Страница 13 из 14
Юля наметанным взглядом любительницы криминальных сериалов окинула несколько предупреждений с изображениями расчлененных тел (таких нелепых и красочных, словно их рисовал человек с большой любовью к кровавым подробностям и очень отдаленным представлением о пропорциях и перспективе).
Точно, тут завелся маньяк. Бывает. Больше никаких походов по закоулкам. Нужно предупредить Цилу и остерегаться самой.
Она спокойно двинулась домой. Прежде чем озадачить Авву новой, довольно перспективной идеей, Юле нужно было подумать и навести справки.
– Эйлан Танеер? – переспросил Эймет, оживившись. – Да, конечно я его знаю. Драк из Первой Десятки Родов и очень богатого гнезда. Он изучал науки у альвов, в их Высшей Академии, а вернувшись, занялся просветительской деятельностью на Э-лан-драке. Танеер очень умен и… очень богат, деньги липнут к его рукам, как мед, причем львиную долю от своих доходов он отдает на благотворительность. Если это его проект, будь уверена, дурного в нем нет. Эйлан – тот, кто первым начал защищать права ведьм в Совете. Сначала его идеи приняли в штыки, но он сумел доказать, что лучше предотвратить зло, чем потом с ним бороться.
На лице Эймета проступило воодушевление. В последнее время, занявшись глубоким изучением теории магии, а не только практики, он открыл для себя много нового. Он выяснил, что все то, что преподавалось ему в Гнезде частными учителями-магами, не покрывало и пятой части обширных знаний о магии, которыми владели альвы и более «продвинутые» волшебники.
Его резерв рос, он уже не говорил об обращении в дракона как о чем-то неопределенном и сомнительном. У Эймета появилась цель. Он также между делом практиковался в целительстве. Цила, которой он убрал ячмень на глазу, тут же возвела дядю чуть ли не в статус высшего мага. А сын пекаря, излеченный от тяжелого кашля, носил теперь драку бесплатные пироги с капустой.
Выслушав мнение Эймета, Юля удовлетворенно кивнула. Такое объяснение ее устраивало. Она послала к Авве мальчишку с письмом, в котором подробно изложила суть предложения. В конце письма она написала:
«Ведь вы, Авва, сами через такое прошли. Вы сможете понять этих девочек и научить их сдерживать свой дар, раз уж он не признается в обществе. Подумайте и дайте мне ответ. Лучше с ним не тянуть. Полагаю, найдется немало желающих открыть пансион на дому.
Мы подсчитаем возможные расходы на обновление дома и потенциальный доход от мероприятия. Но если вы сомневаетесь, особенно по личным соображениям, лучше за это не браться».
Пока Юля ждала ответ от Аввы, работа по переустройству дома Цилы продолжалась. Мастера сняли все старые панели и перешли к закладке второй печи для отопления дома. Нужно было проложить трубы на чердак, его тоже планировалось использовать, поделив на комнаты для прислуги.
Разрешение на открытие гостиницы и добавление пристроек уже было получено. Подпись родовитого драка устранила многие препятствия, несмотря на то, что Эймет был отлучен от гнезда. То, что он был и оставался магом, сыграло свою роль. Юля заметила, что маги ценились так высоко, что одаренные выходцы из простых родов часто поднимались по карьерной лестнице выше неодаренных аристократов.
Тем временем Цила распустила три складки на платье Юли. В просторных нарядах живот был пока незаметен, и Юля старалась этим пользоваться. Конечно же, Эймет все понял. Он ни разу не поднял тему беременности в их с Юлей частых беседах, но его взгляд, обращенный на «странницу», становился все более задумчивым.
Авва прислала письмо через два дня. В нем она выражала твердую уверенность в том, что справится. Будучи умной и опытной женщиной, Авва тщательно все обдумала, взвесив «за» и «против» и оценив свои силы. Ей не терпелось наполнить дом детским смехом.
Юля улыбалась, когда читала письмо, полное теплых надежд. Теперь следовало узнать подробности программы, рассчитать бюджет и нанять помощников.
Глава 7
Дела по ремонту коттеджа требовали постоянного Юлиного присутствия в доме. Впрочем, Авва Ол-Анеер так расхрабрилась, что отправилась в Ратушу сама. После этого, попивая чай в доме на Холме, она вдохновенно рассказывала:
– Не так-то много желающих открыть пансион. Господин Танеер уверен, что скоро слухи о предприятии разлетятся по островам, и кандидатов станет больше. Вовремя вам на глаза попалось это объявление, дорогая Ула. Однако нескольких дам отклонили. Господин Танеер сказал…
Авва то и дело упоминала имя должностного лица Ратуши, Юля решила, что глава проекта произвел на вдову большое впечатление.
– Это весьма умный, проницательный и хладнокровный драк, – подтвердила та, – Он довольно молод, при этом производит впечатление опытного чиновника. Танеер выслушал меня вежливо и внимательно, задал множество вопросов и в конце разговора показался мне довольным. Мой дом проверит особая комиссия, а затем, если все пройдет хорошо, мне выдадут первую часть суммы. Я и о вашем гонораре не забуду, дорогая Ула.
– Я пока ничего не сделала, – улыбнулась Юля. – Идея не моя, нам просто повезло наткнуться на объявление. Дадут добро – тогда и я помогу, чем смогу.
Прошла неделя. Ожидая новостей от Аввы, Юля старалась занять себя делами. Но некоторые не слишком спокойные мысли все чаще одолевали ее ум. Что же дальше? Беременность становится заметнее с каждым днем. Соседи воспринимают Юлю как вдову. Они сами почему-то решили, что покойный муж выдал ей капитал и дом с разрешением его продать.
Окружающих не удивляло, что Юля живет в доме зеленщицы. Всякое бывает. Скучно стало в пустом доме, вот молодая вдовушка его и продала, а капиталец решила вложить в гостиницу дальней родственницы. Юля также подозревала, что среди соседей ходят слухи о ее шашнях с Эйметом. Все заметили улучшения в его состоянии, и иногда, когда Юля вывозила драка за ворота, на них поглядывали с ухмылкой.
Все это немало Юлю тревожило. Она уже привлекла к себе внимание своей деятельностью, не за горами тот день, когда ее заметят власти. Кто она? Откуда приехала в Эй-лон-хейм? Кто отец ребенка? Татуировку и дальше можно замазывать консилером, а вот живот не спрячешь.
Одним особенно тревожным вечером, когда Цила уехала к родителям, в дверь коттеджа постучались. Юля открыла дверь и остолбенела. На пороге стоял альв, высокий худощавый мужчина с длинными, белыми как снег волосами. Юля в очередной раз поразилась красоте древнего народа. Такими правильными чертами лица не обладала ни одна другая раса.
– Добрый вечер, – Альв поклонился. – Меня зовут Орл Лльоди. Я недавно прибыл в столицу и разыскиваю моего друга Эймета Фереера. Мне сказали…
– Орл? – раздалось за спиной Юли. – Это ты, Орл?! Дружище!
Эймет выехал на середину зала и раскрыл руки. Альв с громким восклицанием устремился к драку и обнял его. У обоих в глазах были слезы. Друзья похлопывали друг друга по печам, словно не верили, что это наяву. Юля улыбнулась и пошла готовить ужин.
– Месяц назад вернулся с орочьих островов, – рассказывал за столом Орл. – Уезжал на месяц, а застрял на несколько лет. И мне сказали, что ты погиб. Я начал наводить справки, выяснил, что ты жив, но сильно ранен. Потом я месяц ждал открытия портала.
– Я писал тебе, – сказал Эймет, – но письма возвращались.
– Люди, знавшие тебя, заверяли меня, что ты… это больше не ты, – альв покачал головой, – что от тебя осталось лишь жалкое подобие. Лгуны. Ты бодр и полон жизни.
– Они были не так уж неправы, – признался драк, – однако я смог всех удивить… и самого себя. Спасибо, друг мой. За то, что не поверил слухам и приехал.
Орл и Эймет оказались старинными приятелями. Альв заинтересовался планами драка. Он предложил помочь с обращением – поделиться магией и ускорить процесс восстановления ауры. Разговор друзей затянулся, и Юля ушла спать. Спустившись за кувшином с водой, он случайно подслушала продолжение беседы. Орл и Эймет говорили о ней.
– Значит, она вернула тебя к жизни? – задумчиво проговорил альв.