Хякки Яко

Теперь в скорости они были равны, монстр стал проворнее и легче, а сам Такеши прибавил в весе, однако сохранил подвижность, меняя доспех прямо на ходу, однако это мало что значило, ведь когда пасть монстра сомкнулась на его туловище он лишь обломал свои зубы, о кости что уже давно стали куда прочнее любых сплавов и стали. В ответ Такеши нанёс свой удар. Вокруг его кулака образовался прозрачный шар, едва заметно светящийся тусклым белым светом. Спустя миг Кулак Восьми Импульсов встретился с телом чудовища и мир вновь содрогнулся. Только начавшийся было разгораться пожар буквально сдуло, а сама тварь, с пронзительным визгом улетела прочь, на ходу теряя кровь и внутренности. Бросившись следом, Такеши в мгновение ока пролетел конусообразную просеку, что растянулась на несколько десятков метров. И вновь нагнал своего противника… Что вновь стремительно менялся, становясь больше и шире, прямо на ходу обрастая многочисленными костяными наростами. Однако давать чудищу время на преображение шиноби не собирался. Он уже достаточно наигрался, пора и честь знать. В то же мгновение Такеши оказался близ монстра, а если точнее — прямо над ним. Созданная за секунду до этого техника уже подействовала, сковав тварь по рукам и ногам. И пусть каменные оковы уже трескались и крошились, от обрушившегося на них давления, это было неважно, ведь на тварь уже низвергся сияющий белым светом кулак, а за ним другой, и ещё один, и ещё… Земля стонала и выла, изгибаясь и треская на сотни метров вокруг, словно землетрясения Такеши обрушился на врага… Что упорно отказывался умирать. Он уже не видел ни леса, ни гор, всё продолжая вбивать тварь в земляную воронку, что уже могла сойти за приличных размеров озеро, вот только вместо воды по его дну стекала маслянистая чëрная кровь и шматы дурнопахнущего мяса.

Монстр ревел, выл, скулил и лаял, не переставая менять свою форму. Он становился большим и маленьким, гибким и прочным, облики менялись один за другим, но сметающие всё на своём пути удары, океаны огня, что переодически вырывались из рта шиноби, а так же оковы земной тверди просто не давали ему шанса на спасение. Наконец, спустя ещё десяток ударов монстр затих. Его нынешняя форма походила на смесь улитки с кальмаром, раковина которого была разбита на осколки, тем самым являя миру склизкое желеобразное тело, не подающее признаков жизни. Слегка отдышавшись Такеши подивился: Кулак Восьми Импульсов крайне затратная и одновременно крайне сильная техника, и представить чтобы кто-то кроме Кагуя мог столь долго выживать под её напором, меж тем борясь с пламенем и удушьем земли… До этого момента он сказал бы что подобное просто невозможно.

— Такеши-сан! Вы закончили? — послышался сверху голос Нобу.

— Да, сейчас подни…

— Такеши-сама! С вами всё в порядке⁈

Спустя мгновение группа шиноби в миг очутилась у края исполинского кратера и ровно как и их лидер с недоумением уставилась на человеческую фигуру, с которой медленно сползали остатки монстроподобной личины.

— Это… как? — раздался терзающий всех вопрос.

— Понятия не имею, — медленно проговорил аловолосый, — Но точно знаю одно, нам необходимо доставить его к отцу. Его это явно заинтересует.

И всё же судьба явно на его стороне, довольно скалясь подытожил Такеши.

В просторной гостиной, за обеденным столом собралась большая семья. Дети и внуки, зять и невестки, зал утопал в искреннем детском смехе, тихих разговорах и просто уютном молчании. Картину портило только одно пустующее место во главе стола, но Умеко лишь тихо вздохнула, подавив грусть. Он бы не стал опаздывать просто так, уж что, а подобные семейные сборища её муженëк любил едва ли не больше чем она сама, а значит это что-то действительно важное, что-то значимое для всего Клана, ибо Тэкеши всегда был готов пожертвовать личными амбициями ради семьи, пожалуй только ради семьи.

— Мама, — тихо обратилась сидящая рядом с ней Акико, чуть тряхнув хвостом алых волос, — Ты не знаешь, когда Отец вернëтся?

— Я? — весело улыбнулась Умеко, — Откуда, я всего лишь его жена! Лучше спроси у Изаму, вот уж кто в курсе, я уверена!

— Мам! Я серьёзно! Это важно.

Тон дочери, а также навостривший уши сын явно давали понять что дело не чисто. Однако Умеко решила не выпытывать у этих двоих что они задумали, пока что. А потому ответила честно и без утайки:

— Я не знаю милая. И никто не знает. Обычно ваш отец всегда точно называет время своей отлучки и возвращается в срок, однако, раз он задержался, значит у него получилось.

— Получилось что? — подал голос Такеши.

— Что-то, — спокойной ответила она ему, — Над чем бы он ни работал, какую бы технику не создавал в тех горах, он определëнно добился успеха, а потому теперь, пока не наиграется с новой игрушкой и не вспомнит о том, что дома его ждут прекрасная жена, любящие дети и целая гора обязанностей и разбирательств.

— И как долго это будет продолжаться? — поникнув головой задала свой вопрос Акико.

— Понятия не имею. Может день, может два, а может и месяц. Ваш отец натура увлекающаяся и очень могущественная. Это даёт о себе знать.

— А ты случайно не знаешь где он, — изображая праздный интерес поинтересовался её отпрыск.

— Абсолютно не случайно знаю. Но вам это зачем, дорогие мои?

— Надо, — хором ответили эти двое и с недоверием покосились друг на друга. Эх, а ведь каких-то двадцать лет назад, когда их соперничество стало перерастать в настоящую вражду Тэкеши хорошенько всыпал этим двоим, а после отправил разгребать навозные кучи, что оставляли после себя первые попытки их Клана обзавестись домашним скотом, разумеется без использования чакры, за чем сам Тэкеши не поленился следить.

Чего дети не знали, так это того, что в ту кучу свозили нечистоты со всего Клана, вместе у них возможно и был бы шанс убрать её до заката, как того требовал их Отец, но порознь, тратя часы на ругань и споры, нет… А мусор всё привозили, и куча росла день ото дня, несмотря на всё их старания. Лишь спустя пару-тройку дней проведëнных на помойке они поняли чего от них требовал Тэкеши, и лишь только через неделю смогли договориться друг с другом и разобрать ту грешную гору из нечистот, запах от которой отравлял всё на километры в округ.

С тех самых пор их соперничество остаётся именно что соперничеством, меж братом и сестрой, по меркам Кагуя, конечно, но разве им нужны иные мерила?