Страница 207 из 409
Самое паршивое в происходящем было то, что я банально не знал что именно меня так тревожит, точнее я прекрасно осознавал, что проблема кроется в словах Хагоромо о том кто я, но причина по которой это меня так задело, ускользала от моего понимания или же я от неё, но сути это не меняло. Я отчаянно нуждался в возможности проветрить голову, встряхнуться, хоть немного, а потому, когда Тобирама объявил о совей сумасбродной затее, немедленно обрадовал его фактом собственного непременного участия. Хотя, положа руку на сердце, сама идея никакого положительного отклика у меня не вызывала.
Новоиспечённый Второй Хокаге довольно резво взялся за исполнение своих обязанностей.
Получив не только фактическую, но и формальную власть и вместе с ней право распоряжаться судьбой Конохи, Тобирама начал претворять в жизнь свои идеи, некоторые из которых, вроде увеличения времени обучения в Академии до пяти лет, или же назначение Клана Учих ответственными за внутреннюю безопасность Деревни, я более чем одобрял и поддерживал.
Первое было жизненно необходимо, потому как пусть жёсткий курс обучения и был отменён по окончанию Первой Войны, за ненадобностью, но вот сокращённый срок обучения до сих пор оставался в силе, во многом потому что Конохе, как и всем прочим Великим Деревням, в срочном порядке требовалось нарастить численность собственных войск до былых размеров, заменив многих павших свежими поступлениями, а проделать подобное быстро и не в ущерб качеству едва ли было возможно, а потому, ради такого дела я не поленился лично прийти на очередное заседания Совета Кланов, где про меня уже стали забывать, и высказался за.
Второе же решение Тобирамы многие называли спорным, но лично я не видел в нём никакой проблемы. Надзирать за порядком в пределах Листа было необходимо, причём едва ли не больше чем за его стенами. При этом, надо понимать, что для подобной роли надзиратели должны были обладать как внушительной личной силой, так и высоким авторитетом, и Учихи на эту роль более чем подходили, при том что Сенджу были заняты на охране Границы, а мои соклановцы заведовали Госпиталем и большей частью производства и мануфактур.
Однако, если со всем выше названным я был более чем согласен, то вот другие решения Тобирамы откровенно выводили меня из себя. Чего только стоит его «Киндзюцу»! Сам факт запрета не только на применение, но и на распространение не малой части техник ставил меня в ступор, при том что под запрет попала и Техника Восьми Врат, что вот уже шестьдесят лет является обязательной к обучению в Клане, и целый разделы Фуин, которые запрещено было не то что продавать, но и создавать для личного пользования.
Помниться, в тот вечер я долго спорил с этим седовласым бараном о том, какую же дурость он натворил, но пусть наши отношения заметно выправились за последние лет десять, слушать меня этот упрямец не пожелал, разве что выписал разрешение для членов моего Клана, на практику и развитие отдельных Запретных Техник, и то лишь потому, что выбора как такового у него особо не было.
Не нашла в моей душе отклика и нынешняя затея молодого Каге, ради воплощения которой мы и припёрлись в такую даль. Заключение союза с Облаком казалось мне откровенным фарсом, ибо никаких гарантий соблюдения достигнутых соглашений, кроме как пары ничего не значащих бумажек и ничем не подкреплённых слов, ни одна из сторон дать не могла. Так какой в этом всём смысл? Впрочем, самой возможности развеется и чуть побродить за пределами Страны Огня я был рад, и лишь ради этого согласился сопровождать Тобираму в его провальном походе… Ну и Хаширама просил, всё же безопасность брата его сильно беспокоила, и не сказать чтобы беспричинно.
Ситуация в мире, с одной стороны, была довольно стабильной — Какурезато зализывали раны и прожигали награбленное за время войны, отстраивая разрушенное и восстанавливая потерянное. При этом заказов хватало на всех, ибо за годы постоянной резни, разной швали расплодилось немеряно, да и мутировавшее зверьё, до которого долгие годы никому не было дела, повадилось периодически вылезать из леса и жрать кого не попадя. Потому миссий на сопровождение, устранения и очистки территорий хватало, особенно если учитывать тот факт, что и самих шиноби стало на порядок меньше. Однако такая идиллия продлится ещё в лучшем случае лет пять-десять, ведь как я уже ранее упоминал, каждая Деревня Шиноби спешно наращивает свой боевой потенциал, стремясь обеспечить себе хоть какой-то гарант стабильности, при этом плодя всё больше шиноби, которым также необходимо что-то есть. Уже сейчас, по прошествии, без малого, пятнадцати лет с момента подписания мирного соглашения между Пятью Великими Деревнями Шиноби, успело вырасти три новых поколения, а потому совсем скоро нам вновь станет тесно, а значит желание подвинуть соседа начнёт всё чаще появляться в головах излишне ретивых, а дурные мысли, как известно, заразны.
К тому-же, нельзя не брать во внимание тот факт, что во всех Пяти Деревнях сменился Каге. А значит каких-либо предубеждений по поводу очередного витка резни никто испытывать не будет, более того, новому вожаку жизненно необходимо показать свою силу, ум и удачу, наглядно продемонстрировать всем чего он стоит, и почему именно он восседает на вершине, иначе просто не бывает.
Ко всему вышесказанному добавляется ещё и то обстоятельство, к которому я, в своё время, лично приложил руку, а именно — полная боеспособность Облака и Песка, что пусть и понесли в прошедшей войне внушительные потери, но вместе с тем и закалили выживших. Именно у этих Деревень, на ряду с Конохой, самая большая прослойка опытных шиноби, а прошедшие годы нарастили поверх этого костяка изрядное количество мяса, в лице новобранцев и прочих неофитов.
Особняком в этой ситуации стоят Камень и Туман.
Первые понесли просто катастрофические потери и наличие закалённых в боях воинов не перекрывает их ничтожно малой численности на фоне остальных Скрытых Селений. Пятнадцать лет мира конечно повлияли на ситуацию лучшим образом, но даже до былого уровня сил Камню ещё лет десять восстанавливаться.
Туман же в Войне в принципе не участвовал, и в этом кроется как внушительное преимущество, так и изрядный недостаток.