Страница 16 из 85
Стою в другом углу длинного подземного гаража, смотрю на знакомый силуэт под брезентом. Нобору с Масаюки аккуратно снимают тяжелую материю. Вот он, наш боевой друг. Черный трехсотый “Крайслер”. Знакомые прищуренные фары, на всю морду решетка радиатора с распахнутыми серебрянными крыльями. Угловатые мощные формы, к которым уже привык. Обхожу вокруг, глажу бока. Да, меньше чем за неделю восстановили. И, как я понимаю, заодно доработали. Внутрь дверей не заглядываю, но отсвет на стеклах замечаю. Противопульную пленку наклеили. До уровня бронированного членовоза я еще не дорос, но мне и этого хватит. Вспоминаю, как гремело железо и трещали стекла под градом пуль. Как рычал двигатель, выдергивая нас из-под обстрела.
Встал у капота. Совершенно не ожидая от себя подобного, опускаюсь на колени, кланяюсь, прижимаясь лбом к холодному металлу “крылышек”:
— Домо аригато, друг. Ты нам жизнь спас. Даже когда станешь старичком, для тебя всегда будет место в моем гараже. Я тебя не брошу. Мы теперь братья.
Поднимаюсь. Краем глаза замечаю, что Масаюки и Нобору тоже кланяются машине. Достаю из кармана ключи на связке, пару раздаю парням, один оставляю у себя.
— Пойдемте, предупредим малолетних буси, что пора домой ехать. Поужинаем и будем заканчивать на сегодня. Очень долгий и насыщенный день выдался.
Полюбовавшись на мониторе, как “крайслер” вместе с микроавтобусом выруливают с парковки, Норайо Окада повернулся к оябуну и поднял вверх палец:
— А ведь я говорил — ёкай в машине сидит! И он нового хозяина принял, прикрыл. Иначе разорвали бы их в парке на куски сразу же! Там столько дыр было, места живого не найти.
— Может и ёкай... Но это даже хорошо. Если молодой кобун способен и с духами договариваться, то нам от этого будет лучше. Может, призраки помогут и дар абэноши восстановить.
На часах одиннадцать вечера. В Риме должно быть около четырех дня. Можно позвонить.
Долгие гудки, наконец слышу ответ:
— Кто это?
— Коннитива, Хиро-сан. Это тебя шебутной школьник беспокоит.
— Тэкеши-сан! Как рада тебя слышать!
— Я тоже рад... Можешь этот номер добавить в записную. Сегодня первый день, как меня освободили, так сразу телефон и купил.
— У вас там уже ночь?
— Да, как раз спать собираюсь. Сейчас мне на ночь расскажут сказку, споют колыбельную и я смогу заснуть... Как там ваша выставка поживает?
— Очень хорошо, Кавакубо-сан довольна. Много новых контрактов, интересных предложений. В Европе заинтересовались нашей культурой, говорят о новых проектах.
— Отлично, рад за вас. Если госпожа Кавакубо-сан будет спрашивать, то наши договоренности о совместной рекламе в силе. Кстати, мне невероятно повезло и я лично видел микадо. Благодаря вашему кимоно не выглядел полным обалдуем.
Тишина в трубке. Наконец подруга переспрашивает:
— Ты видел Сына Неба?
— Да, получал выговор за пропущенные уроки... Меня простили, драку на школьном дворе забыли и теперь я весь положительный. Так что жду, когда ты вернешься и начнешь меня снова водить по музеям, подтягивать завалившийся куда-то общеобразовательный уровень.
— Насчет приезда, я тебе позже обязательно перезвоню. Из-за ажиотажа поездку продлили, скоро в Париж и Амстердам. Может быть, даже в Лондон заглянем. Вернемся в конце следующего месяца.
— Хорошо. Скажешь, когда, я встречу. Отдыхай, загорай, флиртуй с клиентами. И помни, что дома тебя всегда ждут.
Через десять минут Хиро засобиралась и в приказном порядке скомандовала засыпать. Потому что это у нее еще день, а мне пора баиньки.
Дизайнер с улыбкой смотрела на помощницу. До встречи с молодым человеком Симидзу-сан редко искренне улыбалась, а уж чтобы рассмеяться шутке или самой рассказать какую-нибудь смешную историю — это даже представить было нельзя. Теперь же — ожила, расцвела. Правда, когда “решающий проблемы” мальчик попал в госпиталь — пару дней вообще не могла толком работать, все валилось из рук. Постепенно успокоилась, в командировке вообще старалась изо всех сил. А сейчас — явно хорошие новости, вон как светится.
— Все нормально, Хиро-сан?
— Да, Кавакубо-сан. Звонил Тэкеши-сан, его выписали домой. Хвастает, что приглашали в императорскую канцелярию и там ваше кимоно понравилось. Вроде как — самому микадо, — Хиро в задумчивости посмотрела на телефон. — Микадо?..
— Это очень интересно. Что еще сказал?
— Что будет рад сняться в нашей рекламе.
— Надо же, все помнит, — улыбнулась хозяйка дизайнерского дома. — Как вернемся, обязательно займешься этим проектом. Ты просто не представляешь, насколько твой друг сейчас популярен. И я так думаю, что интерес к нему не угаснет еще минимум полгода.
— Думаете, нас будут осаждать папарацци?
— Думаю, у него есть кому позаботиться о назойливых журналистах... А, так ты не видела последние новости! Это практически во всех газетах и на веб-сайтах. Но лучше поищи на Фуджи-ньюс, там качество видео отличное.
Видео в самом деле было отличным. Тэкеши-сан в темно-синем костюме на верхней ступеньке. Двое громил у него за спиной, причем один поставил бейсбольную биту у ноги, словно трость. Еще какой-то важный мужчина сбоку. И рубленые фразы: “Как кобун Инагава-кай, стараюсь придерживаться правил поведения в клане: защищать слабых, помогать соседям и поддерживать микадо в любых его начинаниях.” Мамочки, а она все еще воспринимает друга как мальчишку. Быстро взрослеющего, прекрасного любовника, но не видевшего толком жизнь. А он дерется насмерть с вооруженными бандитами, носит цвета одного из уважаемых кланов борекудан и встречается с самим микадо.
Заметив испуг на лице Хиро, Кавакубо успокаивающе погладила ее по плечу:
— Все будет хорошо, девочка, поверь мне. Все, что не может нас убить, делает нас сильнее. Тэкеши-сан справится. И поможет, если это нам понадобится.