Страница 23 из 105
-- О, не стоить беспокоиться, -- по-доброму улыбнулся Дамблдор. -- Я попрошу ее подойти сюда прямо сейчас... Разумеется, если у тебя нет никаких других планов? -- он вопросительно посмотрел на меня.
Вообще-то, планы у меня были. Но поскольку заключались они в основном в том, чтобы погулять с девочками, то представить их в качестве оправдания нежелания встречаться с профессором -- было бы не слишком мудро.
-- Ничего такого, чего нельзя было бы передвинуть, -- вздохнул я.
-- Тогда я приглашаю профессора Трелони в башню Гриффиндора! -- провозгласил директор.
Легкий, на грани слышимости, хлопок возвестил о том, что домовик, услышавший приказ, отправился исполнять порученное.
Трелони появилась через десять минут, которые мы провели в обсуждении программы Защиты от Темных Искусств. В частности, меня очень волновало определение этих самых "темных искусств". Ведь можно было сказать, что, связавшись с демнессой из варпа и прилекши внимание Вечной Леди -- я сам стал темным магом и все глубже погружаюсь в трясину тьмы и зла... К моему удивлению, выяснилось, что понятие "темные искусства" определяются не столько физическим, сколько юридическим образом. То есть, заклятье, зелье или же существо могут быть как "темными" так и "не темными" в зависимости от того, какую позицию по этому вопросу занимает в данный момент министерство и Визенгамот. В частности, во время войны даже Три Непростительных рассматриваются как допустимые к применению. И Краучу-старшему пришлось не столько пробивать "исключение для авроров", сколько выбить из Визенгамота решение, объявляющее Волдеморта -- врагом, а происходящие события -- войной. В такой ситуации аврорат автоматом получал разрешение применять Непростительные, причем не только для самообороны, но и для "добычи информации, способной спасти множество жизней". Да и прославившая Дамблдора дуэль с Гриндевальдом -- велась отнюдь не на экспеллармусах и ступефаях.
Трелони постучала в портрет Полной Дамы как раз тогда, когда Гермиона с горящими глазами, вытрясала подробности дуэли из главного и единственного доступного свидетеля. К сожалению, возможности проверить правдивость показаний у нас не было, а из рассказанного директором -- рисовалась прямо-таки эпическая картина, достойная комиссара Каина*.
/*Прим. автора: серию Сэнди Митчелла о комиссаре Каине -- очень рекомендую*/
Дамблдор вздохнул с явным облегчением, и взмахом руки открыл проход. Сибилла Трелони, профессор Предсказаний Хогвартса ничуть не изменилась с того времени, как я видел ее в последний раз, разве что стала немного моложе.
Я пригляделся. Лазурный ветер варпа, игривый и непостоянный Азир действительно сопутствовал предсказательнице. Впрочем, это и так было понятно по воспоминанию о том, как она уже не предскажет побег Питера. Хотя... кто знает? Нет Судьбы! Поскольку мне об этом рассказывала подданная Архитектора Судеб -- приходится признать, что она знает, о чем говорит.
-- Гарри Поттер! -- замогильным голосом начала Трелони. Впрочем, мне сразу стало ясно, что ни в каком трансе она не находится. И даже если бы я не ощущал присутствия разноцветных ветров -- для понимания достаточно было вспомнить, как она говорила, что "Темный лорд одинок и покинут..." -- Знаки вещают тебе великую судьбу! И говорят о больших способностях, которыми ты обладаешь, и которые мог бы развить... Тебе следует записаться на курс Прорицаний, иначе ты можешь упустить собственную Судьбу!
Я усмехнулся и притянул к себе Гермиону. Луна же подошла сама и обняла нас. Вся эта композиция должна была показать, что свою-то судьбу я ни в коем случаю не упущу... раз уж поймал. Дамблдор неодобрительно покачал головой. А несколько взглядов девочек из толпы гриффиндорцев по своему воздействию были вполне сравнимы если не с авадой, то с круциатисом. По крайней мере, желания причинять боль в них было столько, что произнеси они нужное слово -- и заклятье имело все шансы сработать.
-- Гарри, -- улыбнулся Дамблдор, -- возможно, тебе стоит продемонстрировать свои способности профессору Трелони?
-- Разумеется, -- ответил я, закутываясь в сияющий, искристый туман, что носит имя Азир. Благо, Луна была рядом, и лазурный изменчивый ветер никогда не отказывался поиграть с ней. Впрочем, золотой Чамон, привнесенный в нашу компанию Гермионой, не пытаясь вытеснить лазурь, отнюдь не собирался сдавать своих позиций. -- Профессор Трелони, -- начал я вещать, -- в 95-м, а может быть и в 96-м году, зимой, или ранней весной, Вас уволят с поста преподавателя Предсказаний, а на ваше место возьмут существо с шестью конечностями... или семью... Профессор Дамблдор, хвост -- считать за конечность, или нет?
Сибилла Трелони злобно зыркнула на меня через огромные очки.
-- Видения будущего всегда трудны для понимания. Директор Дамблдор, Вы знаете, я редко ошибаюсь, но в данном случае я ошиблась. У мальчика нет никаких способностей к Предсказаниям.
Глава 18. Интерлюдия. Диалоги о природе вещей
Двое мальчишек сидели на подоконнике в коридоре Хогвартса, настороженно поглядывая по сторонам.
-- Драко, -- спросил темноволосый, убедившись, что коридор пуст, -- а почему ты не стал собирать вокруг себя больше девочек? Вон, Забини к себе стянул почти всех слизеринок...
-- На два дня, Тео, на два дня, -- усмехнулся его собеседник. -- А потом -- огреб от всего гарема разом, да так, что до сих пор к нему ни одна девочка не подходит. И это если не считать того, что почти неделю пролежал в Больничном крыле. Я и то временами сильно жалею, что пошел на поводу у гордости... Как же, у меня, да не будет больше, чем у Поттера?! Вот и стал ухлестывать за обеими сестренками Гринграсс разом.
-- Так вроде у тебя все и получилось? -- удивился темноволосый. -- Вы почти и не ссоритесь, не то, что остальные.
-- "Почти", -- фыркнул Драко. -- Это вот Поттер -- хитрый. Подобрал себе подружек так, что они друг друга чуть ли не так же, как его самого любят, вот и наслаждается... Хотя мог бы и побольше гарем набрать. Под него бы любая легла... -- мальчишки переглянулись, как будто были посвящены в какую-то высшую тайну, недоступную "обычной мелюзге". Правда, не сказать, чтобы они действительно знали что-то... но, по крайней мере, они догадывались, что тайна -- есть, и что хождением под ручку отношения с девочками отнюдь не исчерпываются. -- Хотя его от других Лавгуд и Грейнджер охраняют. Недавно Ромильда Вейн к ним прибиться попыталась, так ее так обшипели с головы до ног, что она до сих пор по коридорам ходит, вздрагивая, и за угол не заворачивает, а сначала осторожно заглядывает.