Страница 17 из 96
– Эльфийские демонологи из академии были бы в восторге, – вполголоса добавил Гарб. – У демонов, оказывается, есть устойчивость к высоким температурам. Интересно, у всех ли.
Хиенна резко выдернула руку из лавы и обернулась.
– А где Михель?
– Он последним шел, – сообщил Бурбалка, бросив взгляд на место, где несколько минут назад закрылась воронка.
– Аггрха тоже не видать, – добавил минотавр. – Надеюсь, он тут в лаву не упал.
– Вы переживаете за своего друга? – вкрадчивым тоном задал вопрос высокорослый некто, появившийся за спинами у друзей. Все были готовы поклясться, что еще секунду назад там никого не было, как не было и закрывающегося портала, на который можно было бы списать столь внезапное появление.
Хиенне лицо неизвестного субъекта показалось до боли знакомым и довольно привлекательным, хотя и не слишком приятным.
– Он мне не нравится! – мгновенно слетело у демонессы с языка.
Остальные молча уставились на то, что открылось их глазам. При этом каждый увидел что-то свое. Каввель тотчас распознал в незнакомце матерого морского быка по абордажной сабле на поясе и повязанному вокруг головы платку. Антонио по одному ему ведомым приметам сразу определил, что стоящий перед ним парень не кто иной, как самый настоящий ученик чародея, к тому же промышляющий мелкими кражами. Адинук заметил лютню за спиной и понял – это коллега-бард.
Гарбу на секунду показалось, будто этот тип похож на шамана, – на такие мысли наводил бубен в руках и ритуальная маска на голове – но гоблин напомнил себе, где находится и произнес:
– Низкий поклон повелителю Ада! Как поживаете, господин Люцифер?
– Ах, – изображая сожаление, откликнулся незнакомец, – меня опять перепутали с самим вселенским злом! Да разве возможно, чтобы воплощение ужаса и аватар ненависти являлся смертным в столь неподобающем виде?
– Ну, не аватар, так не аватар, – охотно согласился Гарб. – Значит, простое развеивающее заклинание никому не повредит.
Щелчок пальцами – и стена, огненная река и жар от нее, странные существа и незнакомец растаяли, как дым, обнажая абсолютную черную пустоту вокруг. Не изменилось только небо, растянувшееся во все стороны почти осязаемым угольным мраком, спрятавшим любые проявления света от кучки смертных, посягнувших на обитель владыки Преисподней.
– Темно, как у пещерного гнома в… глубине, – послышался голос Адинука. – В Подземье посветлее будет.
– Мне страшно, – раздался громкий шепот суккубы. – Здесь темно и… и очень страшно!
– Да будет свет! – рявкнул минотавр, и темноту разогнали искорки, побежавшие по лезвию секиры. Бледно-синие электрические разряды осветили взволнованные лица компаньонов.
– А где наш шаман? – пискнул Антонио.
– Гарб, дружище! – позвал в темноту Каввель.
Ответа не было.
***
Ловец духов не знал, бежать ему или прятаться. Когда чернота поглотила все вокруг, на него внезапно нахлынули все страхи, присущие гоблинам.
– Мамочка, – прошептал он, когда заклинанием осветил пространство вокруг себя и увидел надвигающихся со всех сторон огромных черных воргов.
Эти почти неуязвимые для магии родственники волков часто используются гоблинами в качестве боевых скакунов – союзничество, ведущее к обоюдной выгоде. К несчастью, приближающиеся твари были то ли не в курсе древнего, как сам Первичый мир, союза, то ли слишком хотели есть. Слюна капала из их оскаленных пастей, а глухое рычание намекало, что дружелюбием тут и не пахнет.
– Назад! – крикнул Гарб на языке воргов, размахивая посохом, как дубиной.
Животные в нерешительности замерли на расстоянии прыжка от гоблина. Нападать они не спешили. Шаман тоже остановился, не зная, что можно предпринять. Стая взяла ловца духов в плотное мохнатое кольцо, не оставляя ни единого шанса на бегство. Внезапная догадка сразила Гарба наповал своей простотой – тоже иллюзия!
Рассеивающее заклинание «включило» тусклое освещение, уменьшило количество воргов до одного и добавило к пейзажу прикованного к столбу Аггрха, к которому черная тварь и приближалась. Орк завертелся, напрягая бугрящиеся мускулы в попытке освободиться от оков, и замычал сквозь кляп. По интонациям выходило, что воргу ничего хорошего не светит, если зеленокожий сумеет ослабить путы хоть немного. Шрамы на лице воина от напряжения потемнели, сделав и без того свирепую физиономию еще страшнее. Его карие глаза выпучивались от напряжения так, что белки налились кровью, но цепи держали слишком крепко.
– Опять иллюзия, – вздохнул гоблин и щелкнул пальцами.
Ничего не поменялось. Шаман моргнул и ущипнул себя. Совсем не иллюзорный волчище уже обнюхивал беззащитного гладиатора. К своему ужасу, ловец духов обнаружил, что этот ворг принадлежит к породе королевских – самых кровожадных и наиболее защищенных от магии. К тому же сей экземпляр в холке достигал добрых восьми футов – на Лумее невероятный размер. Гарб похолодел. Противопоставить такой зверюге ему было особо нечего даже несмотря на увеличившийся рост. Вот только там же друг, и он в беде!
– Оставь его немедленно! – заорал Гарб, преодолевая страх и прикидывая дистанцию.
От Аггрха гоблина отделяло футов триста – для масштабного волшебного удара не расстояние, если, конечно, не заботиться о судьбе тех, кто попадет в зону поражения. А для точечного попадания далековато, да и не возьмет оно ворга. Мощный же удар давал небольшой шанс справиться с чудовищем.
Тварь, Гарб был готов в этом поклясться, ухмыльнулась зубастой пастью. Орк задергался еще сильнее, когда ворг неторопливо лизнул его голую ногу, явно наслаждаясь моментом.
– А какой мне прок бросать еду? – снисходительно пролаял он в ответ, довольно щуря черные глаза.
– Останешься в живых, – процедил сквозь зубы шаман, подходя ближе.
Не настолько близко, чтобы волк мог прыгнуть, но достаточно, чтобы не задеть Аггрха. Расстановка сил давала только одну попытку, и в случае промаха воргу помимо обеда из орчатины мог достаться еще и ужин из гоблина. Тварь в ответ хрипло рассмеялась.
– Давай так, – предложил хищник, – ты меня насмешил, и я тебя отпущу. Мяса мне и тут хватит на пару дней. Так что убирайся, пока цел.
– Уходи, Гарб! – наконец выплюнул кляп зеленокожий. – Ты с ним не справишься!
– Лучше послушай приятеля, – пристально посмотрел на гоблина волк. – Мне неохота об тебя мараться, но я ведь могу и передумать.
Гарб похолодел. Инстинкты вопили, что надо бежать, пока отпускают. Ноги сами сделали пару шагов назад, и ворг презрительно оскалился. «А как же дружба?» – спросил сам себя ловец духов. «Орки не друзья гоблинам», – ответил внутренний голос. – «Этот наверняка такой же и просто притворяется. К тому же, ты смертельно напуган. Разве пристало нормальному гобхату встречать опасность лицом к лицу, если его не загнали в угол?»
«Заткнись!» – подумал шаман в ответ, и гнев забурлил в нем с утроенной силой, заглушая страх. – «Я даже не помню, сколько лет я пытался хоть с кем-нибудь подружиться до встречи с компаньонами. И оставлять друга в беде не собираюсь!»
В этот момент Гарб вспомнил о посохе. «Да я же почти всемогущ!» – воскликнул он внутренне. – «Меня даже дьяволы боятся, что мне какой-то ворг! Хватит! Я больше не буду трусить! Может, я просто ненормальный гоблин. Помогай, Бирканитра!» И лишь где-то на задворках сознания мозг противным червячком сверлила мысль: «А помнишь, что стряслось в Академии? Хочешь опять все испортить?» Гоблин мотнул головой, отгоняя сомнения прочь.
– Друзей не бросаю! – с вызовом подвел итог переговорам ловец духов.
– Как знаешь! – оскалился волчара, готовясь к прыжку.
Шаман напрягся всем телом, выжидая тот самый единственный момент, подходящий для удара. Огромный волк черной молнией метнулся к гоблину. Гарб словно увидел себя со стороны: вот он отскакивает в сторону, стучит посохом по земле в направлении зверя. Затем яркая вспышка, опять мрак… и тишина.
***
– Если я ничего не путаю, то нас осталось четверо.