Страница 30 из 85
— Любой работы не бояться, учиться, куда руки разрешат приложить. Помогать с волонтерами, эти программы тоже будем начинать. В городе куча мест, где правительство не успевает дыры штопать. А мы в том районе живем, для нас соседи — не чужие. Поэтому постараемся поучаствовать в решении реальных проблем... Кстати, насчет учебы. Если оценки будут плохие, то я вынужден буду отказать в посещении клуба. Инагава-кай хочет, чтобы ее дети росли умными, поступали на учебу в университеты. Клану нужны грамотные и разносторонние специалисты. А какую дорогу ты потом выберешь — это уже сам решишь.
Кивает. Что же, вот и еще одна ниточка в горизонтальных связях в клане. Львиную часть мелких проблем так и решают, кстати. Кто-то кого-то в другом районе знает, по мелочам боссов не дергает, напрямую связывается. А я Ватанабэ-сан должен.
Лезу в карман, достаю визитку. Это спасибо Тошико Ямаде, озаботилась. Теперь у клуба собственные карточки появились — герб, название, телефонный номер и адрес. На телефоне пока автоответчик, секретаря нет. Но нам и так сойдет. Вечером рядом с телефоном бармен будет ошиваться, если что — трубку поднимет.
— Тогда жду тебя завтра, часов в десять. Я в клуб заскочу и ребят предупрежу. Возьми с собой сменную одежду. Помыться там есть где, просто запросто можешь уляпаться. Вчера, например, один из бойцов ведро с побелкой умудрился на себя опрокинуть.
Когда уже собирались уходить, аккуратно интересуюсь:
— Ватанабэ-сан, вы не слышали, кто этот бардак в парке организовал? Название конторы мелькнуло, какая-то “Чуби-пауэр”. Но деталей пока нарыть не удалось.
— Нет, Тэкеши-сан. В районе на информацию тут же наложили лапу сначала полицейские, потом туда набежали вояки и люди из канцелярии. Прямо сейчас копать опасно, все злые и дерганые. Но ты не волнуйся, люди у меня есть, кто обязан. Информация рано или поздно протечет. Мне самому интересно, кто это такой наглый, что осмелился на Семью напасть.
— Буду обязан, если поделитесь новостями.
— Обязательно. Вот мой номер, звони, если что-то нужно будет.
— Домо аригато, Ватанабэ-сан. Как запустимся, позову в гости. Сейчас там пока пустой ангар, обживаемся.
— Как мои вернутся, так и заеду. Где-нибудь в следующем месяце. Кроме соков для молодежи чем хочешь угощать?
— Пиво будет, лицензию уже получили. Две местные пивоварни готовы крафтовое предлагать. Я в этом не разбираюсь, но любители на мотоциклах порычать глаза закатывают, как название произносишь.
— Тем более буду.
Хорошо посидели. Плодотворно. Теперь можно и домой. Время к ночи, на завтра опять воскресенье расписано. А нам еще час пыхтеть. За медитацией время пролетит быстро, само собой. Но я бы предпочел телепортом воспользоваться. Жаль только, что не изобрели его пока. Всякой дурнины типа ковыряния в мозгах напридумывали, а такую утилитарную вещь — никак не могут. Вот и считай после этого абэноши полезными для народного хозяйства. Шарлатаны, эх...
Хорошо утром. Половина седьмого, солнышко уже небо раскрашивает, птички друг другу высказывают наболевшее. Из приоткрытой двери еле слышно доносится храп. Опекун вчера вечером был доволен до невозможности — с кем-то из коллег нашел крохотный пруд, где можно порыбачить. Не знаю, что там в луже плавает, но с пивом и удочками они отлично посидели. После того, как моя рожа помелькала по телевидению и почти в каждой крупной газете на первой странице — рейтинг Аки-сан серьезно поднялся. О том, что молодой абэноши выгорел — нигде не пишут. Зато львиная часть журналистов после прессконференции перепечатала еще раз официальный полицейский отчет и последним абзацем сунула: “школьник получил благодарность императорской канцелярии за проявленное мужество”. После чего скандал спустили на тормозах. Благо — на открытии модного салона элитных вин народ надегустировался и часть отцов-основателей в бассейн купаться забросил. Вроде как приглашенные гости из Европы и Штатов учудили. Поэтому про меня срочно забыли и теперь обсуждают падение нравов за рубежом. Для Токио поднять руку на хозяина фирмы — дело невиданное.
Ну и хорошо, мне так проще.
Я сейчас медитирую. Когда в больнице в себя приходил, поначалу даже хандра нападала. Все вокруг бегают, про выгоревший источник слезы льют, ничего во мне найти не могут. Я же привычный зеленый ультрамарин не наблюдаю и мне тоскливо. Была игрушка — и отобрали. Какая-то серая фигня по тонким ниточкам каналов ползает и все. Только потом пришло осознание, что это я так удачно “воздушника” уконтропупил, что в итоге и его дар подъел. Поэтому организм все в кучу смешал и серо-буро-малиновую фигню изобразил. Постепенно удалось в норму войти, начал залечиваться. Особенно старался там, где профессор что-то “полировал”. Чтобы лишний раз не отсвечивать. Прогресс в выздоровлении наблюдается? Все вопросы к наставнику, он вместе с приданными кадрами химичит. Кстати, господин Сакамото-сэнсей так до конца и не понял, что внутри ученика происходит. А ученик оклемался, кризис преодолел и даже вроде в мощности выдаваемых фокусов подрос. В любом случае — шарик у меня сейчас размером не с грецкий орех, а с персик запросто. Силу пьет мощно, больше половины текущего запаса хапает разом. Но хотя бы руки не болят, когда это все прокачиваю за пару секунд. И обратно втягиваю без особых потерь.
Единственное — чистый огонь я теперь уже породить вряд ли смогу. У меня какая-то невообразимая смесь. Ради интереса на днях даже поэкспериментировал. Поставил камушек, дощечку и просто кучку песка насыпал. Затем шарики размером с горошинку побросал. Пытался разные внутренние ощущения попутно передать — злость, равнодушие, ощущение жара или холода. Как не изгалялся — результат пока один и тот же — нечто деструктивное шарашит. В камне ямка, будто крупнокалиберным чем-то щелкнули. Или плазмой выжгли, хотя я слабо представляю, как эта самая плазма выглядеть должна. В доске — дыра, палец можно просунуть. Песок в комок спекается. Выходит — огненная составляющая у меня основная. Кстати, ветер как таковой у меня отсутствует, не могу я воздушным кулаком стенки крушить. Зато дурацкая фишка появилась — я начал предметы на расстоянии ощущать. Их фактуру, температуру. Главное — увидеть и “потянуться” поближе. Словно рукой щупаю. Зачем мне это — без понятия, но забавно.