Страница 10 из 14
Изучив договор, она выпрямилась и покачала головой. Драки, хоть и были крючкотворцами в прямом и переносном смысле, к составлению бумаг подходили с ювелирной точностью, комар носа не подточит.
Госпожа Ребеер уныло допила остывший чай.
– Я так и думала, – сказала она. – Мне предстоит всю жизнь считать каждую монетку. Это сейчас я еще не такая дряхлая, а что будет дальше? Мой муж старше меня намного даже по драконьим меркам. Если он умрет, пенсия сократится до пары золотых «орлов» в месяц.
– Не спешите отчаиваться, – Юля улыбнулась. – Даже если вас съели, всегда есть два выхода.
– Как это? – удивилась дама, а вникнув в суть шутки, расхохоталась.
– Ну вот вы и повеселели, – одобрительно заметила Юля. – Я уверена, что в вашем случае есть, с чем поработать. Хотите, дам несколько советов?
– Конечно, – глаза у госпожи Ребеер загорелись.
– Нужно сначала проанализировать все ваши расходы и активы. Ну… посчитать, куда уходят деньги, и где можно эту реку перекрыть. Имеются у вас книги учета?
Вскоре Юля уже сидела над большой амбарной книгой. Цила даже успела немного поспать на тахте, пока шел анализ. Закончив, Юля сделала вывод:
– Ваша экономка вас обкрадывает. Она ловко ведет учет бюджета, но… Смотрите сюда. Сколько раз в день заправляются лампы?
– Два раза, утром и вечером, – ответила хозяйка дома.
– Всего три «жаворонка» сверх обычного расхода то здесь, то там. Можно было бы сказать, что это незапланированные утечки денег, масло пролилось или фитиль был слишком толстым и быстро прогорел, но такие же прибавки я вижу в закупке свечей, мыла, отдушки для постельного белья, цветов для украшения столов… И стирка белья. Та же прачка, которой пользуемся мы с Цилой. Поверьте, она берет намного дешевле, чем указано в отчете. Если подсчитать все прибавки, в месяц примерно выходит, – Юля продемонстрировала листок с цифрами, – двадцать серебряных «синиц».
– Двадцать?! При том, что я на себе каждый «жаворонок» экономлю! Вот же дрянь! – всплеснула руками госпожа Ребеер. – А мне ее чуть ли ни силой навязали золовки! Мол, чудо, а не женщина! Немедленно ее уволю и дам объявление в лавке! А еще лучше стану отныне сама следить за расходами! Это все моя доброта! Распустила слуг! Госпожа Ула, а если еще внимательно посмотреть? Может, найдется что-нибудь еще? – заискивающе спросила хозяйка дома.
– Найдется, – кивнула Ула. – Я согласна привести ваши дела в порядок за двадцатую часть от того, что смогу выкроить. Если, к примеру, я сэкономлю вам пять серебряных «орлов», вы отдадите мне двадцать «аистов». И это при том, что то будет однократный гонорар, а ваш доход увеличится на постоянной основе, если, конечно, вы будете придерживаться моих рекомендаций.
– Я согласна! – воскликнула госпожа Ребеер. – Только пять «орлов» сэкономить вряд ли получится. Хотя бы два.
Гостья только пожала плечами. На ее взгляд, все зависело от решимости хозяйки.
Юлю прежде всего интересовало, как избавиться от докучливых гостей. Притвориться больной? На долгосрочной основе не получится, золовки поднимут шум, им же хочется где-то распивать чай с дорогими пирожными. Просто выгнать приживалок? Скандал нанесет большой удар по репутации госпожи Ребеер, а драконьи традиции так вплетены в ее жизнь, что она может пострадать не только морально.
К удивлению Юли, решение подсказала Цила:
– А что тут думать? – сказала она, хмыкнув. – Госпоже нужно притвориться прихожанкой храма богини Афреи, покровительницы скромных. Мол, было видение, голос с небес. Богиня приветствует умеренность в поклонниках, дескать, все суета сует, поменьше болтай, побольше молись, а уж жрицы храма – просто аскеты. Там одних постов в год четыре строгих и шесть нестрогих. Драки Афрею любят, они не пойдут против. А госпоже нужно лишь время от времени ходить в храм, жертвовать небольшие суммы… да вести скромный образ жизни. Уж гостей-то точно каждый день не привечать, а если придут, пусть тоже… постятся, – Цила хихикнула. – Посмотрим, на сколько их хватит. Вы, госпожа Ребеер, как я вижу, и так по балам не ходите. Вам-то особо и жертвовать ничем не придется.
– И как я раньше до такого не додумалась? – прошептала хозяйка.
– Закрыть полдома, раз сдавать нельзя, – удовлетворенно кивнув, продолжила Юля. – Меньше расходов по уборке, да и в ваш новый образ жизни впишется. Сократить штат слуг. Без гостей и «принеси-подай» не нужно будет столько суетиться. А на три месяца уезжать из города. Даже на нашем Холме цены на продукты ниже, что уж говорить о деревне. И еще: советую вам, госпожа Ребеер, подумать о накоплениях. Часть того, что мы сумеем сэкономить, отнесите в банк.
Юля еще несколько дней каждый день посещала дом отказной жены. Ей удалось значительно сократить расходы домохозяйства. Зачем ставить в каждую комнату букеты цветов? Достаточно одного в гостиной или в спальне. Чай и мед дешевле покупать на Цветочном Холме, а за пару монет расторопный мальчишка-посыльный будет раз в месяц приносить все необходимое из бакалейной лавки.
Местные коммивояжеры, что ходят по домам и предлагают дамам цветочные эссенции и ароматное мыло, ставят на свой товар огромную наценку. Порывистые хозяйки хотят получить все и сразу и в результате переплачивают втридорога.
Юля сама с интересом обошла ближайшие лавки и нашла самые лучшие гигиенические товары, причем руководствуясь не дешевизной, а соотношением цена-качество. У госпожи Лианы мыльная вода дороже, но гуще, мягче и ароматнее. Хватает ее на месяц, а не на три недели, как у других торговок. Если брать сразу две бутылочки, выгода налицо.
В общем, всего за неделю госпожа Ребеер узнала много нового. Вскоре она сама научилась находить способы сэкономить, а родственницы-драки, которых она пару раз «во славу умеренности» угостила сухарями и скудным разговором с вкраплениями проповедей, отстали, не без некоторого уважения смирившись с потерей халявы.
Бюджет Юли и Цилы пополнился почти на тридцать «аистов» – Юле удалось сэкономить больше, чем пять «орлов». Теперь следовало задуматься о перестройке дома и инвалидном кресле для Эймета.
В договоре наследования на этот счет имелись особые условия. Они не предполагали переделки, такие как новые окна и двери. Юля была к этому готова, однако разочарование все же ощутила. Ей хотелось, чтобы Эймет свободно передвигался по дому и выезжал в сад.
Мастера из ближайшего цеха по производству мебели следовали ее указаниям: сплели сиденье из ивовых прутьев с удобной спинкой, обили колеса полосками плотной кожи. Конструкция была громоздкой, но кресло двигалось мягко и плавно.
В этом мире инвалидов тоже возили в креслах на колесах, но они больше напоминали детские коляски, которые толкались помощником. Юля понимала, что Эймету с его обостренным чувством независимости, такой вариант вряд ли понравится. Костыли драку тоже не подходили: его ноги абсолютно не держали тело, несмотря на то, что Цила несколько раз в день разминала усохшие мышцы.
К счастью, Цила вспомнила, что когда-то на первом этаже имелась дверь. Позже ее закрыли деревянной панелью. Панель отодрали, дверь открыли. Мастера сбили из досок плавный широкий пандус, Эймета переселили в комнату на первом этаже.
Нужно было видеть, с каким лицом он впервые выехал в сад, толкая колеса коляски мощными руками в специально сшитых кожаных перчатках. У Юли к глазам подступили слезы, когда она заметила, как жадно драк хватает ртом свежий воздух. А Цила откровенно зарыдала и обняла подругу.
На радостях девушки приготовили праздничный ужин. Утомленная переживаниями Цила ушла спать рано, утром она планировала продать последнюю партию сушеных овощей. Юля с Эйметом остались за столом вдвоем.
– Я хотел умереть, а теперь готов вцепиться в жизнь двумя руками, – признался драк, подняв на Юлю благодарный взгляд. – Спасибо тебе, Странница, кем бы ты ни была. Я верну долг.
– Забудь. Это пустяки.
– Нет, не забуду. И это не пустяки. Я сейчас не о деньгах, хотя и о них тоже. Это ты принесла жизнь в мой мир. И надежду.