Страница 92 из 105
-Ох, - тяжело вздохнула Вальпурга. - Все забываю, что из-за одного... маразматика ты не получил подобающего воспитания и образования. Так что временами - просто не знаешь элементарных и общеизвестных вещей, о которых не говорят, "потому что все и так знают". Хотя, надо сказать, в большинстве случаев ты ведешь себя так, как и подобает Главе Дома, - внутренне я поблагодарил леди Аметист. Ведь она не только вернула меня к жизни, но и дала знания и опыт общения, которых я был лишен в прошлой линии реальности. - Так вот... Печать Предателя крови - налагается Главой Дома за деяния, нарушающие всяческие границы. К примеру, та же Молли Прюэтт была подвергнута наложению Печати, когда при помощи зелий добилась расторжения помолвки Артура Уизли с Арабеллой Розье, впоследствии - миссис Элмер Нотт. Глава семьи Прюэтт, получив проклятье от Розье, и общее непонимание своих и дочери действий, признал ее Предательницей крови.
- Но разве так делают? Ведь... - Я вспомнил фирменные конфеты "от Ромильды", которых еще не было, но которые отнюдь не привели к какому либо осуждению воспользовавшейся зельем девушки.
- Зелье зелью - рознь, - покачала головой Вальпурга. - Какие-то приведут к осуждению того, кто ими воспользовался, за другие - погрозят пальчиком, а некоторые и вовсе воспримут как шутку, возможно - неудачную. Но Молли использовала для своего зелья некоторые ингредиенты, которых не должно было быть. Кое-что из запретного. Уже в то время ходили слухи, что Темный лорд не отдавал приказа убить Фабиана и Гидеона Прюэтов, и что это сделал кто-то, кому не понравилось, что в распоряжении семейства Прюэт есть ингредиенты, использованные Молли. Вот их и стали выбивать, пользуясь тем, что шло Восстание Темного лорда, и подобные вещи приписывали ему, не проводя хотя бы минимального расследования. Так что вопрос тут даже не в зелье, которым Молли привлекла Артура, и даже не в сорванной помолвке и нарушенных обязательствах... Молли собственную семью подставила под удар - и за это получила Печать. Ну и Артур заодно с ней. История и с его стороны была... не очень красивой, и привела к тому, что семья Уизли лишилась побочной ветви, старший наследник - пропал, а младший брат Артура - стал сквибом.
- А можно - подробнее? - заинтересовалась Гермиона.
- Боюсь, что нет, - покачала головой Вальпурга. - Понимаете... тогда это все было на уровне слухов и общеизвестных сплетен, а подробностями я тогда не интересовалась, и, соответственно - не знаю сейчас.
- То есть - вполне может быть, что и не так все было? - вывод Гермионы был неопровержим.
- Вполне может, - согласилась Вальпурга. - Достоверные факты в этой истории - разрыв помолвки с Розье и наличие Печати Предателя крови и у Молли, и у Артура. Ну, и то, что они поженились - тоже факт. Остальное - домыслы, догадки, слухи...
- А что, собственно, эта печать делает? - спросил я.
- Ничего, - ответила Вальпурга, едва не заставив нас с Гермионой пробить челюстями пол. - Она просто есть. И видна любому более-менее квалифицированному магу. А дальше... С носителем Печати мало кто хочет иметь серьезные дела - если уж он собственную семью, родную кровь предал, то кто даст гарантию, что он не поступит также с посторонним? Вот и получается, что, как Дамблдор не старался, продвинуть Артура получилось только в начальники никому особо не интересного отдела с мизерной зарплатой и единственным подчиненным. Думаю, даже если Темный лорд придет к власти - Артур так и останется начальником отдела. Потому как на его место очереди желающих отнюдь не наблюдается. Молли... Как я уже говорила, она уже в школе была неплохим зельеваром... Могла бы даже стать Мастером - квалификация у нее соответствовала. Но в Гильдии ее откровенно прокатили. И ни одна аптека или лавка не берет ее зелья на реализацию. Даже те, что расположены в Лютном и имеют... соответствующую репутацию. Вот и сидит домохозяйкой. А вот у их детей, хотя их и называют "семейкой Предателей Крови" - Печати нет. Но репутация и у них все равно та еще. Вот Чарльз и уехал от Британии подальше, а Уильям - смог найти работу у гоблинов, и тоже большую часть года обретается где-то в жарких странах, куда квалифицированного взломщика проклятий калачом не заманишь, и занимается довольно-таки опасной и не слишком приятной работой.
- Понятно... - вздохнула Гермиона. - Боюсь, что мне пора...
Не давая ей закончить, я протянул руку, и взял из воздуха свою саблю.
- За оружием следует ухаживать, - напомнил я наши договоренности, не желая отпускать девочку слишком быстро. К тому же ветра варпа намекали мне, что никаких проблем у Гермионы из-за моей выходки не будет. Конечно, Луна смогла бы рассказать подробнее... Но Луну я позову позже. Ведь за ней тоже следует поухаживать...
Лаская обнаженную Гермиону прикосновениями оружейной смазки, я чистил никогда не загрязняющийся клинок. Девушка млела под моими руками, наслаждаясь происходящим.
- Эй, а я? - возникли в моем разуме слова кистеня, по своей воле очутившегося у меня на поясе.
- И ты, конечно же, - улыбнулся я, заканчивая с Гермионой, и переходя к обслуживанию Луны. Гермиона же приняла свой второй облик, и прижалась к моей спине, положив голову мне на плечо и наблюдая, как я ухаживаю за ее подругой.
Когда я закончил с процедурой ухода за оружием и отпустил девочек, ко мне в комнату, предварительно постучавшись, зашла Трикси.
- Глава, - произнесла она, опускаясь на колено и прижимая правую руку к сердцу, - я прошу уточнить отношение Дома к конфликту Темного лорда и Дамблдора...
- Встань с колен и устройся поудобнее. Вопрос не так прост, чтобы его быстро изложить. Дамблдор... - вздохнул я. - Светлый. Местами даже добрый. Вот только есть несколько небольших проблем... И то, что его планы моего выживания не предполагают - наименьшая из них.
- А наибольшая? - заинтересовалась Трикси.
- Наибольшая... - я скривился. - Слышала такое название: "Звездный"?
- Что?! - судя по восковой бледности, залившей щеки бесстрашной чародейки, она это название слышала.
- Ага. Вижу - знакомое имя, - я усмехнулся. - И его удар маячит в нашем будущем... Хотя и не так сильно, как тогда, когда ты убила меня в прошлый раз...
Трикси дернулась было, чтобы отрицать, что когда-либо убивала меня. Но потом искра понимания мелькнула в ее глазах.