Страница 21 из 58
Посмотрел минут пять на футбольный матч — а чего, двое-трое парнишек вполне достойно играли, на уровне молодёжного состава нашего многострадального Локомотива. Но тут ко мне подошёл Волобуев, он же Бык, и у нас завязалась такая бессистемная беседа.
— Привет, Палыч, — запанибратски обратился он ко мне, а я не стал его поправлять, хрен с ним, а просто ответил:
— Здорово, Игорёк. Как жизнь?
— Бьёт ключом, — хмуро отговорился он и тут же перепрыгнул на более насущную тему, — я всё никак не пойму, что с нами в той трансформаторной будке случилось? Курить будешь? — и он предложил мне сигарету из пачки Родопи.
— Не курю я, — отмахнулся я, — а в будке видимо какая-то защита сработала. Ты где, кстати, очнулся после этого?
— Вот здесь вот, — махнул он рукой в сторону скамеечек перед сценой, — через два часа после этого…
— Что-нибудь помнишь из этих двух часов?
— Не, совсем ничего, — потряс он головой.
— У меня то же самое, — признался я и тут же добавил, — вот что я тебе скажу, Игорь — мы с тобой сдуру влезли туда, куда не следует. И самое лучшее, что мы можем сейчас сделать, так это забыть про ту будку, как про страшный сон.
— А больше всех Жмене досталось, — всё-таки добавил он свои пять копеек в тему, — теперь его из психушки до гроба не выпустят.
Это ещё бабушка надвое сказала, выпустят или нет, подумал я, но сказал другое:
— Так что давай прекращай разговоры про эту будку, а то за Жменей проследуешь…
На лице Волобуева явно обозначились следы понимания ситуации. Он кивнул и отошёл в сторонку, а его место быстро заняла Аллочка с неизменным Обручевым под ручку.
— Футболом заинтересовались, Антон Палыч? — игриво спросила меня она.
— Не так, чтобы очень, — отвечал я, — просто мусор выбрасывал, вот и задержался на улице… с целью воздухом подышать.
— А что, мусорка уже приезжала? — озабоченно переспросил Обручев. — Она же после семи обычно бывает…
Для читателей, незнакомых с советскими реалиями утилизации твёрдых бытовых отходов, напомню, что мусорных баков возле хрущёвок никогда не стояло, а обитатели этих хрущёвок выкидывали свои отходы в специальные мусоровозы. Они обычно дважды за день приезжали, утром и вечером, и к их приезду собирались приличные толпы местных обитателей.
— Я к соседнему дому ходил, — отговорился я, показав на такую же хрущёвку через дорогу, — там на час раньше мусорка приходит.
Обручев понимающе кивнул, но Алла всё никак не собиралась успокаиваться.
— Антон Палыч, — всё с теми же заигрывающими интонациями продолжила она, — я заметила, что Софья Павловна начала косметикой пользоваться…
— И что? — тупо отреагировал я на эти слова.
— А то, что влюбилась наверно, — сообщила она с радостным смешком. — Интересно, в кого это?
— Не знаю, Аллочка, — вздохнул я, — а гадать не буду. Ну я надышался воздухом, пока.
И я отправился домой решительным шагом, размышляя по дороге о том, что будет, если Алла окончательно расшифрует наши с Софьей отношения. Ничего не придумал, плюнул и налил себе полстакана водки типа Коленвал…
-----
Никто, насколько я смог проконтролировать, Софью не заметил, поэтому примерно через час я таки осуществил свою давнюю мечту и помыл её под душем… а потом она меня… а ещё через полчаса она задала мне неожиданный вопрос, уперев руку в щёку:
— Что-то многовато вокруг тебя странных событий происходит, Антоша, тебе не кажется?
— Креститься надо, если кажется, — попробовал увильнуть я, но не сумел, пришлось развернуть ответ в более подробном виде. — Бывают такие люди, которые буквальным образом притягивают разные неприятности. Как магнит гвозди. Я наверно из их числа.
— А что там у тебя с этим Жменей произошло? — продолжила допытываться она, — что он с ножом по улицам начал бегать?
— Не знаю, — достаточно честно отвечал я, — минут десять мы разговаривали спокойно, а потом у него что-то в мозгу, видимо, щёлкнуло, вот он и начал на людей кидаться.
— А о чём вы говорили эти десять минут? — никак не желала успокаиваться она.
— Да всё о том же, — вздохнул я, — про его заяву в ментовку и как жить дальше…
— А он правда что это… ну что он гомосек?
— Наверно, — ответил я, мне этот разговор уже начал надоедать, — я не проверял. Ты мне лучше расскажи, что там у тебя за отношения с нашей чертёжницей?