Страница 127 из 153
Опрометчиво, глупо, нерационально: из-за планируемого хаоса в столице недвижимость сильно пострадает и подешевеет; в данный момент нужны горы золотых монет на многие ловушки; лучше унять гордость и арендовать жильё подешевле, а не покупать в пожизненную собственность несколько гектаров земли с элитной прислугой, обеспечивающей чистоту и порядок в доме-лабиринте.
Гордость — чертовски опасный порок, которому я стал подвержен. Если уж решил расширить жилище до восьми постоянных жильцов, то придётся соответствовать аристократическому статусу. Одному жить в какой-то степени хорошо, есть возможность ограничивать финансирование роскоши. С компанией уже сложнее, да и скоро должно произойти повышение звания до генерала.
До или после северной компании зависит от ситуации. Подобное звание накладывает пару ограничений. Простолюдину они незаметны, а вот среди аристократии пойдёт неприятная и трудно-контролируемая волна возмущения, если жилище генерала не соответствует надуманным кем-то стандартам.
Покупая новую недвижимость ближе к вечеру и оставляя всех девушек осваивать новый дом, я в одиночестве пошёл в сторону Имперского дворца. По пути то и дело думал, что всё моё окружение состоит из девушек. Тот же Бек и трое адъютантов находятся рядом только во время боевых действий. Если бы было деление на круги приближенных, то девушки вошли бы во внутренний, а остальные во внешний.
Добравшись до дворца, мною были приложены недюжинные усилия во время прохождения девяти кругов Ада. Приветствие победителя и прочие неприятности. Сотня жирных свиней в одежде чиновников, куча загнивших заживо офицеров, а также мерзкие чудовища трижды шире меня, считающие себя первыми красавицами Империи. Столько мусора меня давно не беспокоило, но главным хламом среди них по праву считается Хонест. Сообщая ему неприятную весть о смерти сына, можно предположить беспорядочную реакцию на плохие вести, но не разумный выход из ситуации: «плевать, новых наделаю». Тем не менее с виновниками он решил разобраться самым радикальным способом.
Натравливая на них десятую часть сил страны, в придачу к Демонам Ракшаса. Лекторат в стороне не останется, Хонест может сколько угодно верить мне на слово за счёт дисциплины Доминирование, но чиновники с кристально-чистым разумом потребуют доказательств. Их поможет раздобыть подобие инквизиции. Опытные лекторы отыщут тех, кому лучше всего всучить Шамбалу, чтобы сделать виновником инцидента пропажи группы террора.
Завершая разговор с Хонестом, я спустился с верхних этажей имперского дворца в подземелье. Разговор с разбуженным Стайлишом получился продуктивным, несмотря на его мешки под глазами и дикую сонливость. Если резюмировать, то скоро мир ждет технологический прорыв за счёт нахождения важных месторождений опасных ископаемых.
Остаётся недостаток в шахтерах. Обычных людей туда посылать смерти подобно, а выделять каждому из них защиту невозможно в нынешних условиях. Выходит, количество пленных вместо убитых после северной кампании вырастет с минимума до удовлетворительных значений.
Многие считают, что поиск магии и её совершенствование — это тяжелый, кровавый, ужасный путь. Но мало кто знает, что самой кровавой вещью в мире является наука. Она требует больше человеческих жизней в качестве топлива, чем любые дьявольские культы для жертвоприношений.
Убедить премьер-министра в пощаде рабочих рук проще простого, а на сильнейшую женщину Империи легко повлиять путем приказов свыше. Она им пока что безоговорочно следует. Приближаясь к военной площадке по подготовке солдат к сражению с северянами прямо чувствовалась зловещая, в каком-то роде гнетущая аура — леденящая душу. У Эсдес явно плохое настроение, и моя интуиция подсказывает, что её ненависть частично или полностью направлена сугубо на мою персону.
Глава 67
До утра оставалось не более тридцати минут. Политические дела и дворцовые интриги отнимают непростительно много времени, как и передвижение по огромной столице. Буквально час назад вышел в кромешную тьму, а уже вампирская натура предвкушает появление первых лучиков солнца.
Дворяне новый день встречают с радостью, а вот крестьяне с тяжелым вздохом и горой новой работы. Отнюдь не делающей их богатыми, иной раз едва ли позволяющей набить желудок половине семейства из-за непосильных налогов Империи.
Блуждая в полумраке по лагерю боевой подготовки, я наткнулся на источник возмущений в ауре. Если, конечно, жажду крови Эсдес можно назвать подобным явлением. С легкой улыбкой моё присутствие практически растворилось, шаги стали бесшумными, а путь пролежал только к соседнему месту на скамейке. К моему удивлению, меня смогли обнаружить в самый последний момент перед тем, как я уселся рядом.
Облокотившись о каменистое здание, я сохранял всё те же настрой и выражение лица. Правда тишина не продолжилась слишком долго. Встреча любовников после месячной разлуки подобна бушующему урагану. Его сильные порывы ветра устремились ко мне в лицо, вместе с утонченной ножкой девушки в прекрасных белых чулках.
— Весело у тебя тут, — наклонившаяся голова помогла мне уйти от коварного удара. Едва ли можно сдержать улыбку от такого приветствия. Обычно возлюбленных воинов встречают радушно и благодарят судьбу за то, что она подарила голубкам этот прекрасный момент. Но не то, чтобы наши отношения или чувства можно назвать обычными.
— Франсиско, — убирая ногу обратно на землю и поправляя фуражку, ко мне обратилась Эсдес. — Одно письмо с вопросом о погоде в столице за месяц, — брови девушки задергались, а дыхание больше напоминало разъярённого быка. — Какую пытку предпочитаешь принять первой? — скрещивая руки между собой, она приподняла подбородок, и яркое сияние её голубых глаз приготовилось прожечь во мне дыру. — И что же ты молчишь?
— Так я молчу, не зная, что сказать. Не оттого, что сердце охладело. Нет, на мои уста кладёт печать — моя любовь, которой нет предела, — изменяя голосовые связки на более приятные для женского слуха, я частично процитировал куплет из стихов Шекспира.
— Так ты теперь поэт, — дьявольская улыбка слабо помогала в чтении противницы, а вот циркуляция энергии по телу давала ясно понять, что меня с вероятность в семьдесят процентов попытаются заморозить заживо.
Причём — второй раз за год.