Зелёный

— Псион что ли? — обрадовался Игорь. — Властный и безмерно наглый, хотя не аристократ. Ещё этот потусторонний блеск в глазах.

— Садись, — указал тот на кресло напротив своего.

Это был шанс. Маленький, даже крошечный, но всё же шанс. Он остался один на один со сполотом в комнате с отключёнными системами наблюдения. Это просто праздник какой-то. Вот только есть несколько нюансов. Во-первых, сполот вооружён. На поясе с одной стороны боевой бластер, с другой парализатор. Во-вторых, его комбез явно непростой. Что-то из разработок военных с укреплёнными пластинами на торсе. Наверняка одежда имеет защиту от кинетических воздействий, поэтому бить в торс и по конечностям бесполезно. Только по лицу или руки-ноги выкручивать. И не факт, что получится.

— Точно псион, — решил пока не спешить парень, медленно продвигаясь к креслу. — На кого работаешь? — внимательно он вглядывался в его лицо, делая то, чему его учили — считывая микромимику. — На спецслужбы? Да наверняка на них. Все сильные псионы состоят на службе. Только где именно? На службу безопасности сполотов вряд ли. Значит, работаешь на герцога?

— Ты слишком болтлив, сопляк. Сел, я сказал!

— Уже-уже, — миролюбиво приподнял руки он, умасливая зад в кресло. — Ох, неудобно. Эти альвы совершенно не думают об удобстве сполотов. Где дырка для хвоста, я вас спрашиваю?! Вот куда мне мою прелесть девать? И это я не про то, о чем ты подумал!

— Пацан, похоже, ты не понимаешь, куда ты вляпался, — раздражённо дёрнул ушами сполот и заёрзал, явно вспомнив, что и ему хвост мешает удобно сидеть в кресле, предназначенном для другого вида.

— В плен к цепным собачкам какого-то герцога, — пожал он плечами. — Это же очевидно. Это раньше я думал, что нападение на лайнер подстава со стороны хуманов или альвов с целью развязать войну. Теперь точно уверен, что тут замешаны политические интриги больших сполотов. И целью нападения был не сам лайнер или его пассажиры, а один конкретный эрграф. И слил меня вам мой телохранитель. Ведь так?

— Ты слишком догадлив, — сполот качнул головой сверху вниз.

— Мне сразу этот Рева не понравился. Он изначально работал на вас. Как только эсбешники деда умудрились прозевать такого шпиона?

— Ответа ты всё равно не получишь. И сбежать даже можешь не думать. Я один из сильнейших псионов в галактике. Мне даже мысли твои читать не надо, чтобы понять, о чём ты думаешь и почему заговариваешь мне зубы. Или думаешь, что я просто так остался с тобой наедине, не имея сил справиться с каким-то сопляком? Ты даже пикнуть не успеешь, как станешь моей покорной марионеткой. Я позволил тебе помяукать лишь чтобы развеяться. А теперь пришла пора десерта.

— Так ты из этих? Которые по сладеньким мальчикам?

— Говори-говори, — ухмыльнулся сполот.

Его глаза вновь блеснули. Он поймал взгляд Игоря, после чего тот почувствовал как проваливается внутрь своего сознания.

Тут он возликовал.

— Попался!

Псион, каким бы сильным не был, сразу же увяз в поверхностном ложном океане на одной из планет. Он начал активно собирать и втягивать ложные мысли, воспоминания и образы, и был завален множеством бесполезных мыслей, которые с трудом успевал осмысливать. Он тратил безумное количество энергии на отработку информации, перестав уделять окружению какое-либо внимание.

Чем дольше захватчик находился в его сознании, тем прочнее становилась ментальная связь между ними. Игорь прыгнул по этой связи в сознание псиона, словно по свободному хайвею. Ему не пришлось прикладывать для этого никаких усилий, кроме трат крох маны.

К сожалению, маны у него настолько мало, что её едва хватило на вторжение в разум псиона по уже готовому широкому каналу, на создание которого не пришлось тратиться. Но это компенсировалось тем, что у сполота маны с излишком. Он действительно оказался очень сильным волшебником.

Втягивая в себя чужеродную ману, Игорь ощущал, как она начинает бурлить в нём, пропитывая каждую клеточку. Он почувствовал почти забытое ощущение всесильности, когда можешь активировать заклинание, и оно сработает. Он решил пойти ва-банк. Его охватило жгучее желание подчинить себе псиона.

Он представил, что в его руках появилась волшебная палочка. Та взяла, и появилась. Взмахнув ей, он громогласно провозгласил:

— ИМПЕРИО!