импел Дауне. До этого были моменты прихода в сознание, но мне что-то кололи и я вновь засыпал. Голова не соображала, было ощущение, что мысли слишком медленно текут. Хотелось ещё раз вывернуть свой желудок. На лицо точно заметны следы отравления препаратами. Даже как-то неожиданно, что Морской Дозор воспользовался такими способами. Ещё и лёгкие ожоги по всему телу… Акаину меня сумел поджарить, когда я почти отключился. Но и я этому хот-догу смог нанести своим последним ударом повреждения, отправив его в море. По крайней мере, когда я свалился на колени и почти вырубился, за ним сиганули несколько дозорных. Нья-ха-ха-ха!

Руки затекли. Подергал их, прозвучал звон цепей, отдавшийся головной болью. Конечности оказались застегнуты в кандалы с кайросеки, подвешенные на стене. Оковы вызывали чувство злости. Наконец более-менее смог разглядеть окружение. Я оказался в какой-то клетки с вертикальными толстыми прутьями, сидячим на каменном полу. В клетке совершенно отсутствовали какие-либо удобства. Было довольно плохое освещение и ужасно пахло. Тут были ещё люди, в других камерах слышались шепотки. Ха-ха! Кто-то даже предположил, что новичок загнулся практически сразу, а я просто решил прейти в себя и разузнать об этом месте.

Примерно через час после пробуждения, я услышал топот ног человека, у которого точно есть лишний вес. Десяток секунд спустя возле моей камеры появилась фигура в чёрном кожаном плаще и с рогами на голове. Он был высок и взглядом, направленным сверху вниз, пытался во мне сделать дырку, так как смотрел он на меня с такой неприязнью и злобой, будто всё его детство я над ним издевался, а сейчас у него появилась попытка отомстить. И вот это пятиметровое чудо решило заговорить:

— Преступник Ромео «Шторм» Эйглис с наградой за голову в пятьсот миллионов белли, вы находитесь в Импел Дауне на шестом уровне. Я главный надзиратель Магеллан. Ваше заключение здесь продлится три месяца, затем последует казнь с прямой трансляцией в Мари Джоа за все преступления, которые вы совершили. Вам всё ясно? Есть ли у вас какие-то вопросы?

Склонив голову, чтобы Магеллан не видел моего оскала, я ответил:

— Никаких вопросов у меня нет, главный надзиратель Магеллан.

— Хочу предупредить тебя заранее, отсюда ещё никому не удавалось сбежать, поэтому даже не пытайся устроить побег.

— Шики… — тихо пробормотал я с ещё большим оскалом на лице.

— Кроме… Шики, но ты не он, — Магеллан развернулся и перед тем как уйти, бросил ещё одну фразу, — Тебе не на что надеяться.

Наконец дождавшись, когда тюремщик покинет это место, я выпустил на свободу, тщательно сдерживаемую до этого, королевскую волю и рассмеялся. Воля непроизвольно хотела вырваться ещё тогда, когда я обнаружил себя в кандалах. А появление Магеллана и его заявление о том, что я в одной из самых глубоких дыр мира, только ещё более раззадорило её.

— Нья-ха-ха-ха! Мы ещё посмотрим кто кого, Магеллан! Эй, мусор, который шушукался в соседних камерах всё это время, когда тут обед? Я голоден.

— Заткнись, пират! Кормят тут раз в неделю и следующая кормежка будет только через пять дней.

— Я не пират, мусор. А так спасибо.

Теперь ясно почему они общались шёпотом, просто берегли остатки сил. В принципе выжить, питаясь раз в неделю можно. Это Ван Пис, тут обитают довольно сильные люди.

Пора начинать планировать побег. Посмотрев на свои руки, понял, что побег может усложниться. Кандалы нацеплены очень плотно. Между рукой и кандалами практически отсутствовало свободное пространство. Может просто отгрызть себе руки? Если я не умру от кровотечения, то точно смогу сбежать. Нья-ха-ха-ха! Шики версия два! Нет, плагиатить кого-то не круто. Да и ручки мне мои нравятся.

Хм, я помню, что Рэйли как-то смог снять ошейник с русалки, предположительно используя волю. Можно попробовать… Я начал эксперименты с королевской волей. Пробовал с помощью неё как-то повлиять на кандалы, но никаких результатов не получил. Лишь сильно устал от использования воли. Пот лился с меня ручьём.

— Фух, он наконец-то прекратил, — услышал я облегчённый вздох где-то слева от себя, — Парень, ты хотя бы знаешь, что люди, постоянно подвергаясь давлению королевской волей, очень быстро съезжают с ума.

— О, теперь понял, почему некоторые кричали прекратить, но я не перестану её использовать.

— Ублюдок!

— Если умрёшь сам, то не бери в могилу всех нас!

— Да, мы ещё хотим жить!

— Нья-ха-ха-ха! Жить?! Вы сейчас серьёзно? Если жизнь для вас заключается в существовании в маленькой клетке и хождению под себя, то мне искренне вас жаль и я с удовольствием прекращу ваше существование!

После моих слов поднялся гвалт недовольных заключённых шестого этажа. Если бы тут не было раздельных камер, то произошла бы ещё и драка. Но мы всё же находились в клетках и поэтому мне только угрожали.

— Да ты знаешь хотя кто я такой?! Я сейчас выберусь отсюда и надеру тебе зад!

— Давай, попробуй! Это будет очень интересное зрелище.

— Заключённые! Прекратить шуметь! — появился какой-то тюремщик, — Или я позову главного надзирателя!

Гвалт сразу же прекратился. Здесь почему-то действительно боялись Магеллана. Хотя я предпочёл бы умереть от его яда, чем сидеть в клетке. Странные они какие-то.

Слабость ещё чувствовалась в теле, да я и сам прибавил усталости, применяя волю два часа подряд. Поэтому скоро я уже вовсю спал, не слушая недовольный шепот местных жителей. Сон мой беспокойным, потому что мне снилось, что мою команду тоже поймали и их казнят в след за мной.

Прошло три дня в моих попытках освободиться от оков с помощью королевской воли. Заключённые тихо ненавидели меня, но поделать ничего не могли. Я был постоянно жутко уставшим, голова гудела, сильно хотелось пить и всё это из-за постоянного использования воли. А ещё и руки ужасно онемели, так как они уже четвёртый день висят над головой и как-то шевелить ими довольно сложно.

Нынешняя ночь отличалась от предыдущих, кто-то меня разбудил, стуками железной чашки об прутья клетки.

— Эйглис-сан, Эйглис-сан, очнитесь, — шептал кто-то вовнутрь моей камеры, — Эйглис-сан, у нас мало времени, очнитесь.

Я наконец решил поднять свою голову, чтобы увидеть двух мужиков, одетых в чулки, облегающий корсет и заячьи ушки.

— Здравствуйте, Эйглис-сан, мы члены Революционной Армии. Мы предлагаем вам спасение в замен на служение, — произнёс один из мужчин, потряхивая ключами.

— Я никому не служу, — ответил революционеру, — И я сам отсюда выберусь.

— Эйглис-сан, не стоит принимать столь поспешных решений. Мы вернемся ровно через месяц и озвучим наше предложение ещё раз.

— Эй, постой, мою команду арестовали?

— Насколько мне известно, они находятся на свободе, Эйглис-сан.

— Спасибо.

После слов моей благодарности, революционеры ушли, а я почувствовал облегчение. Команда ещё на свободе. Теперь остаётся только самому сбежать из самой строгой тюрьме мира. Нья-ха-ха-ха!